Можно, видимо, уже и это рассматривать как определённый шаг к обострению противоречий. Но и в такой логике присвоение украинскому военному формированию имени УПА оказалось со стороны Зеленского «игрой на повышение ставок».

Причём не столько в отношении Польши в целом, так как было, по крайней мере, в глазах украинцев, просто продолжением многолетней официальной политики в отношении УПА (как к, в первую и основную очередь, военизированной организации борцов за независимость Украины, при всех, не отрицаемых, фактах преступлений против польского населения) и вообще ничем особенным. Сколько это было повышением ставок в отношении лично Навроцкого. Чьи усилия по донесению до Зеленского официальной польской точки зрения на события оказались, выражаясь мягко, проигнорированы.

Причём проигнорирован Навроцкий оказался сразу в двух своих ипостасях: и как (бывший) глава Института нацпамяти, и как президент. Дальнейшее известно.

…Польша и Украина годами плотно сотрудничали при очень разных официальных взглядах на историю, и, желая продолжать в том же духе, следовало учесть особенности политического пути нового польского президента, вне зависимости от меры (не)согласия с ним. Далеко не всегда в политике нужно идти на принцип, и страна, ведущая тяжелую войну против совершенно другого противника, зачастую просто не может себе подобного позволить.

Не переступил ли через некоторые свои политические убеждения тот же Черчилль в 1941 году, выражая солидарность и оказывая поддержку СССР и Сталину?! Ну, конечно, переступил — потому что у него был другой, более высокий приоритет: выживание собственной страны и победа в войне. Если для Зеленского вдруг является обязательным наступать на исторические мозоли Навроцкого — то это, вполне возможно, принципиальная позиция, но не умная, да и не сильная, на самом деле.

Но я не думаю, по правде, что Зеленскому нужен был этот конфликт с Польшей, и скорее уж его подвел МИД. Ну, или кто ещё в нашей стране должен в силу служебных обязанностей разбираться в подобных проблемах, отслеживать и решать в зародыше, не дожидаясь взрыва с бурной цепной реакцией.

Как бы то ни было, ожидаю от украинского «политикума» некоторой рефлексии, и, может, даже некоторых оргвыводов, а не только одного лишь бесконечного повторения мантры, что нам никто не должен указывать, кого следует героизировать. Не должны, но паузы в дополнительной героизации УПА на высшем государственном уровне в данном случае вполне могло быть достаточно. Вместо этого польский президент оказался, можно сказать уж и прямо, оскорблён — в, с очевидностью, исключительно важном лично персонально для него вопросе. Стоило ли оно того — вопрос, с моей точки зрения, риторический.

P.S. Для забредших в этот блог особо сообразительных и проницательных читателей уточняю, фанат ли я польского президента Навроцкого. На данный период — сопоставимо приблизительно так же, как президентов Эрдогана или Алиева, допустим. Это президенты, с которыми Украина должна искать возможности эффективно коммуницировать, а не причины разругаться.

Останнім часом в українському інформаційному просторі розгорнулася масштабна кампанія з «відбілювання» репутації фігурантів гучного кримінального провадження (№72023000500000071). Справа стосується власниці ліквідованого Ibox Bank Альони Шевцової, а також менеджерок установи І.А. Циганок та З.В. Нестеровської. Їх підозрюють в організації незаконного казино та відмиванні понад 5 мільярдів гривень.

Основний меседж, який зараз активно просувається в низці публікацій: справа нібито «розсипалася», а докази не підтвердилися, у назвах публікацій підконтрольних медіа звучать фрази «звинувачення зняти».Проте аналіз судових рішень та матеріалів слідства свідчить про кардинально іншу ситуацію.

Суть схем: міскодинг та тіньові мільярди

Нагадаємо, що фігуранти підозрювалися у використанні схеми міскодингу — підміни коду платежу під час банківських операцій для приховування реального походження грошей.Схема працювала наступним чином:

-Гравці поповнювали свої акаунти в нелегальних казино через мережу терміналів iBox.

-Призначення платежу вказувалося фіктивне (наприклад, «оплата комунальних послуг»), що дозволяло ухилятися від сплати обов’язкових податків для грального бізнесу.

-Гроші акумулювалися на рахунках 20 компаній, безпосередньо пов’язаних із «Айбокс Банком».

Ці факти підтверджені Актом перевірки НБУ (№В/25-0014/2660/БТ від 06.01.2023). Згідно з документом, банк обслуговував фірми, які нібито займалися кіберспортом та спортивним покером. Однак і документи, і характер транзакцій прямо вказували на організацію азартних ігор. Працівники банку знали про це, але не вжили жодних заходів. Як наслідок, у квітні 2025 року РНБО застосувала до Альони Шевцової економічні санкції.

Закриття справи: процесуальна лазівка, а не виправдання.

Медійна кампанія з виправдання фігурантів спирається на ухвалу Голосіївського районного суду м. Києва (ухвалавід 29 липня), якою кримінальне провадження було закрито. Наприклад, окремі медіа ( ua.news) стверджують, що «кримінальна версія, яка супроводжувала інформаційний тиск на керівництво Айбокс Банку, не знайшла належного підтвердження в судах», а за  «захопленням банку» нібито стояли посадовці СБУ та Офісу Генпрокурора, у тому числі заступник генпрокурора Дмитро Вербицький.

Однак у публікаціях свідомо оминається головна юридична деталь: кримінальне провадження закрито за нереабілітуючими підставами.

При цьому, у суді захисники Альони Шевцової пояснили, що працюють за договорами і мають постійну комунікацію зі своїми підзахисними й ті обізнані про судовий процес.

Згідно з п. 10 ч. 1 ст. 284 КПК України, суд закрив провадження у зв’язку із закінченням строків досудового слідства. Тобто закриття пов'язане виключно з процесуальними порушеннями (пропуском дедлайнів прокурорами/детективами), а не з відсутністю події чи складу злочину.

Це жодним чином не означає реабілітацію осіб чи їхню невинуватість.

Більше того, адвокати А. Шевцової намагалися повністю скасувати повідомлення про підозру. І хоча суд першої інстанції виніс таке рішення, згодом суд апеляційної інстанції його скасував, підтвердивши законність оголошеної підозри ( https://reyestr.court.gov.ua/Review/116710969 ).

Медійні маніпуляції та нове життя в Дубаї

Щоб змістити фокус уваги, у ЗМІ вкидаються тези про нібито рейдерське захоплення банку. Зокрема, лунали звинувачення на адресу заступника Генпрокурора Дмитра Вербицького, який нібито притягується до кримінальної відповідальності, що є наклепом. Тим часом сама Альона Шевцова (Дегрік) переїхала до Дубая, де продовжує будувати кар’єру. У медіа матеріалах акцент робиться на тому, що у 2026 році вона виступала на конференціях Pay360 та Finext, обговорюючи «роль жінок у технологіях, штучному інтелекті та нових платіжних системах».

Паралельно виникають нові питання до її родини в Україні. Як повідомляють розслідувачі, чоловік фігурантки, посадовець Національної поліції Євген Шевцов, просто не вказав доходи своєї підсанкційної дружини у щорічній декларації. А після закриття вищевказаного провадження за нереабілітуючими підставами до Євгена Шевцова можуть виникнути нові питання щодо незаконного збагачення та достовірності декларування доходів сім’ї оскільки закриття провадження не свідчить про відсутність факту легалізації доходів.  

Официальное открытие состоялось на Межправительственной конференции Украина — ЕС 15 июня 2026 года. С 2020 года изменилась методология переговорного процесса, которая вместо 33 переговорных глав предусматривает 6 переговорных кластеров: «Основы», «Внутренний рынок», «Конкурентоспособность и инклюзивный рост», «Зелёная повестка и устойчивая связанность», «Ресурсы, сельское хозяйство и сплочённость» и «Внешние отношения». 

Ради объективности следует отметить, что Черногория начала процесс вступления ещё в 2012 году и за 14 лет по старой методологии закрыла только 16 переговорных глав из 33. В случае Хорватии — последней на сегодняшний день страны, принятой в Европейский Союз, — этот процесс занял шесть лет: переговоры проходили с 2005 по 2011 год. 

С одной стороны, произошедшее можно считать большим успехом для Украины, ведь ещё до начала полномасштабной российской агрессии никто не мог говорить даже о скором получении статуса кандидата на вступление в Европейский Союз. 

С другой стороны, это последний серьёзный рубеж на пути к членству в ЕС, после которого остаётся лишь единогласное голосование всех государств-членов за принятие страны-кандидата. Именно здесь могут возникнуть самые серьёзные трудности — не технического, а политического характера. 

Вопрос не только в Украине. Вопрос заключается и в готовности Европейского Союза к дальнейшему расширению, а также к позиционированию себя в современном мире, где отчаянно борются центробежные и центростремительные силы. 

В то время как Франция и Германия пытаются проводить собственную внешнюю политику, у них вызывает раздражение деятельность Каи Каллас, которая, имея за плечами опыт премьер-министра Эстонии, проводит бескомпромиссную политику в отношении переговоров с Россией, исходя из собственного понимания международной ситуации и интересов своей страны. 

Для Европейского Союза необходимо чётко ответить на вопрос о том, как он воспринимает Украину. Момент истины приближается. Собственно, ЕС сам загнал себя в угол, приняв в 2004 году Европейскую политику соседства, которая противоречила духу статьи 49 Лиссабонского договора. 

Эта статья предоставляет любому европейскому государству возможность претендовать на членство в Европейском Союзе. Таким образом, ЕС не в силах сдерживать стремление Украины и Молдовы двигаться по этому пути, поэтому всё упирается в вопрос стратегического развития самого Союза. 

Либо ЕС будет держать обе страны на расстоянии вытянутой руки, сохраняя их в подвешенном состоянии долгие годы, либо даст зелёный свет на присоединение. 

Стоит отметить роль пятого президента Украины Петра Порошенко и действующего президента Владимира Зеленского в попытках сдвинуть этот вопрос с мёртвой точки. Однако важно также признать, что Украина при Петре Порошенко в большей степени соответствовала стандартам демократии и правопорядка, чем сейчас. 

Конечно, многое можно списать на войну, но тогда не совсем понятно, почему украинская власть считает, что в Европейском Союзе закроют глаза на существование единого телемарафона, судебные приговоры за критику президента, коррупцию в высших эшелонах власти, отсутствие выборов и смены власти, наличие большего числа оккупированных территорий и, самое главное, продолжающуюся горячую фазу конфликта с Россией. 

С другой стороны, Европейский Союз не может подходить к Украине по «гамбургскому счёту», иначе ему придётся принять Молдову раньше Украины. В Молдове проходят регулярные выборы, существует свобода слова и политическая конкуренция, конфликт в Приднестровье носит замороженный характер, вопрос Гагаузии решён в относительно позитивном ключе. 

Кроме того, значительная часть граждан Молдовы одновременно является гражданами Румынии. Наконец, Молдова несопоставима с Украиной ни по численности населения, ни по территории, а потому её легче интегрировать в общеевропейское пространство. 

К тому же у Молдовы есть мощный лоббист в лице Румынии. К слову, граждане Румынии, проживающие в Молдове, уже давно участвуют в выборах в Европейский парламент. 

Очевидно, что действующий президент понимает: единственная возможность сохранить власть после войны — это быстрое вступление в Европейский Союз. Однако быстрое вступление возможно лишь в том случае, если ЕС не будет ощущать не только военной, но и экономической угрозы от этого процесса. 

Это означает, что президент Зеленский должен продемонстрировать успех на поле боя — как минимум деоккупацию Крыма либо других территорий, захваченных агрессором. 

Как бы фантастически это ни звучало сегодня, вариант, подобный ситуации между США и Ираном, где каждая сторона считает себя победителем, для ЕС неприемлем. В российско-украинском конфликте мерилом успеха остаются территории — либо захваченные агрессором, либо освобождённые украинской армией. 

Следовательно, ситуация на поле боя во многом предопределит, станут ли переговорные кластеры преодолимым этапом или непреодолимым препятствием на пути переговоров между Киевом и Брюсселем.

Всем очевидно, что Россия не заинтересована в урегулировании военного конфликта с Украиной. Участники Петербургского экономического форума отмечают готовность Путина продолжать агрессию против Украины в ближайшие годы. 

На сегодняшний день Путин исходит из того, что останется у власти ещё как минимум 10 лет. В 2036 году ему исполнится 84 года, что по нынешним меркам не так уж и много, учитывая, что президенту Трампу скоро исполнится 80. 

Таким образом, Путин продолжает рассматривать агрессию против Украины как необходимое условие для сохранения своей власти в России. Война позволяет держать российский правящий класс и общество в состоянии напряжения, которое исключает любое проявление подлинно демократических процедур. 

Если это так, и война для Владимира Путина является не самоцелью, а инструментом сохранения власти, то любое мирное урегулирование ему априори невыгодно. Поэтому он будет предлагать любые варианты, которые окажутся неприемлемыми как для Запада, так и для Украины. 

Напомню, что на Петербургском экономическом форуме Путин вновь вспомнил о своих требованиях, озвученных ранее на коллегии МИД: фактическом признании захвата Россией четырёх украинских областей и согласии Украины на их передачу, а также о выполнении ряда политических требований. 

Это неприемлемо для Украины, что позволяет Путину оправдывать продолжение агрессивной войны. Для Запада также неприемлем сценарий поражения Украины, поскольку все понимают, что аппетит приходит во время еды. И как бы дико ни звучала мысль о возможности большой европейской войны в случае нападения России на страну НАТО, этот сценарий нельзя сбрасывать со счетов. 

Следовательно, Запад будет продолжать поддерживать Украину. И это, опять же, выгодно Владимиру Путину, поскольку, с одной стороны, позволяет оправдывать неудачи России на фронте тем, что Россия якобы ведёт борьбу не с Украиной, а со всем блоком НАТО, тем самым повышая ставки. 

С другой стороны, это позволяет снизить количество сторонников Украины внутри российского общества. Российское глубинное общество убеждено в том, что Россия находится в кольце врагов и воюет с блоком НАТО. Иными словами, срабатывают те паттерны поведения и восприятия действительности, которые годами формировались советской пропагандой. 

Этим можно объяснить вполне спокойное поведение Владимира Путина на Петербургском международном экономическом форуме. Для него выгодна дальнейшая эскалация на фронте, поскольку усиление украинских ударов дронами и ракетами всегда можно объяснить кознями Запада. 

Что в такой ситуации может делать Украина? Как минимум предложить свой реалистичный план прекращения огня, на чём постоянно настаивают народный депутат Украины Алексей Гончаренко и пятый президент Украины, народный депутат Пётр Порошенко. 

Причём этот план должен учитывать не интересы России, а задачи усиления коллективной безопасности в Европе после обеспечения режима прекращения огня по линии боевого соприкосновения. При этом он должен учитывать интересы Украины, России и стран НАТО. 

Таким образом, этот план будет выглядеть реалистичным, а любые попытки России не согласиться с ним или отмахнуться от него будут восприниматься как намерение России не просто продолжать агрессию против Украины, но и угрожать всему Западу. 

Чем реалистичнее наш план, тем слабее позиции Путина. Нам нужен новый Минский договор, аналогичный тому, который был заключён в своё время при Петре Порошенко, но участниками которого уже будут выступать все стороны конфликта. 

Какая альтернатива подобному конструктивному подходу? Письмо, которое президент Зеленский отправил Путину, предварительно сделав его публичным. Как бы мы ни относились к Путину, сам характер письма дал ему возможность легко отказаться от остановки военных действий, потому что лидер государства, каким бы он ни был, не может идти навстречу тону и аргументам, приведённым в письме. 

Хотя бы потому, что президент Зеленский апеллирует к возрасту Путина и угрозе переворота в России, что в дипломатии считается недопустимым. Ставка президента Зеленского понятна. 

Понимая, что Путин не хочет мира, он пытается дополнительно вывести его из себя, заставив совершить очередные ошибки, которые подтолкнут Запад к усилению помощи Украине и повернут общественные настроения в западных странах в украинскую сторону. 

К сожалению, на пятый год войны этот подход не выглядит реалистичным, потому что люди на Западе уже не столь восприимчивы к обстрелам Украины до тех пор, пока в дело не вступило тактическое ядерное оружие. Однако мы вряд ли хотели бы получить подобный опыт даже ради того, чтобы вновь вызвать сочувствие западного общественного мнения. 

Из всего вышесказанного следует, что подход Петра Порошенко и Алексея Гончаренко выглядит наиболее реалистичным и практически единственно возможным на данный момент. 

Необходимо показать, что Россия отвергает конструктивный план. Следовательно, любые её аргументы являются лишь обычной демагогией.

Сейчас наступает время правительства народного доверия, в которое должны войти представители оппозиции. Не потому, что они умнее, а потому, что монополия на исполнительную власть на протяжении семи лет привела к деградации институтов государственного управления. 

Правительство нуждается не в кадровой ротации, а в институциональной перезагрузке и возвращении дискуссии как основы выработки решений. Необходимо перейти от технократической модели управления государством к политической. Это залог украинской победы, и такой путь органичен для Украины.

На перший погляд може здатися, що йдеться лише про тих, хто продає товари через інтернет або надає послуги онлайн. Проте економісти попереджають: будь-яке нове податкове навантаження бізнес та продавці неминуче закладають у вартість товарів і послуг. А це означає, що платити більше доведеться всім. Людина, яка продає вживаний телефон, додасть податок до ціни. Майстер, який знаходить клієнтів через онлайн-платформу, підніме вартість своїх послуг. Перевізник чи кур’єр також перекладе додаткові витрати на споживача. У підсумку рахунок знову виставлять звичайним українцям.

Особливо цинічно це виглядає на тлі того, що влада не говорить про суттєве підвищення зарплат, пенсій чи соціальних виплат. Українці отримують нові податки та збори, але не отримують жодних гарантій зростання власних доходів. У таких умовах будь-яке додаткове фінансове навантаження лише прискорює подорожчання товарів та послуг і підживлює інфляцію, наслідки якої відчуває кожна родина.

За ухвалення цього рішення проголосував 241 народний депутат. Основну підтримку забезпечила фракція «Слуга народу», яка дала 169 голосів. Також закон підтримали депутатські групи «Довіра», «За життя та мир», «Відновлення України», «За майбутнє», частина позафракційних депутатів та представники «Голосу». Саме їхні голоси стали вирішальними для запровадження нових витрат для населення.

Водночас дві парламентські сили — «Батьківщина» та «Європейська солідарність» — не дали жодного голосу за податкові нововведення. Представники «Батьківщини» ще під час обговорення законопроєкту жорстко критикували його, називаючи такі ініціативи податковим геноцидом громадян.

Попри запевнення авторів закону про необхідність упорядкування цифрового ринку, дедалі більше українців ставлять просте запитання: чому влада знову шукає гроші в кишенях громадян, а не зосереджується на створенні умов для економічного зростання? Адже кожне нове податкове рішення зрештою оплачує не держава і не чиновники, а звичайні люди — через вищі ціни, дорожчі послуги та зменшення власної купівельної спроможності.

Частина 3 – будинок у ЖБК «Коник»

Спочатку працівники НАЗК перевірили законність оренди мною вказаного будинку та відповідність орендної плати середньоринковим цінам. Будь-яких порушень не знайшли: оренда повністю відповідає договору та ринковим реаліям.

Далі НАЗК почало перевіряти законність придбання будинку його власником (Віктором Павільчем) та шукати мою можливу «фінансову участь» у цій покупці.
З цією метою агентство витребувало з банків інформацію про рух коштів усіх родичів власника та членів їхніх сімей.
І це логічно, адже Віктор Павільч у своєму інтерв’ю пояснював, що нерухомість придбано не за його особисті заощадження, а за гроші родини. При цьому він чітко наголосив: «фінансовими питаннями опікувався саме його син Максим».

На цьому етапі дії НАЗК здавалися цілком зрозумілими та послідовними.
Однак, отримавши вичерпну інформацію про рух та зняття готівки, НАЗК чомусь «забуло» порахувати гроші сина власника будинку (частину яких, до речі, батько знімав з його рахунків за довіреністю).

У своєму висновку НАЗК стверджує, що грошей самого власника та його дружини на придбання будинку не вистачає. А отже – роблять вони припущення – будинок міг бути придбаний за мої (Вербицького Д.А.) гроші. Звісно, не вистачає! Адже нерухомість купувалася за рахунок Максима, про що неодноразово зазначалося і в інтерв’ю, і під час службового розслідування, і в офіційних поясненнях агентству.

Після усіх викривлень, нестикувань, арифметичних маніпуляцій, підміни понять та умисного приховування документів, про які я писав у попередніх частинах (квартира у Туреччині та елітний автопарк), це вже не виглядає як випадкова помилка.

Це – цілеспрямоване фабрикування матеріалів та висновків для створення ілюзії корупційних дій. Про це свідчить і публікація НАЗК про «виявлення корупції», яка, згідно з висновками експерта, є стверджувальною інформацією, а не припущенням, хоча позиція агентства у самому висновку та у суді, що це лише припущення.

Давайте підтвердимо все вищевказане голими фактами.

Факт 1. Умисне приховування реальних фінансів на придбання будинку

• Дії НАЗК: Під час перевірки агентство вивчає публікацію «Радіо Свобода» (на неї є посилання у висновку). Робить запити в банки щодо руху коштів: власника будинку, його дружини, сина, доньки та членів їх сімей. Отримує відповідну інформацію та дані з держреєстрів про доходи кожного члена сім’ї. Витребовує матеріали службового розслідування з поясненнями сина. І після цього всього робить висновок: грошей Віктора Павільча та його дружини на купівлю будинку... не вистачає.

• Реальність: В інтерв’ю «Радіо Свобода» Віктор Павільч чітко зазначає, що нерухомість придбано за кошти сім’ї, а питаннями купівлі опікувався його син Максим. Тобто він прямо вказує на фінансову участь сина. Аналогічні пояснення надав і я на запит НАЗК.

• Висновок аудиторів: Перед придбанням будинку Віктор Павільч зняв з рахунків сина понад 22 млн грн готівки. Цих грошей вистачало на покупку з великим запасом.

• Питання: Куди у висновках НАЗК зникли ці 22 мільйони? Навіщо було витребувати інформацію про рахунки всіх членів сім’ї, якщо потім дані сина просто проігнорували? Знову «загубили» незручні факти.

Факт 2. Реальність оренди будинку

• Що пише НАЗК: Факт користування будинком підтверджується договором оренди. Порушень антикорупційного законодавства та конфлікту інтересів (зокрема щодо обмежень на одержання подарунків за ст. 23 Закону) не встановлено. Тобто порушень умов оренди чи заниження плати НАЗК не знайшло.

• Реальність: Тут доводи НАЗК відповідають дійсності. Будинок справді перебуває в оренді, що було відображено в моїй декларації ще до початку всіх перевірок. Орендна плата сплачується чітко за договором, дозвіл на користування територією надано власником, який також є членом кооперативу та сплачує відповідні податки, внески та інші передбачені законом платежі які стосуються власності будинку.

• Висновок аудиторів: Суми орендних платежів збігаються з цифрами в договорах, а податки, які сплачує власник від здачі майна, відповідають визначеним ставкам.

• Питання: Невже НАЗК, маючи на руках офіційні документи щодо законної оренди, продовжує свідомо перекручувати реальність в інших пунктах свого висновку?

Усі вищенаведені факти та аргументи офіційно підтверджені висновками комісійної судової економічної експертизи.

Замість об'єктивного аналізу НАЗК умисно ігнорує легальні доходи родини, щоб штучно створити «нестачу коштів» для придбання майна:

1. Приховали основну частину доходів сім'ї, отримавши всю банківську інформацію, вони просто, проігнорували пояснення всіх сторін та наявні документи.
2. Умисно опустили у фінальних висновках той факт, що умови договору оренди з мого боку дотримуються ідеально.

Правда завжди лежить на дні, але люди віддають перевагу плаванню на поверхні. Висновки робіть самі.

Далі буде частина 4: Елітна нерухомість в Одесі.

Також читайте: Частина 1 – квартира у Туреччині та Частина 2 – елітний автопарк

Частина 2. «елітний» автопарк: Lexus NX 300H, Lexus ES 300H, Porsche Macan

Під час перевірки уповноважені особи НАЗК (як у самому висновку, так і в медійних публікаціях) гучно заявили про «елітний» автопарк, нібито придбаний за моїм дорученням. Проте є один показовий нюанс: під час перевірки декларації за 2023 рік ті ж самі працівники НАЗК не знайшли жодних порушень при придбанні двох із цих автівок, а по третьому не знайшли доказів.

У чому ж полягає суть цього «лакшері життя» та в чому полягає абсолютна абсурдність дій НАЗК? Давайте розбиратися з фактами та доказами.

І. Автомобіль Lexus ES 300H (2021 р) Вартість: 960 000 грн

Факт 1. Ігнорування та перекручування офіційних даних

• Позиція НАЗК: Стверджується, що мої витрати на купівлю авто Toyota Camry та Volkswagen CC у 2013 році позбавили мене вільних коштів, тому мої доходи нібито не дозволяли придбати Lexus ES 300H.

• Реальність: Автомобіль Toyota Camry я ніколи не купував. Він належав моїй матері і був проданий у 2018 році. Працівники НАЗК достеменно про це знали, оскільки самі ж зазначили цей факт в іншому розділі свого висновку. Відповідно, жодних «витрат» з мого боку не було. Автомобіль Volkswagen CC я продав у 2019 році, що принесло мені прибуток, а не витрати.

• Висновки аудиторів: Джерелом доходу для купівлі Lexus ES були кошти від продажу іншого Lexus (2012 р.в.) у сумі 840 000 грн та залишок задекларованої готівки. Усі кошти підтверджені документально.

• Питання: Чому уповноважена особа НАЗК, маючи на руках усі документи, свідомо вносить у висновок недостовірні відомості про неіснуючі витрати? Це знову «випадкова помилка»?

Факт 2. Умисне непроведення перевірки доходів

• Позиція НАЗК: Згідно з виписками АТ «Райфайзен Банк», мною знято готівкою лише 792 907 грн, що нібито вказує на нестачу коштів.

• Реальність: НАЗК повністю проігнорувало доходи від продажу автомобілів, подарунки та офіційну зарплату, отриману через «Ощадбанк», «ПриватБанк», «УкрСиббанк» тощо. Усі ці дані були вказані в моїх деклараціях, а НАЗК направляло запити до всіх банків України.

• Питання: Чому НАЗК, прямо порушуючи п. 7 Порядку моніторингу, «не помітило» дані з інших банків та офіційні договори купівлі-продажу?

Факт 3. Викривлення даних про хронологію угод

• Позиція НАЗК: Стверджується, що Lexus (2012 р.в.) був придбаний моєю матір’ю і того ж дня переоформлений на мене, що створює ілюзію махінацій.

• Реальність: Автомобіль був придбаний на американському аукціоні Copart.com 28.12.2018. Я став його власником лише через пів року (11.06.2019) — після доставки в Україну, розмитнення та продажу мого попереднього авто Volkswagen CC. Після ремонту цей Lexus був проданий значно дорожче.

Факт 4. Парадокс перевірки за 2023 рік: При перевірці декларації за 2023 рік працівники НАЗК не виявили жодних порушень щодо законності придбання цього авто.

• Питання: Чому ж тоді вони продовжують відстоювати протилежну позицію у судах?

ІІ. Автомобіль Lexus NX 300H (2017 рік)
Вартість: 15 800 доларів США (еквівалент 443 310 грн). Придбаний на Copart.com за кошти Южиці В.В. (колишньої тещі) для її доньки.

Факт 1. Арифметичний колапс НАЗК

• Позиція НАЗК: Автомобіль придбано за 480 986 грн. При цьому, Южиця В.В. зняла з рахунків 538 922 грн, продала авто на 334 056 грн, регулярно отримувала перекази від чоловіка по 2 000 доларів США та страхову виплату в США на суму 66 666 доларів США.

• Реальність: Навіть без складних підрахунків очевидно, що лише знятої готівки та коштів від продажу попереднього авто з надлишком вистачає на покупку машини за 443 тис. грн. Це офіційно підтвердили аудитори.

• Питання: Чи володіють працівники НАЗК базовими навичками додавання та віднімання?

Факт 2. Власні домисли замість норм Закону

• Позиція НАЗК: Інформація про кошти від страхової компанії викликає «обґрунтовані сумніви», оскільки при перетині кордону ці гроші не декларувалися.

• Реальність: Жоден Закон чи Порядок перевірки не оперує поняттям «обґрунтовані сумніви» всупереч математичним фактам. До того ж, законодавство чітко регламентує суми, які дозволено ввозити без обов'язкового письмового декларування.

• Питання: працівники НАЗК не знають Законів, що оперують домислами?

Факт 4. І знову парадокс перевірки

При перевірці декларації за 2023 рік працівники НАЗК не виявили жодних порушень щодо законності придбання і цього авто теж. Але з чомусь продовжують відстоювати протилежну позицію в судах?

ІІІ. Porsche Macan — епатаж замість фактів

Факт 1. Безпідставні припущення щодо доходів

• Позиція НАЗК: Стверджується, що доходи власниці авто (Ільницької Х.Р.) за 2015–2020 роки склали лише 341 519 грн, при цьому вона здійснила витрат на понад 7 млн грн.

• Реальність: З 2020 року (після смерті цивільного чоловіка) Ільницька Х.Р. не звітувала про свої доходи, оскільки ці питання вів її чоловік. Проте її реальні доходи документально підтверджені на суму понад 2 млн доларів США. Вони пройшли відповідні перевірки, що підтверджено оцінками майна, економічними експертизами та аудиторами.

• Висновок аудиторів: документально підтверджене джерело доходу Ільницької Х.Р. складає понад 1, 65 млн доларів США. Без врахування продажу частини майна.

Факт 2. Пряме порушення Закону та Порядку моніторингу

• Вимоги Закону: Згідно зі ст. 51-4 ЗУ «Про запобігання корупції», моніторинг способу життя здійснюється щодо інформації, яка містить відомості про невідповідність рівня життя задекларованим ним майну і доходам, а у разі виявлення невідповідностей, НАЗК зобов'язане надати суб'єкту декларування 10 робочих днів для письмових пояснень.

• Реальність: Автомобіль був придбаний третьою особою (Ільницькою Х.Р.) у 2023 році. На момент складання висновку НАЗК, моя декларація за 2023 рік ще навіть не подавалася і не повинна була подаватися. Жодних запитань щодо цього авто у своєму запиті НАЗК мені не ставило і можливості надати пояснення не надало.

• Висновки: НАЗК в порушення вимог Закону проводило перевірку майна третьою особою (Ільницькою Х.Р.) придбаного у 2023 році та не надало можливості надати пояснення.

• Питання: Чому НАЗК вирішило доповнити перевірку щодо майна яке не повинно перевірятись та не надало можливості надати пояснення щодо вищевказаного автомобілю?

Факт 3. Підміна юридичних понять: «керування» проти «користування» та викривлення інтерв’ю Вербицького Д.А.

• Позиція НАЗК: я нібито в інтерв’ю повідомив, що користувався вказаним автомобілем, і є одне фото, де на пасажирському сидінні поруч сидить син власниці, НАЗК робить висновок, що авто «придбано за моїм дорученням».

Реальність: Згідно з п. 2.2 Правил дорожнього руху, є чітка різниця між передачею права на керування (у присутності власника) та передачею у користування (з передачею реєстраційного документа). Я підтвердив лише факт керування транспортним засобом у присутності Ільницької Х.Р. (вона зафіксована на пасажирському сидінні на більш ніж 100 фотографіях з камер «Безпечного міста» і лише на одному фото її син, оскільки Ільницька Х.Р. перебувала позаду). Жодного факту перебування за кермом без власниці не встановлено, реєстраційні документи мені ніколи не передавалися.

• Питання: з яких причин працівники НАЗК, які мають юридичну освіту змінюють поняття, а також зазначають відомості які мною ніколи не повідомлялись? Це незнання Закону чи умисні дії?

ОСТАТОЧНИЙ ВЕРДИКТ ЕКСПЕРТІВ ТА ЮРИДИЧНІ НАСЛІДКИ
Усі наведені вище факти моєї правоти офіційно підтверджені висновками аудитів, які підтвердженні комісійною судовою економічною експертизою.

Натомість дії НАЗК виходять за межі правового поля. Замість об'єктивного аналізу та неупередженого моніторингу, державний орган продемонстрував такі системні порушення:

1. Фальсифікація вихідних даних. НАЗК свідомо вносить у висновок недостовірні відомості (приписування неіснуючих витрат на авто матері, ігнорування прибутку від продажу майна), щоб штучно створити дефіцит мого бюджету.

2. Маніпулятивна аналітика та ігнорування доказів. Агентство вибірково аналізує банківські виписки, ігноруючи дані з інших банківських установ та задекларовані доходи, порушуючи власний Порядок моніторингу.

3. Грубе порушення процедури. Проведення перевірки майна, придбаного третіми особами у звітному періоді, за який декларація ще навіть не подавалася, із позбавленням мене законного права на надання пояснень.

4. Підміна понять та відсутність компетенції. Побудова звинувачень на підставі домислів, некоректних арифметичних розрахунків та свідомого ігнорування базових норм законодавства (плутанина між поняттями «керування» та «користування»).

Враховуючи кількість та масштаб цих порушень (до яких варто додати раніше виявлені маніпуляції щодо об’єкта в Туреччині), виникає закономірне питання: чи може така кількість спотворених фактів в одному документі бути просто «випадковими помилками» некомпетентних виконавців, чи це цілеспрямована, юридично нікчемна акція на замовлення?

Факти говорять самі за себе. Висновки робіть самі.

Читати: Частина 1 — квартира у Туреччині

Далі частина 3 – будинок в ЖБК «Коник»
2НАЗК: умисна акція на замовлення чи тотальна халатність органу?

Частина 2. «елітний» автопарк: Lexus NX 300H, Lexus ES 300H, Porsche Macan

Під час перевірки уповноважені особи НАЗК (як у самому висновку, так і в медійних публікаціях) гучно заявили про «елітний» автопарк, нібито придбаний за моїм дорученням. Проте є один показовий нюанс: під час перевірки декларації за 2023 рік ті ж самі працівники НАЗК не знайшли жодних порушень при придбанні двох із цих автівок, а по третьому не знайшли доказів.

У чому ж полягає суть цього «лакшері життя» та в чому полягає абсолютна абсурдність дій НАЗК? Давайте розбиратися з фактами та доказами.

І. Автомобіль Lexus ES 300H (2021 р) Вартість: 960 000 грн

Факт 1. Ігнорування та перекручування офіційних даних

• Позиція НАЗК: Стверджується, що мої витрати на купівлю авто Toyota Camry та Volkswagen CC у 2013 році позбавили мене вільних коштів, тому мої доходи нібито не дозволяли придбати Lexus ES 300H.

• Реальність: Автомобіль Toyota Camry я ніколи не купував. Він належав моїй матері і був проданий у 2018 році. Працівники НАЗК достеменно про це знали, оскільки самі ж зазначили цей факт в іншому розділі свого висновку. Відповідно, жодних «витрат» з мого боку не було. Автомобіль Volkswagen CC я продав у 2019 році, що принесло мені прибуток, а не витрати.

• Висновки аудиторів: Джерелом доходу для купівлі Lexus ES були кошти від продажу іншого Lexus (2012 р.в.) у сумі 840 000 грн та залишок задекларованої готівки. Усі кошти підтверджені документально.

• Питання: Чому уповноважена особа НАЗК, маючи на руках усі документи, свідомо вносить у висновок недостовірні відомості про неіснуючі витрати? Це знову «випадкова помилка»?

Факт 2. Умисне непроведення перевірки доходів

• Позиція НАЗК: Згідно з виписками АТ «Райфайзен Банк», мною знято готівкою лише 792 907 грн, що нібито вказує на нестачу коштів.

• Реальність: НАЗК повністю проігнорувало доходи від продажу автомобілів, подарунки та офіційну зарплату, отриману через «Ощадбанк», «ПриватБанк», «УкрСиббанк» тощо. Усі ці дані були вказані в моїх деклараціях, а НАЗК направляло запити до всіх банків України.

• Питання: Чому НАЗК, прямо порушуючи п. 7 Порядку моніторингу, «не помітило» дані з інших банків та офіційні договори купівлі-продажу?

Факт 3. Викривлення даних про хронологію угод

• Позиція НАЗК: Стверджується, що Lexus (2012 р.в.) був придбаний моєю матір’ю і того ж дня переоформлений на мене, що створює ілюзію махінацій.

• Реальність: Автомобіль був придбаний на американському аукціоні Copart.com 28.12.2018. Я став його власником лише через пів року (11.06.2019) — після доставки в Україну, розмитнення та продажу мого попереднього авто Volkswagen CC. Після ремонту цей Lexus був проданий значно дорожче.

Факт 4. Парадокс перевірки за 2023 рік: При перевірці декларації за 2023 рік працівники НАЗК не виявили жодних порушень щодо законності придбання цього авто.

• Питання: Чому ж тоді вони продовжують відстоювати протилежну позицію у судах?

ІІ. Автомобіль Lexus NX 300H (2017 рік)
Вартість: 15 800 доларів США (еквівалент 443 310 грн). Придбаний на Copart.com за кошти Южиці В.В. (колишньої тещі) для її доньки.

Факт 1. Арифметичний колапс НАЗК

• Позиція НАЗК: Автомобіль придбано за 480 986 грн. При цьому, Южиця В.В. зняла з рахунків 538 922 грн, продала авто на 334 056 грн, регулярно отримувала перекази від чоловіка по 2 000 доларів США та страхову виплату в США на суму 66 666 доларів США.

• Реальність: Навіть без складних підрахунків очевидно, що лише знятої готівки та коштів від продажу попереднього авто з надлишком вистачає на покупку машини за 443 тис. грн. Це офіційно підтвердили аудитори.

• Питання: Чи володіють працівники НАЗК базовими навичками додавання та віднімання?

Факт 2. Власні домисли замість норм Закону

• Позиція НАЗК: Інформація про кошти від страхової компанії викликає «обґрунтовані сумніви», оскільки при перетині кордону ці гроші не декларувалися.

• Реальність: Жоден Закон чи Порядок перевірки не оперує поняттям «обґрунтовані сумніви» всупереч математичним фактам. До того ж, законодавство чітко регламентує суми, які дозволено ввозити без обов'язкового письмового декларування.

• Питання: працівники НАЗК не знають Законів, що оперують домислами?

Факт 4. І знову парадокс перевірки

При перевірці декларації за 2023 рік працівники НАЗК не виявили жодних порушень щодо законності придбання і цього авто теж. Але з чомусь продовжують відстоювати протилежну позицію в судах?

ІІІ. Porsche Macan — епатаж замість фактів

Факт 1. Безпідставні припущення щодо доходів

• Позиція НАЗК: Стверджується, що доходи власниці авто (Ільницької Х.Р.) за 2015–2020 роки склали лише 341 519 грн, при цьому вона здійснила витрат на понад 7 млн грн.

• Реальність: З 2020 року (після смерті цивільного чоловіка) Ільницька Х.Р. не звітувала про свої доходи, оскільки ці питання вів її чоловік. Проте її реальні доходи документально підтверджені на суму понад 2 млн доларів США. Вони пройшли відповідні перевірки, що підтверджено оцінками майна, економічними експертизами та аудиторами.

• Висновок аудиторів: документально підтверджене джерело доходу Ільницької Х.Р. складає понад 1, 65 млн доларів США. Без врахування продажу частини майна.

Факт 2. Пряме порушення Закону та Порядку моніторингу

• Вимоги Закону: Згідно зі ст. 51-4 ЗУ «Про запобігання корупції», моніторинг способу життя здійснюється щодо інформації, яка містить відомості про невідповідність рівня життя задекларованим ним майну і доходам, а у разі виявлення невідповідностей, НАЗК зобов'язане надати суб'єкту декларування 10 робочих днів для письмових пояснень.

• Реальність: Автомобіль був придбаний третьою особою (Ільницькою Х.Р.) у 2023 році. На момент складання висновку НАЗК, моя декларація за 2023 рік ще навіть не подавалася і не повинна була подаватися. Жодних запитань щодо цього авто у своєму запиті НАЗК мені не ставило і можливості надати пояснення не надало.

• Висновки: НАЗК в порушення вимог Закону проводило перевірку майна третьою особою (Ільницькою Х.Р.) придбаного у 2023 році та не надало можливості надати пояснення.

• Питання: Чому НАЗК вирішило доповнити перевірку щодо майна яке не повинно перевірятись та не надало можливості надати пояснення щодо вищевказаного автомобілю?

Факт 3. Підміна юридичних понять: «керування» проти «користування» та викривлення інтерв’ю Вербицького Д.А.

• Позиція НАЗК: я нібито в інтерв’ю повідомив, що користувався вказаним автомобілем, і є одне фото, де на пасажирському сидінні поруч сидить син власниці, НАЗК робить висновок, що авто «придбано за моїм дорученням».

Реальність: Згідно з п. 2.2 Правил дорожнього руху, є чітка різниця між передачею права на керування (у присутності власника) та передачею у користування (з передачею реєстраційного документа). Я підтвердив лише факт керування транспортним засобом у присутності Ільницької Х.Р. (вона зафіксована на пасажирському сидінні на більш ніж 100 фотографіях з камер «Безпечного міста» і лише на одному фото її син, оскільки Ільницька Х.Р. перебувала позаду). Жодного факту перебування за кермом без власниці не встановлено, реєстраційні документи мені ніколи не передавалися.

• Питання: з яких причин працівники НАЗК, які мають юридичну освіту змінюють поняття, а також зазначають відомості які мною ніколи не повідомлялись? Це незнання Закону чи умисні дії?

ОСТАТОЧНИЙ ВЕРДИКТ ЕКСПЕРТІВ ТА ЮРИДИЧНІ НАСЛІДКИ
Усі наведені вище факти моєї правоти офіційно підтверджені висновками аудитів, які підтвердженні комісійною судовою економічною експертизою.

Натомість дії НАЗК виходять за межі правового поля. Замість об'єктивного аналізу та неупередженого моніторингу, державний орган продемонстрував такі системні порушення:

1. Фальсифікація вихідних даних. НАЗК свідомо вносить у висновок недостовірні відомості (приписування неіснуючих витрат на авто матері, ігнорування прибутку від продажу майна), щоб штучно створити дефіцит мого бюджету.

2. Маніпулятивна аналітика та ігнорування доказів. Агентство вибірково аналізує банківські виписки, ігноруючи дані з інших банківських установ та задекларовані доходи, порушуючи власний Порядок моніторингу.

3. Грубе порушення процедури. Проведення перевірки майна, придбаного третіми особами у звітному періоді, за який декларація ще навіть не подавалася, із позбавленням мене законного права на надання пояснень.

4. Підміна понять та відсутність компетенції. Побудова звинувачень на підставі домислів, некоректних арифметичних розрахунків та свідомого ігнорування базових норм законодавства (плутанина між поняттями «керування» та «користування»).

Враховуючи кількість та масштаб цих порушень (до яких варто додати раніше виявлені маніпуляції щодо об’єкта в Туреччині), виникає закономірне питання: чи може така кількість спотворених фактів в одному документі бути просто «випадковими помилками» некомпетентних виконавців, чи це цілеспрямована, юридично нікчемна акція на замовлення?

Факти говорять самі за себе. Висновки робіть самі.

Читати: Частина 1 — квартира у Туреччині

Далі частина 3 – будинок в ЖБК «Коник»2

Вчора журналісти 1+1 «випадково» зустріли мене в кафе супермаркету. Сказали, що прийшли знімати іншу людину, але після мого запрошення присісти за стіл наше інтерв’ю затягнулося на 1, 5 години. Здається, вони забули про свою початкову ціль.

Про що питали? Спочатку про НАЗК та навчання, а потім перейшли до класичних маніпуляцій про «заможне життя». Мета таких питань зрозуміла — закласти негатив у голову глядача ще до того, як прозвучить відповідь.

Що я відповів? Я детально, прямо з телефону, показав документи, які підтверджують фальсифікації та умисно невірні підрахунки у висновках НАЗК.
Показовий момент: питаю журналіста, як він розуміє висновок, що я не міг купити авто, бо нібито витратив гроші на купівлю Toyota та VW. Журналіст киває — мовляв, так, логічно, витрати великі. А потім я показую йому докази, що одну з цих машин я взагалі ніколи не купував, а іншу продав дуже давно. Завіса.

Збіг обставин? Щойно я почав публічно розбивати ці звинувачення, кількість медійних атак зросла в рази, а журналісти почали «випадково» знаходити мене в кафе.

Я прямо сказав представникам каналу: якщо ви хочете розібратися, а не зняти маніпулятивний сюжет, приходьте на офіційне інтерв’ю. Я надам усі докази.

Побачимо, що з цих 1, 5 години розмови врешті потрапить в ефір.
Чекаю на об'єктивність.

Это любопытное, дискуссионное наблюдение (источник цитаты, в оригинале — на украинском языке, находится) побуждает меня поделиться рефлексией на тему, о которой, вообще, хотелось высказаться уже давно, и которая затрагивает корни некоторых заметных противоречий последнего времени в украинском обществе: так, как персонально субъективно я это вижу.

Тюрьма людей или тюрьма народов?

«Точки входа» в принятие украинского государства как своего для жителей УССР были две, и очень между собой разные. Так как коммунистический режим СССР можно было не любить по внешне сходным, но принципиально различным причинам.

К примеру, моё неприятие СССР определялось подавлением прав и интересов буквально КАЖДОГО ОТДЕЛЬНОГО ЧЕЛОВЕКА. Если это звучит абстрактно, то, допустим, глядя на море в одесской Аркадии, я не мог считать нормальным, что государство не разрешает жителям просто взять и поехать по собственному желанию в Турцию. И так далее, и всё тому подобное.

Успев посетить большинство республик Союза, если я и мог бы попробовать назвать привилегированную группу граждан в стране, то это оказались бы, скорее всего, москвичи. В силу перекосов дурной централизованной системы снабжения и распределения. Ну а в Ярославле в 1983 году было хуже, чем примерно везде из тех мест где я бывал: особо нечего жрать.

В целом, я наблюдал государство, приближавшееся в 1980-е годы к своему идейному и экономическому банкротству, жить в котором было плохо, по сути, более или менее всем — в силу категорического несоответствия реалий «высоким» принципам, которые само это государство и декларировало.

И если права, интересы каждого отдельного индивида заведомо попраны, то, в моей системе координат, из этого автоматически же следует и что права, интересы групп граждан, — в том числе, этнических групп, — в таком государстве не могут быть обеспечены просто никак. И вся тема групповых прав, соответственно, второстепенна.

Для националистов, тем не менее, Союз был государством, в котором, прежде всего, коммунистами и русскими (не буду уточнять, кем еще, согласно менее расхожим, больным точкам зрения), угнетались НАРОДЫ. И, соответственно, первичным в отношении националистов к режиму было именно это.

Их путь к независимой Украине был более длинным и, в той или иной степени, завязан на прошлое. Было бы абсурдно утверждать, что это плохо — но, получается, что и не во всех отношениях хорошо.

Как сказано в одном сериале из жанра альтернативной истории, и вообще ни разу не про нашу страну, но мне запомнилось, «для Вас наше дело было выбором, но для меня это единственный путь». Если для меня лояльность к появлению независимой Украины была предметом личного выбора, и вот ровно так я это и воспринимал — как выбор, который я должен сделать, то для кого-то это было просто исполнением мечты. Не обязательно только личной, но зачастую и нескольких поколений.

Но мне понадобилось много лет уже после развала Союза, чтобы понять, что вообще можно было размышлять в такой рамке. (Т. е., испытывать неприятие к СССР изнутри этого государства не с либеральных позиций). Чтобы осознать различие своего мировосприятия с националистическимво всей зияющей глубине этой пропасти. Ну, что же: когда разваливался СССР, я был очень молодым человеком из космополитичного города, с весьма умеренным кругозором, и тех националистов, по сути, в глаза не видел — а уж что не слышал, так точно.

В общем, и в либеральной, и в националистической оптике СССР как государство выглядел, да и реально был, тюрьмой — но на разных основаниях. Тюрьма людей vs. тюрьма народов.

Соответственно, и независимая Украина в этих оптиках должна стремиться, в идеале, быть разной. Страна людей, граждан — либо же страна украинского народа (как самодостаточной государствообразующей единицы — скорее, чем совокупности граждан Украины всех национальностей). И это противоречие мы тянем вслед за собой и по сей день.

Здесь нужно добавить то, с чего можно было бы и начать. Определённая часть жителей бывшей УССР независимую украинскую государственность после 1991 года, к сожалению, не приняла, так никогда и не сочла своей, даже получив зачем-то украинские паспорта. И долгие годы лишь на заднем плане противостояния этой точке зрения (активно поддерживаемой имперскими амбициями РФ) во внутренней общественно-политической жизни Украины располагались противоречия внутри второго, патриотического лагеря. Которые лишь после «самоделегитимизации» носителей антипатриотического дискурса, их перехода на сторону прямого военного противника, теперь уже вышли во внутренней гуманитарной политике на передний план.

Полагаю, что общественно-политические противоречия такого сорта не предусматривают чьей-либо монополии на истину в строгом смысле — это не арифметика. И должны находить разрешение в рамках демократических механизмов, даже когда консенсус и идейный компромисс невозможен.

Я верю в либеральную демократию западного типа как единственный разумный путь для Украины. Не верю в реалистичность построения в Украине классического национального государства. Допускаю, гипотетически, что могу ошибаться не только во втором, но даже и в первом. Но (как главное, что по поводу всего перечисленного хотелось бы сказать) ни это, ни вообще ничто не дает права государству или другим гражданам требовать от меня быть не собой, а кем-то другим.

Европейское издание EU Reporter официально отозвало свою статью о якобы поставках авиатехники в Россию и попросило прощения у упомянутых компаний, в том числе Aeroparts AOG LTD, за публикацию недостоверных материалов.

Материал от 30 апреля 2026 года под названием «В центре внимания санкций: Кыргызстан, сети ОАЭ и глобальная цепь поставок авиационной техники в Россию» полностью удален с сайта.

После обращения представителей бизнеса редакция провела внутреннюю проверку и признала, что предоставленные журналистам материалы оказались ненадежными и неаутентичными, а обвинения — непроверенными.

EU Reporter официально признал заявления о непричастности к какой-либо незаконной деятельности и попросил прощения у таких компаний:

Aeroparts AOG LTD

Aerospace Technical Services Co. Ltd. (ATS)

Royal Aircraft Maintenance Company (RAMC)

Golden Falcon Aviation

Casper Aviation, а также связанных с ними лиц.

‚«В той мере, в какой статья могла нанести вред или репутационный ущерб заинтересованным сторонам, EU Reporter сожалеет о таком результате и извиняется перед пострадавшими сторонами», — отметили в издании.

В связи с этим инцидентом медиа сообщило о немедленном пересмотре своих внутренних редакционных процедур и правил проверки фактов.

В комментарии для ИП «Украина по-арабски» Имад Эль Эддин, представитель Aeroparts AOG LTD, назвал это опровержение только первой победой. При этом в компании настаивают на полной проверке и опровержении на остальных ресурсах, где была опубликована недостоверная информация об Aeroparts AOG LTD. Он отметил, что некоторые украинские СМИ также перепечатали фейковую статью EU Reporter о якобы причастности Aeroparts AOG LTD и его лично к поставкам авиатехники в Россию.

Имад Эль Эддин подчеркнул, что Aeroparts AOG LTD никогда не занималась поддержкой или сотрудничеством с компаниями, вовлеченными в военные конфликты. Тем более против Украины, к которой он лично проявляет глубокое уважение, как и к украинскому народу, его духу сопротивления и отваге в борьбе за свободу и достоинство.

Компания Aeroparts AOG LTD обратилась к ИП «Украина по-арабски» с просьбой провести журналистское расследование, поскольку подозревает, что за этим стоят недобросовестные конкуренты, которые пытаются очернить компанию и продвигают дезинформацию о ней. Редакции уже предоставили документы, подтверждающие, что штампы и подписи в распространяюшихся в сети якобы договорах Aeroparts AOG LTD, полностью фальшивы.

По результатам осуществленного ИП "Украина по-арабски" мониторинга официального вебпортала Государственного реестра санкций (создан Аппаратом СНБО Украины), по состоянию на 4 июня 2026 года в нем отсутствуют сведения о применении ограничительных мер как в отношении компании Aeroparts AOG LTD, так и ее представителя Имада Эль Эддина.

Эта статья опубликована с согласия шеф-редактора "Украина по-арабски" Мохаммада Фараджаллаха, ссылка на первоисточник: https://arab.com.ua/rus/news/-eureporter-izvinilsya-pered-emiratskoy-kompaniey-1780607279.html

Инстинкт самосохранения (о котором Вы пишете) — это и про собственную идентичность, и если человек не готов откреститься от своего родного (во многих случаях) языка и связанных с этим вполне наднациональных культурных ориентиров (тех же Пушкина, Булгакова, Высоцкого) — это, уж как минимум, должно быть очень понятно, а если государство требует от человека перечеркивания его или её собственной идентичности, то это не предвещает ровным счётом ничего хорошего в отношениях многих таких людей и государства — что тоже, вроде бы, должно быть понятно. И если часть граждан готова каким-то образом "выбросить" Булгакова из своего культурного багажа, или же Булгаков там никогда и не был — это не означает, что разумно требовать таких подходов от всех граждан подряд; как и, если кто-то был в прошлом "русифицирован" в результате переезда в крупный город, и может запросто и с радостью вернуться к украинскому языку как основному языку общения, это тоже применимо совершенно не ко всем. В Украине есть, де-факто, уже столетиями как укоренившаяся городская (прежде всего) русскоязычная культура, которая является очень заметной частью общего культурного багажа Украины, одним из фундаментальных культурных свойств страны (хотя и не отличительной особенностью, как украиноязычная культура). И, вместо того, чтобы встроить эти многочисленные русскоязычные культурные пласты в государственность Украины (во всех отношениях, где они этой государственности прямо не противоречат), русскоязычную культуру Украины в стране стремятся стигматизировать, делегитимизировать и куда-то там выпихнуть, пытаясь перечеркнуть и дискредитировать наследие даже бесспорных гениев. По итогу, культурно-историческо-языковая политика в стране крайне глупая и деструктивная, хотя и соответствует интересам многих деятелей современной украинской культуры вроде условного Кокотюхи, пытающихся подвести общественно-политическую аргументацию под зачистку конкурентных по отношению к себе, Кокотюхе, культурных пластов (в то время как конкурентоспособному при любых обстоятельствах условному Вакарчуку это с практической точки зрения не нужно). Вероятно, в сфере культуры украинское общество в данный период разделено более, чем когда-либо за период существования Независимой Украины — и дискуссия по сносу памятника Булгакову это наглядно иллюстрирует. Не считаю, что всё это — проблема первого уровня значимости для страны в период тяжелейшей войны, и не особо рассчитываю вразумить кого-то из оголтелых языковых/мовных шовинистов (там особо некого вразумлять), но и перечеркивать собственную культурную идентичность даже не то, что не намерен, а и попросту не считаю, что у меня, русскоязычного украинца из Одессы, реально есть такая опция — исходя из того, как складывалась лично моя жизнь, а не чья-то там ещё. Так что, подытожу, что ж — больше Ада, и, может быть, страна всё равно это переживёт.

Не Поділ, не Хрещатик, навіть не міст Патона — а саме ринг, з канатами, під світлом ламп, які чомусь нагадували ліхтарі з Дерибасівської.
Кличко стояв у кутку. У формі. Форму йому дали патріотичну, але трохи не за розміром. Навпроти — Труханов. Усміхнений. Спокійний. У халаті з написом «Moye Misto».
— Бокс — це як місто, — сказав Труханов і легко, без замаху, дав по корпусу.
Удар був не сильний.
Просто Кличко прокинувся. Прокинувшись, він не одразу згадав сам бій — лишилося тільки відчуття, що його знову кудись викликали без пояснень.

1

Рішення про демонтаж прийшло до нього не як ідея, а як втома.
Воно визріло десь між третьою нарадою й п’ятим коментарем у стрічці, де знову сперечалися, хто має право стояти в цьому місті у бронзі, а хто — лише у підручнику.
— Булгаков — чемпіон Києва з літератури за версією UNESCO…, але ж він не виходив на літерінг з 1940 року!!!
Віталій Володимирович дивився на екран, де миготіли знайомі обличчя — активісти, депутати, коментатори, — і раптом упіймав себе на простій думці: якщо щось не заспокоюється — значить, воно не покійник! Якщо не покійник — то хто він такий, щоб за життя мати пам’ятники? Погана прикмета.
А з прикметами, як знав Віталій Володимирович, краще не ризикувати.
Не вирішити, не пояснити, не поговорити. Голова вже дзвенить як після аперкоту Льюїса.
Прибрати.
Він знав, що це назветься «символічним кроком». Знав, що скажуть про «деколонізацію простору». Знав навіть, які слова вживуть у пресрелізі. І що цікаво — всі ці слова вже були готові, ніби лежали десь у папці, ще до того, як він сам усвідомив рішення. Отже, не треба вигадувати якусь чергову невимовну абракадабру, що її потім розберуть на меми.

2

Він їхав зранку сам. Без кортежу. Так іноді бувало — для відчуття реальності.
Машина ковзала бульваром, і місто виглядало цілком мирно: кав’ярні відкривалися, хтось біг із собакою, трамваї ходили за розкладом.
У блискуче-блакитному корпусі з холодним металевим блиском, із темними вікнами й рекламною стрічкою, що тяглася вздовж борту, рівним, безпристрасним ходом, раннього зимового ранку вісімнадцятого дня місяця кислева (за юдейським календарем) у морозному повітрі грудневого Києва, на прямій ділянці Борщагівської лінії виїхав КП «Київпастрансу» Швидкісний Трамвай.
І от тут сталося дивне: думка з’явилася раніше, ніж він встиг її зупинити.
— Скільки ж ми на них тоді зпи…
Далі думка розгорнулася сама, майже професійно: тендери, уточнення, «переоснащення депо», додаткові угоди, ІНОЗЕМНІ КОНСУЛЬТАНТИ з Мюнхену, які консультували консультантів з Києва. Він згадав конкретне засідання, конкретну цифру, яку тоді не дуже хотілося запам’ятовувати, але вона чомусь тепер спливла абсолютно чітко.
У цю ж секунду трамвай дзенькнув.
Не різко. Звичайно. Але Віталій Володимирович сіпнувся.
Нога пішла не туди, рука — теж. Машина здригнулася, пішла боком і врізалася у бордюр так, ніби бордюр спеціально вийшов їй назустріч.

3

Нічого страшного не сталося.
Подушка безпеки не вистрелила, скло не тріснуло. Просто зупинилося серце — на якусь долю секунди, рівно настільки, щоб стало незручно перед самим собою. Він сидів, тримаючись за кермо, і дивився на трамвай, який уже поїхав далі. Спокійно. Ніби нічого не помітив.
— Дурниці, — сказав він уголос.
І одразу ж подумав:
— Цікаво, а Булгаков теж бачив трамваї?
Думка була настільки недоречною, що він аж посміхнувся.

4

Телефон у Зеленського задзвонив так, ніби мав на це повне моральне право. Він подивився на екран, зітхнув і взяв слухавку не одразу — дав дзвінку зробити два зайвих кола, щоб співрозмовник там, по той бік, дозрів до паніки.
— Вова! — закричав той одразу, без привітання. — Кличко! Кличко!
— Який саме? — втомлено спитав Зеленський. — У нас їх, на жаль, не один.
— Кличко попав у ДТП!
Пауза. Рівно така, яку в кіно роблять перед важливою реплікою.
— О, — сказав Зеленський спокійно. — Ну, це вже цікавіше. І додав, майже з надією: — Серйозно?
— Ну… — Кошовий знітився, але тут же знову набрав обертів. — Ну як… Ну так! .. Але не дуже.
— Тобто? — голос Зеленського став спантеличеним, як колись в гостях у Трампа і Венса.
— Живий.
— Ааа, — сказав Зеленський. І в цій «а» було все: і розчарування, і втрачені можливості, і вже заготовлений, але непотрібний тепер текст.
— Ти шо, Вован, з глузду з’їхав?! — не вгамовувався Кошовий. — Я ж думав, ну… це ж наш улюблений політик ще з «Кварталу»!
— Жека, — перебив Зеленський. — Якщо він живий, нафіга ти мені дзвониш? Шо тут такого надзвичайного? І взагалі, Чернівецький у тебе краще виходив. А у Чернівецького — мерство…
— Ну як навіщо?! Це ж подія!
— Подія — це коли можна виступити, — пояснив Зеленський терпляче. — Подія — це коли народ слухає. Подія — це коли можна сказати правильні слова правильним тоном.
Він на секунду замовк, а потім додав уже майже мрійливо:
— Я б таку промову зробив…
— І відео.
— І титри.
— І музика.
— Але він живий! — знову закричав Кошовий, ніби це була його особиста провина.
— От бачиш, — підсумував Зеленський. — Через це і проблема.

5

У кабінеті було прохолодно. Помічник говорив про графік, про звернення, про «суспільний резонанс», але ці слова не чіплялися. Усе зводилося до одного — сьогодні треба визначитися.
— Підготуйте довідку, — сказав Кличко. — Юридично. Без емоцій.
— По пам’ятнику? — уточнили обережно.
— По об’єкту, — виправив він. — Ми ж серйозні люди.
Помічник кивнув, але перед тим, як вийти, зупинився:
— Там ще питання по Київраді… Дехто хоче обговорення.
Кличко ледь не розсміявся. Обговорення. Тут, де все завжди вже обговорено.

6

Засідання почалося рівно. Депутати сиділи зібрані, майже урочисті. Дехто справді говорив щиро — про історичну справедливість, про нову сторінку, про те, що місто має говорити власним, свідомим українським голосом.
І все було б переконливо, якби не дрібниці.
— Колега зараз підключиться по відео, — сказали з президії. — Він у відрядженні.
— У зоні бойових дій? — спитали з місця.
Пауза була надто довгою.
— Тимчасово… — сказали нарешті. — На півдні Франції.
Хтось пирхнув. Хтось удав, що не почув.
Кличко дивився на зал і раптом відчув дуже дивне: це вже було. Не буквально — не ці люди, не ці слова, — але сама історія, ця легкість, за якою високі помисли співіснують з дуже земними інтересами. Можливо, саме це снилося йому цієї ночі?

7

Коли він вийшов надвір, Київ був той самий. Ні грому, ні знаків. Лише велосипедист на «Україні» проїхав повз зі старим, затертим портфелем на рамі: дзенькнув — і поїхав далі.
Але чомусь Віталію Володимировичу здалося, що місто дивиться.
Не засуджує. Не підтримує.
Просто запам’ятовує.

Дмитро Кадубін & GPT5.2., Краматорськ 2025

Disclaimer: текст не описує реального перебігу подій, а художньою інтерпретацією політичних і медійних контекстів за мотивами творчості Михаїла Булгакова.

Признаться честно, несмотря на мой опыт в бизнесе, если бы кто-то обратился ко мне с идеей организовать такой форум, я бы точно отказался, понимая, насколько сложно организовать мероприятие на периферии политической жизни, коей является любой город по отношению к столице вне зависимости от страны. 

Отягчающим обстоятельством в данном случае выступает и полномасштабная российская агрессия, создающая риски, которые не каждый готов принять как данность и приехать с выступлением в Одессу. 

Безусловно, Черноморский форум по безопасности вернул Одессу на геополитическую карту мира. Но это тот случай, когда я рад, что ошибся. Усилиями народного депутата Украины Алексея Гончаренко удалось сделать невозможное — созвать мероприятие на тысячу участников. 

Среди которых были общественные деятели Европы и США, в том числе пятый президент Грузии Саломе Зурабишвили, пастор Трампа Марк Бёрнс, сенаторы Рубен Галлего, Марк Келли и Ричард Блюменталь, члены Палаты представителей Тим Уолберг и Джим Хаймс, наследник иранского престола Реза Пехлеви, учредитель компании Blackwater и директор компании Swarmer Эрик Принс, комиссар ЕС по вопросам обороны и космоса Андрюс Кубилюс. 

Кроме этого, в конференции приняли участие пятый президент Украины Пётр Порошенко, народные депутаты Давид Арахамия, Кира Рудык, Ярослав Железняк, Валентин Наливайченко и многие другие политики, эксперты и производители военной техники. 

То есть состав участников полностью отражал название форума. Эта конференция заставила посмотреть на Оперный театр не только как на культурную жемчужину Одессы, но и как на важную локацию, где можно говорить о судьбе Украины и мира. 

Анализируя суть сказанного в кулуарах форума, надо признать, что чувствуется оторванность от жизни некоторых западных и украинских экспертов, которые смотрят на Украину не сквозь призму страданий людей в результате российской агрессии, а как на соревнование двух систем, где они болеют за украинскую команду против российской. 

Когда дело доходит до производителей дронов, то для них война — мать родна: они требуют продолжения банкета, потому что прекрасно понимают, что, пока идёт война, статьи военных расходов защищены, а западные государства, даже разочаровавшись в коррупции в Украине, всё равно продолжат помогать, закупая для Украины дроны напрямую либо приобретая их для собственных нужд, наращивая средства поражения в современной войне. 

Единственными, кто совершенно открыто и чётко выступал за мир, были пятый президент Пётр Порошенко и народный депутат Украины Алексей Гончаренко, которые, обращаясь к американским и европейским политикам, настаивали исключительно на полном и безоговорочном прекращении огня. 

Порошенко отдельно делал акцент на необходимости новых Минских договорённостей о заморозке конфликта.

На это могут справедливо возразить, что диктатор Путин не хочет ни минских, ни парижских договорённостей, а настаивает на так называемом мирном договоре, который должен зафиксировать его территориальные завоевания. 

Эта позиция Москвы нам давно известна, но это не означает, что мы должны слепо следовать повестке дня, которую проталкивает Кремль. И здесь Порошенко и Гончаренко правы: нужно показать волю Украины к миру, чтобы никто даже не смел упрекать Украину в затягивании войны. 

Более того, любые обсуждения территориального статус-кво и других подобных вопросов не только невозможны с точки зрения Конституции Украины, но и противоречат нормам международного права, где чёрным по белому написано, что страна не может принимать решения под внешним военным давлением. 

Отдельно стоит отметить выступление на форуме руководителя подразделения РДК Дениса Капустина, который является ярым российским националистом, воюющим за Украину. 

И в этом смысле его вклад в победу Украины намного выше вклада любого российского болтуна на международных форумах. Роль российского национализма понимал и Алексей Навальный, которому через два дня исполнилось бы 50 лет. 

Напомню, одна из причин критики Навального состояла в том, что он был организатором «Русских маршей». Эти националистические марши проходили с конца нулевых до начала десятых годов. Навальный прекрасно понимал, что в России власть устроена так, что она скорее договорится с Емельяном Пугачёвым или атаманом Семёновым, нежели с лидером кадетской партии Павлом Милюковым. 

Если мы говорим про реальную политику, то нужно думать о точках давления на Россию, а не просто о том, что Россия как колосс на глиняных ногах и уже дозрела до распада. У России не меньшая стрессоустойчивость, чем у Украины. Другое дело, что стратегия тысячи порезов может дать эффект, а именно удары по нефтяной инфраструктуре и создание военной угрозы изнутри России. 

Главное, чтобы в глазах российских силовиков РДК стало такой же альтернативой, какой была ЧВК «Вагнер» Пригожина, на сторону которой во время похода на Москву переходили солдаты регулярной российской армии.

Тривалий час певні медіа намагаються викривити інформацію, щоб здійснити тиск на правоохоронну систему та штучно підтримати мій образ як корупціонера. Уся ця інформаційна кампанія будується фактично на одному маніпулятивному твердженні: «НАЗК виявило ознаки, що свідчать про незаконне збагачення».

<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; ">Гучні публікації прямо суперечать висновкам органу, які, до того ж, ґрунтуються на порушеннях Законів, хибних підрахунках та очевидно умисних маніпуляціях. Це вже офіційнопідтверджено висновками лінгвістичної експертизи, науково-правовими висновками, аудитами міжнародних організацій, які підтвердженні висновками комісійної судової економічної експертизи.<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; ">Виписка з Лінгвістичної експертизи:

<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; ">Проте в самому «Обґрунтованому висновку» НАЗК чітко зазначено, що це — лише припущення, а саме: «можливо», «може свідчити», «є підстави вважати» та інше. <pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; ">Кому це було вигідно і хто замовник? Про це я неодноразово зазначав у своїх інтерв’ю та публікаціях. А зараз пропоную просто розібрати факти. Будь-яка розумна людина, ознайомившись із документами, одразу зрозуміє абсурдність ситуації.<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; ">По-перше,  усіх дуже цікавить квартира в Туреччині, придбана за 133 тис. доларів США за кошти моєї матері.<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; ">
<pstyle=" 0cm; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-indent: 0px; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; ">Факт 1. «Елітна» нерухомість з телевізора замість офіційних документів<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l0 level1 lfo1; tab-stops: list 36.0pt;">

·       Що пише НАЗК: Посилаючись на сюжет новин ТСН, у висновку стверджується, що нерухомість розташована в елітному будинку Oxo Beach в Анталії (на першій лінії моря), і аналогічні квартири там коштують від 323 тис. доларів США, що майже в 3 рази більше реальної вартості.<pstyle=" 0cm 0cm 0cm 36pt; medium; Aptos, sans-serif; caret-color: #000000; color: #000000; font-style: normal; font-variant-caps: normal; font-weight: 400; letter-spacing: normal; orphans: 2; text-indent: 0px; text-transform: none; white-space: normal; widows: 2; word-spacing: 0px; -webkit-text-stroke-width: 0px; text-decoration-line: none; text-decoration-thickness: auto; text-decoration-style: solid; "> 

<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l0 level1 lfo1; tab-stops: list 36.0pt;">>·       Реальність: Я надав офіційні правовстановлюючі документи ТАПУ, де вказана реальна адреса будинку. Вона ніяк не збігається ані з адресою цього «елітного» ЖК, ані з їхніми цінами.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l0 level1 lfo1; tab-stops: list 36.0pt;">Виписка з пояснень наданих на запит НАЗК:<pstyle="margin-left: 35.7pt; medium; "> <pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> 

<pstyle="margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l0 level1 lfo1; tab-stops: list 36.0pt;">>·       Висновок аудиторів: Ринкова оцінка квартири станом на 25.04.2022 становить від 72 400 до 88 700 дол. США. Тобто сплачена сума (133 тис. дол. США) є навіть вищою за ринкову.<pstyle="margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l0 level1 lfo1; tab-stops: list 36.0pt;">Виписка зі Звіту ринкової оцінки:<pstyle="margin-left: 35.7pt; medium; "> <pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> 

<listyle="">

Питання: Згідно з пп. 4 п. 7 Порядку моніторингу, відомості з медіа можуть використовуватися лише якщо містять фактичні дані, які можуть бути перевірені. Яким чином НАЗК «перевірило» телесюжет, але проігнорувало офіційні документи?


<pstyle=" medium; ">Факт 2. Нездатність звести дебет із кредитом<pstyle=" medium; ">

<listyle="">

Що пише НАЗК: Стверджується, що витрати моєї матері (Вербицької В.А.) на купівлю транспортних засобів позбавили її коштів, тому її доходи нібито не давали можливості надати таку позику.
Виписка з «Обґрунтованого висновку НАЗК»:
<pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> <pstyle="margin-left: 36pt; medium; "><pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> <pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l2 level1 lfo2; tab-stops: list 36.0pt;">>·       Реальність: Буквально абзацом вище у тому ж висновку НАЗК зазначено, що всі ці транспортні засоби були продані.<pstyle="margin-left: 35.7pt; medium; "> <pstyle=" medium;">Виписка з «Обґрунтованого висновку НАЗК»:<pstyle=" medium;">
<pstyle=" medium;"><pstyle=" medium;"><pstyle=" medium;"> <pstyle=" medium;"> <pstyle=" medium;"> <pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l2 level1 lfo2; tab-stops: list 36.0pt;">>·       Висновок аудиторів: Різниця між придбанням цих авто та їхнім продажем принесла прибуток, а загальна сума доходів значно перевищує суму наданої позики для придбання квартири.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l2 level1 lfo2; tab-stops: list 36.0pt;"> 

Виписка зі Звіту проведеного аудитором:

<pstyle=" medium; "> <pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> 

<listyle="">

Питання: Уповноважена особа елементарно не вміє рахувати дебет із кредитом, чи це знову зроблено навмисно?
<pstyle="margin-left: 36pt; medium; "> <pstyle=" medium; ">Факт 3. Ігнорування конвертації, інфляції та доходів батька<pstyle=" medium; ">

<listyle="">

Що надано мною: У поясненнях для НАЗК я надав договір продажу квартири за 185 тис. доларів США — цих коштів повністю вистачало для придбання майна. Договір укладався у гривні, але гроші були конвертовані у валюту, та працівникам НАЗК надано курс долара згідно НБУ на дату продажу квартири.
Виписка з пояснень наданих на запит НАЗК:
<pstyle="margin-left: 18pt; medium; "> <pstyle="margin-left: 36pt; medium; "><pstyle="margin-left: 36pt; medium; text-indent: -0.55pt;">
Аналогічні пояснення надані мною при проведенні службової перевірки, матеріали якою були долученні до перевірки НАЗК.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l1 level1 lfo3; tab-stops: list 36.0pt;">>·       Що робить НАЗК: Порушуючи вимоги пп. 2 п. 7 Порядку, уповноважена особа не перевірила пояснення щодо конвертації. У висновку просто механічно склали гривневі доходи матері без урахування конвертації та інфляції. Більше того, перевірка щодо доходів батька взагалі не проводилась.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 35.7pt; text-indent: -17.85pt; mso-list: l1 level1 lfo3; tab-stops: list 36.0pt;"> <pstyle=" medium; ">
Усі вищевказані факти та висновки аудиторів офіційно підтверджені висновками комісійної судової економічної експертизи.<pstyle=" medium; ">
<pstyle=" medium; "><pstyle=" medium; "> <pstyle=" medium; ">Замість об'єктивного аналізу, НАЗК, прямо порушуючи Закони та власний Порядок:<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 36.0pt; text-indent: -18.0pt; mso-list: l3 level1 lfo4; tab-stops: list 36.0pt;">>1.    Штучно завищило вартість квартири майже в 3 рази, спираючись на телевізійний сюжет замість офіційних документів та ринкової оцінки.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 36.0pt; text-indent: -18.0pt; mso-list: l3 level1 lfo4; tab-stops: list 36.0pt;">>2.    Здійснило маніпулятивні підрахунки без конвертації гривні у долари, умисно ігноруючи вимоги законодавства.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 36.0pt; text-indent: -18.0pt; mso-list: l3 level1 lfo4; tab-stops: list 36.0pt;">>3.    Продемонструвало повну некомпетентність, зробивши висновки без елементарного розуміння понять дебету та кредиту.<pstyle="mso-margin-top-alt: auto; mso-margin-bottom-alt: auto; margin-left: 36.0pt; text-indent: -18.0pt; mso-list: l3 level1 lfo4; tab-stops: list 36.0pt;">>4.    Зменшило суми доходів сім’ї не провівши перевірку доходів батька.<pstyle=" medium; ">Чи може бути стільки «випадкових» помилок під час перевірки лише одного об’єкта? <pstyle=" medium; ">Висновки робіть самі.<pstyle=" medium; ">Далі частина 2: «елітний» автопарк.

<pstyle=" medium; "> 

Саме в такому контексті будь-яка справа проти опозиції, наприклад, Тимошенко набуває особливого значення. Йдеться не лише про конкретного політика, а про загальний сигнал для всього політичного середовища: наскільки в Україні сьогодні залишається простір для незалежної опозиційної діяльності. Опозіція системно критикує економічну політику влади, соціальні рішення уряду, тарифну політику та ефективність державного управління. Така позиція часто є незручною для Банкової саме тому, що апелює до тем, які безпосередньо хвилюють суспільство.

Особливо тривожними виглядають висновки Харківської правозахисної групи, яка провела аналіз матеріалів справи. Правозахисники заявили про «високий ризик переслідування з нелегітимною прихованою метою» у розумінні статті 18 Європейської конвенції з прав людини. Фактично йдеться про підозру в політичній мотивації кримінального провадження. 

У висновку ХПГ особливо наголошується на системних процесуальних порушеннях. Зокрема, правозахисники звертають увагу на слабку доказову базу для проведення негласних слідчих дій, використання показань «з чужих слів», обмеження права захисту на доступ до оригіналів аудіозаписів, а також проведення обшуків без належного судового контролю. Окремо підкреслюється, що публічна комунікація правоохоронних органів фактично формувала враження про винуватість Тимошенко ще до рішення суду, що може свідчити про порушення принципу презумпції невинуватості.

Саме такі деталі й формують головну проблему. У демократичній державі правоохоронна система повинна не демонструвати політичну лояльність, а гарантувати бездоганність процедури. Коли ж у резонансних справах виникають сумніви щодо об’єктивності слідства, суспільство починає сприймати це не як боротьбу з корупцією, а як спробу усунення політичних конкурентів.

Для міжнародних партнерів України ця ситуація також є важливим маркером. Захід продовжує підтримувати Україну не лише через безпекові інтереси, а й через віру в її демократичний розвиток. Якщо ж правоохоронна система починає асоціюватися з політичною доцільністю, це неминуче створює репутаційні ризики для держави.

Сьогодні українська влада має продемонструвати, що навіть у найскладніших умовах країна здатна залишатися правовою демократією, а не переходити до моделі, де політична конкуренція поступово витісняється адміністративним тиском.

Власники такого житла роками не могли отримати компенсацію за програмою «єВідновлення» через бюрократію. Тепер це питання розблокували.

Кабмін спростив процедуру, і відтепер мешканці пошкоджених будинків-пам’яток теж можуть оформлювати компенсацію.

Для Одеси це справді важливо. Наприклад, будинок на Пироговській, 3/5, як і багато інших історичних будівель, раніше фактично випадав із цієї програми.

Це зручне рішення, якого люди давно чекали.

С точки зрения беспристрастного наблюдателя это можно расценить как обмен ударами между сторонами в войне на истощение (war of attrition). С позиции гражданина Украины — это продолжающийся российский террор, оправдание которого выглядит просто неприличным и возмутительным. 

Ведь именно Россия напала на Украину, а не наоборот. Поэтому, когда отдельные западные эксперты бьют тревогу, рассказывая о том, что Украина при поддержке Запада наносит удары по территории России и даже провела Курскую операцию, им следовало бы помнить, что в этой войне есть только один агрессор — Россия. 

Искренне удивляет, когда те же самые люди говорят о «немыслимости» происходящего с точки зрения логики времён холодной войны, утверждая, что Украина якобы «вышла за флажки». 

Получается, России можно бить по Украине, а Украине — нельзя отвечать России? Тогда выходит, что Украина должна сдаться на милость агрессору. Извините, но так это не работает. Украина — не коллективная груша для российского битья. 

Если Россию не интересует международное право, то почему Украину должны интересовать высокие материи геополитики? А попытка рассуждать о том, что Россия находится на грани применения ядерного оружия, уже не работает. 

Российская система не в состоянии превентивно ударить ни по Украине, ни по странам Запада. Россияне не поймут подобного, а российская правящая бюрократия не хочет сесть на коллективную скамью подсудимых в новом Нюрнберге. 

Но при всей справедливости украинского сопротивления и при всём желании принудить Россию остановить агрессию не стоит забывать, что нашей конечной целью является мир. Мы не можем жить в бесконечной войне. 

Пять лет, выброшенных из жизни человека, — это уже много, а тем более если таких лет будет десять и более. В этом смысле позиция народного депутата Алексея Гончаренко мне абсолютно понятна. 

Он настаивает на продолжении дипломатии. Те, кто политически набрасываются на Гончаренко, пытаясь оседлать эмоциональный фон украинского общества, — классические циники, для которых война — мать родная. Такие есть и в России. 

Это люди, которые не думают о развитии; им нравится состояние войны, многие в этом состоянии себя нашли. Они верят в то, что говорят. Это классические продавцы страхов, товар которых потеряет ценность без войны. 

Так действовали табачные компании в США в начале двадцатого века, когда сначала привили культуру курения, а уже потом начали массово продавать сигареты. Без культуры и эстетики войны многие просто перестанут получать гранты, донаты и другие преимущества военного времени. 

Систему, как известно, характеризует не ошибка, а реакция на ошибку. Не страшен сам наезд на Гончаренко — страшно практическое отсутствие солидарности с его позицией. Любопытно, что Гончаренко критикуют как те, кто относит себя к «партии мира», живя за пределами Украины в эмиграции, так и те, кто относит себя к «партии патриотов». 

Одни выступают за отдачу территорий агрессору — а там хоть трава не расти. Их не интересует реалистичность подобного хода; они просто продают волшебную таблетку от всех бед. Другую такую таблетку продают «патриоты», которые выступают за продолжение войны до обрушения России, обещая, что вот-вот это случится. 

В отличие от этих двух условных партий, народный депутат Украины Алексей Гончаренко ни к чему не призывает, кроме одного: нельзя отказываться от дипломатии, как бы ни было тяжело. Нужно искать точки соприкосновения позиций с врагом, чтобы как можно скорее завершить войну. 

Вероятность окончания войны мала: Путин не готов её останавливать, но дорогу осилит идущий. Любопытно, что тема войны и мира вынесла на одно политическое поле двух непримиримых антагонистов — народного депутата Гончаренко и Остапа Дроздова. 

Если Гончаренко выступает против сегрегации украинцев по этническому и языковому признаку, то Дроздов из Львова рассказывает про «москаляку на гиляку», причём «москалями» у него являются все, кто говорит на русском языке, то есть половина страны. Теперь и самого Дроздова записали в недостаточно патриоты, потому что он против войны «до последнего патрона». 

Подводя итог, я хочу ещё раз напомнить, что победа и поражение в войне — это то, что стороны подают как победу, и та трактовка, с которой соглашается общество. Объективная реальность может быть другой. Да, Украина выстояла в этой войне, но навсегда потеряла часть населения и часть своего ВВП в результате переезда бизнеса, разрушения объектов инфраструктуры и оккупации территорий. 

То же касается и американо-иранского конфликта. Отбрасывая причины и ход противостояния, можно сказать, что Иран выстоял после атаки США, но ему был нанесён непоправимый материальный ущерб. К тому же наши западные партнёры из НАТО не спешат соглашаться даже на те 0, 25% ВВП, которые ранее обещали ежегодно направлять на поддержку военного бюджета Украины.

Уже тогда государство на все вопросы о том, почему у нас стоимость лекарств выше, чем в Европейском союзе, указывало на алчных капиталистов — владельцев аптечных сетей, которые норовят оторвать лишнюю гривну у трудового народа. 

В реальности именно государство в силу своей бюрократической неповоротливости приводило не просто не к снижению стоимости товаров для потребителей, а к их существенному удорожанию. 

Результатом этой политики стало то, что, по оценкам Министерства социальной политики, в Украине осталось 22–25 миллионов человек, в противовес 48 миллионам — именно в такую численность оценивалось население Украины в начале 1990-х. Даже до полномасштабной российской агрессии нас было примерно 41–42 миллиона. 

Подобные катастрофические цифры нельзя списать только на демографическую яму и последствия российской агрессии. Давайте не обманывать самих себя. 

Многие выехали из Украины в поисках лучшей жизни в Европейском союзе; война лишь дала необходимый психологический и материальный толчок, особенно с учётом финансовой поддержки со стороны Европейского союза. 

Такую большую страну, как Украина, невозможно отстроить при столь малой численности населения. Раньше мы имели самодостаточный внутренний рынок, теперь же лихорадочно задумываемся о завозе мигрантов из-за рубежа. 

Энтузиазм по поводу мигрантов из Бангладеш, Индии и Пакистана можно описать немного видоизменёнными строками поэта: 

Умом Украину не понять,

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать —

В Украину можно только верить. 

Вместо того, чтобы думать как возвращать своих людей, мы думаем о том как завести мигрантов из развивающихся стран. Это само по себе не плохо, но следует задуматься почему поляки так активно выступали за прием мигрантов из Украины и против мигрантов из стран Азии и Ближнего востока. 

Не потому ли, что наши мигранты лучше приспособлены к социально-экономическим и культурным процессам в Польше? А, мы за нежеланием возвращать своих, за невозможностью привлечь тех же европейцев, готовы абсолютно непродуманно насыщать рынок труда. 

Когда украинские предприниматели говорят, что в Польше «легче вести бизнес», многие представляют себе низкие налоги и комфортную европейскую систему. Но если смотреть именно на стоимость сотрудников, цифры говорят об обратном: польский работодатель платит государству значительно больше, чем украинский. 

В Украине система налогообложения зарплат относительно простая. Если сотрудник получает 100 000 гривен «грязной» зарплаты, работодатель дополнительно платит только 22% ЕСВ. Сам сотрудник отдаёт 18% НДФЛ и 5% военного сбора. 

То есть идеальная структура выглядит примерно так:

• 100 000 грн — начисленная зарплата;

• 22 000 грн — ЕСВ работодателя;

• 23 000 грн — удержания с работника;

• около 77 000 грн сотрудник получает «на руки». 

Для работодателя такой сотрудник обходится примерно в 122 000 грн. Фактически общая налоговая нагрузка на фонд оплаты труда в Украине сейчас составляет около 45% от чистой зарплаты сотрудника. 

Польская система устроена гораздо тяжелее. Если сотрудник в Польше получает эквивалент тех же условных 100 000 гривен гросс, работодатель помимо зарплаты платит целый набор обязательных социальных взносов. 

Со стороны работодателя дополнительные платежи обычно составляют около 20–22% сверху зарплаты. Но проблема в том, что и сам сотрудник дополнительно теряет значительную часть дохода:

• 9, 76% пенсионного взноса;

• 1, 5% страхования по инвалидности;

• 2, 45% больничного страхования;

• 9% медицинского страхования;

• подоходный налог 12% или 32% в зависимости от дохода. 

В итоге сотрудник в Польше часто получает на руки лишь около 68–72% от своей брутто-зарплаты. А для работодателя реальная стоимость сотрудника оказывается примерно на 35–45% выше суммы, указанной в трудовом договоре. 

И здесь возникает важный парадокс: несмотря на то что польская система объективно дороже для работодателя, бизнес всё равно массово переносит деятельность из Украины именно туда. 

Почему так происходит? Главная проблема — отсутствие предсказуемой регуляторной среды и устойчивой судебной системы. В спорах между компаниями украинская судебная система ещё может демонстрировать определённую эффективность, но когда речь заходит о государственных интересах, особенно в условиях войны, суды зачастую занимают сторону государства. 

Это проявляется в самых разных формах — от санкций СНБО до постоянных проверок со стороны государственных органов. В результате интересы бизнеса оказываются недостаточно защищены в правовом поле. В Украине высоки политические риски и значительная регуляторная волатильность, из-за чего бизнес не может планировать долгосрочно — в отличие от той же Польши. 

Особняком стоит тема девальвации валюты. Напомню, за шесть лет национальная валюта девальвировала в два раза, что подстегивает инфляцию и снижает покупательскую способность населения. 

И когда утверждают, что ключевой фактор — это исключительно членство Польши в Европейском союзе, это упрощение, которое вводит в заблуждение. 

Существуют страны вне ЕС, которые также сталкиваются с внешними рисками безопасности, но при этом остаются привлекательными для бизнеса. Это прежде всего Израиль, Южная Корея, Сингапур, а также Узбекистан, где действующий президент Шавкат Мирзиёев, придя к власти в 2016 году, начал реформы страны именно с судебной системы. 

Парадоксально, но налоговая нагрузка в Украине растёт одновременно с политическими рисками, хотя должна была бы компенсировать наличие рисков для бизнеса, которые тоже возникли не на пустом месте, поскольку бизнес, в отличие от государства, не ведёт международную политику. 

Ещё шестнадцать лет назад подоходный налог в Украине составлял 13%, сейчас он составляет 23% (18% + 5% военного сбора). Выделение военного сбора из общей ставки подоходного налога служит скорее психологическим сигналом для бизнеса, подчёркивая его временный характер. 

Однако в условиях российской угрозы вряд ли стоит рассчитывать на его отмену, тем более что государству зачастую проще повышать налоги, чем бороться с коррупцией в энергетике и в других сферах с высокими коррупционными рисками. 

В такой ситуации бизнес, стремящийся к долгосрочной устойчивости, будет искать возможность релокации в более безопасную, предсказуемую и понятную юрисдикцию, которой является Польша.

Надо сказать, что Российская Федерация сделала всё, чтобы девальвировать память об общей победе над тем нацизмом не только потому, что явила миру новую реинкарнацию нацизма, но и потому, что на протяжении всех постсоветских лет упрямо принижала роль других республик, делая акцент именно на собственной исторической роли. 

Тем самым, в отсутствие современных достижений, Москва пыталась продолжать жить прошлым, занимаясь ревизией общей истории. Именно поэтому, когда Москва обвиняет Украину в ревизии прошлого и в попытке принизить роль всего Советского Союза в восстановлении послевоенной экономики Украины, Кремлю не мешало бы самому посмотреть в зеркало, чтобы разглядеть кривую, нахлобученную от важности рожу. 

Еще до полномасштабной российской агрессии я писал, что самая большая проблема Москвы — это отсутствие визии. Путин искренне считает, что можно влить новое вино в старые советские мехи, продолжая внешнеполитическую линию покойного Евгения Примакова. 

В реальности мы видим, что роль и значение Москвы на пространстве СНГ неуклонно падают. Безусловно, Москва остается важным фактором экономической и политической географии для ряда постсоветских стран, но ее позиция уравновешивается мнением Пекина, Анкары или Вашингтона. 

У Москвы больше нет эксклюзивных рычагов влияния на постсоветском пространстве. И здесь снова виноват сам Кремль: вместо того чтобы быть локомотивом реформ и глобализации, проявлять уважение к постсоветским странам, Кремль своим поведением не притягивал, а, наоборот, отдалял национальные элиты постсоветских республик. 

Вчерашнее заявление президента США Дональда Трампа о трехдневном перемирии и обмене военнопленными, а затем и подтверждение Киевом и Москвой приверженности плану Трампа — это скромная плата в форме пиара, которую обе стороны могут дать американскому лидеру за его участие в попытке урегулирования войны. 

Другое дело, что указ президента Украины о разрешении провести парад на Красной площади может и звучит ярко, и вызывает бурю эмоций в Facebook, но в практической плоскости это не что иное, как прямая насмешка над Путиным, который еще минимум восемь лет не уйдет от власти. 

Следовательно, Путин — именно тот человек, с которым придется хоть как-то договариваться об окончании войны, когда откроется окно возможностей. Собственно, об этом говорит и сам президент Зеленский, который уже несколько раз повторял о своем желании встретиться лично с Путиным. 

Конечно, подобные указы президента Украины повышают вероятность усиления личной неприязни и невозможности проведения подобной встречи. Наш президент не раз материл Путина, насмешничал над ним и даже глумился над возрастом российского диктатора, говоря о том, что он может пережить Путина. Зная Путина, можно легко предположить, что это лишь усиливает его личную ненависть к нашему президенту. 

Таким образом, мы имеем дело с классической игрой с нулевой суммой, где победитель получает всё, а компромисс невозможен. И не только потому, что целью являются конкретные участки земли или даже слом существующей в России либо Украине политической системы. 

Но и потому, что личная неприязнь друг к другу подталкивает обоих автократических лидеров к бескомпромиссному противостоянию, результат которого, по их мнению, должен заставить одного или другого покинуть политическую сцену. Конечно, подобные личные расчеты влияют на нежелание обращаться к политическому прагматизму. 

В этом контексте вполне определенно воспринимаются слова помощника президента России Юрия Ушакова, который дал понять, что Россия не заинтересована в переговорах, пока Украина не выйдет из Донецкой области, а уже затем откроется перспектива перехода к обсуждению подписания мирного договора. 

Таким образом, Россия не планирует подписывать с Украиной мирное соглашение, даже если бы Украина, в нарушение Конституции и Уголовного кодекса, отдала агрессору часть Донбасса. Россия планирует продолжать свою агрессию; просто уступка по Донбассу способна расколоть общественное мнение и вызвать цунами похлеще Революции достоинства, когда Янукович отказался подписывать соглашение об ассоциации. 

Говорят, что Виктор Янукович боялся оккупации и аннексии Крыма, поскольку Путин якобы обещал ему военную интервенцию. Но в итоге отказ от подписания соглашения об ассоциации спровоцировал Революцию достоинства, в результате которой Янукович потерял власть, а Россия воспользовалась институциональной слабостью Украины для бескровного захвата Крыма. 

Хотя тогдашний премьер-министр Крыма Анатолий Могилев считал, что Крым можно было отстоять, если бы был соответствующий приказ тогдашнего руководства. Но тогдашнее руководство боялось развязывания российской агрессии. В итоге мы получили и аннексию Крыма, и оккупацию части Донбасса. 

Иными словами, часто благими намерениями вымощена дорога в ад. Завершать войну с агрессором необходимо. Если война продолжится, глубина украинской автократии будет увеличиваться, равно как и степень отчужденности бюрократического аппарата от народа. 

Но вопрос — какой ценой. Как тут не вспомнить слова киевлянина Шульгина принявшего отречение царя Николая II: 

"Мы были рождены и воспитаны, чтобы под крылышком власти хвалить ее или порицать... Мы способны были, в крайнем случае, безболезненно пересесть с депутатских кресел на министерские скамьи... под условием, чтобы императорский караул охранял нас...". 

Жизнь в условиях автократии не только в государстве-агрессоре России, но и у нас в историческом анамнезе.

<pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Война в Украине, продолжающаяся уже пятый год, нанесла огромный ущерб инфраструктуре, экономике и социальной системе страны. По оценкам международных организаций, восстановление Украины потребует от 500 до 800 миллиардов долларов в течение следующего десятилетия. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Речь идет не только о восстановлении разрушенного, а фактически о создании новой экономики, более современной, технологичной и интегрированной в европейское пространство. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Ключевую роль в этом процессе сыграют США и Европа. Однако масштабные инвестиции напрямую зависят от одного главного фактора – устойчивого прекращения войны и появления реальных гарантий безопасности. Пока продолжаются ракетные удары и сохраняются военные риски, крупный частный капитал действует крайне осторожно. Но, тем не менее, подготовка к будущему восстановлению уже активно идет. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Европейский Союз формирует многомиллиардные программы поддержки Украины, а европейские компании рассматривают будущие проекты в энергетике, транспорте, строительстве и оборонной промышленности. Для Европы это не только политическая поддержка Киева, но и стратегическая инвестиция в безопасность всего континента. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">США делают ставку, прежде всего, на стратегические отрасли: критические минералы, оборонные технологии, энергетику, искусственный интеллект и беспилотные системы. Вашингтон рассматривает Украину как важный элемент новой промышленной и геополитической архитектуры Запада. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Россия в этой модели практически исключена из конструктивного участия. Из-за санкций, политической изоляции и глубокого недоверия ее возможная роль в будущем ограничивается вопросами репараций и замороженных активов, а не полноценными инвестициями. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Несмотря на перспективы, риски остаются высокими. Главный из них – безопасность. Инвесторы также внимательно оценивают уровень коррупции, независимость судов, прозрачность государственных процедур и устойчивость экономики. Без реформ и понятных правил игры даже крупнейшие фонды будут действовать крайне осторожно. Именно поэтому Украина должна одновременно решать две задачи: усиливать систему безопасности и ускорять внутренние преобразования. Независимые суды, антикоррупционные механизмы, цифровизация управления и интеграция в европейские стандарты становятся не просто политическими лозунгами, а необходимым условием для прихода капитала. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Чтобы Украина действительно стала магнитом для капитала, необходимо выполнение нескольких принципиальных условий. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Во-первых, стране необходима устойчивая система безопасности. Это могут быть двусторонние гарантии США и европейских государств, расширенные оборонные соглашения, присутствие международных сил или иные механизмы сдерживания. Без ощущения долгосрочной стабильности крупный капитал останется осторожным. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Во-вторых, ускорение реформ должно стать не политическим лозунгом, а практической реальностью. Судебная система, антикоррупционная инфраструктура, прозрачная приватизация и цифровое государственное управление – все это напрямую влияет на инвестиционный климат. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">В-третьих, необходима четкая и скоординированная международная стратегия восстановления. Без единого центра управления существует риск хаотичного распределения средств, дублирования проектов и снижения эффективности помощи. Украина должна оставаться главным субъектом процесса, но при тесной координации с ЕС, США, Всемирным банком и международными финансовыми структурами. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">Если эти условия будут выполнены, то Украина может стать одним из крупнейших экономических проектов Европы на ближайшие годы. Для Запада это шанс укрепить европейскую безопасность и создать новый центр роста. Для бизнеса это возможность войти в рынок с огромным потенциалом. А для самой Украины это шанс выйти из войны не ослабленной, а модернизированной и значительно более сильной. <pstyle="margin-top: 12.0pt; : 150%;">ЮРИЙ ВАНЕТИК, адвокат, политический стратег, член Совета директоров международного правозащитного агентства West Support, старший научный сотрудник Claremont Institute (Калифорния, США)

9 мая стало общим знаменателем не только для народов Союза и Варшавского блока, но в итоге, уже после распада СССР, превратилось в символический День Победы Мира над нацизмом «по восточному календарю»: на традиционный парад на Красной площади приезжали гости из десятков стран всех континентов, включая лидеров тогдашних союзников СССР — США, Британии, Китая, Франции, а также руководителей побеждённой, но возрождённой Германии. Примечательно, что именно в этот день, через пять лет после капитуляции Вермахта, была провозглашена Декларация министра иностранных дел Франции Шумана, которая в итоге стала фундаментом Европейского Союза и сегодня отмечается как День Европы.

Среди гостей московских парадов разных лет были президент США Bill Clinton, канцлеры Германии Gerhard Schröder и Angela Merkel, президент Франции Jacques Chirac, премьер-министр Великобритании Tony Blair, руководители КНР Hu Jintao и Xi Jinping, генеральный секретарь ООН Kofi Annan, а кульминацией этого международного консенсуса стали торжества 2010 года, когда по Красной площади рядом с российскими военными шли подразделения армий США, Великобритании, Франции и Польши — как символ того, что победа над нацизмом в Европе долгое время воспринималась не как «собственность» Кремля, а как общее наследие целой цивилизации.

Но именно тогда, в 2010-м, за несколько лет до начала войны против Украины, тогдашний российский премьер Путин начал кампанию по прихватизации Россией «эксклюзивного символического права» на победу над нацизмом. На публичный вопрос своего фаната-байкера о роли Украины в Победе он ответил, что «мы всё равно бы победили, потому что именно РСФСР понесла основные потери». И, как говорят в Одессе, с этого места началась совсем другая музыка.

В последующие годы, особенно после начала гибридной войны против Украины в 2014-м, российская власть и пропаганда окончательно ушли от главного посыла памяти ветеранов и детей той войны — что она никогда не должна повториться — и превратили миф Великой Победы в культ новой войны, милитаризма и фашизма XXI века — рашизма. Вместо общей памяти о трагедии народов Европы и колоссальной цене победы над нацизмом, 9 мая в России постепенно стало инструментом оправдания собственной версии «нового порядка» в стиле Гитлера, а лозунг «никогда снова» сменился агрессивным «можем повторить».

При этом Украина, которая сегодня снова воюет, защищая собственную землю, куда ближе к настоящему духу Победы 1945 года, чем государство, пытающееся монополизировать память о ней. Именно в это верили фронтовики. Именно это было главным моральным оправданием миллионов смертей. Люди проходили Сталинград, Курск, Одессу, Севастополь, Берлин не для того, чтобы через несколько поколений какая-то новая империя снова бомбила чужие города, прикрываясь памятью о борьбе с фашизмом.

Историческая ирония состоит в том, что именно Россия сегодня всё больше напоминает то зло, против которого народы Европы воевали в XX веке. Культ войны, культ вождя, милитаризация детей, уничтожение соседнего государства, депортации, удары по гражданским городам, отрицание права другого народа на существование — всё это Европа уже видела. Просто теперь оно приходит не под свастиками, а под триколорами и советскими маршами.

И именно поэтому Украина имеет моральное право на эту память не меньше, а во многом — куда больше, чем современная Россия.

Для Одессы это вообще отдельный разговор. Здесь 10 апреля, как и 9 мая, никогда не были просто официальными датами в календаре. Это часть городского характера. Часть той самой одесской ткани, где во дворах сидели ветераны, где почти в каждой семье были фронтовики, моряки, эвакуированные, погибшие или люди, пережившие оккупацию. Для одесситов война — это не абстрактный урок истории из учебника и не телевизионный ритуал из Москвы. Это память о городе, который реально пережил катастрофу.

И тут возникает парадокс, который «исторические элиты» современной Украины очень любят обходить стороной. Именно Красная армия, как бы к ней сегодня ни относились, фактически сформировала географически и структурно ту Украину, которая стала независимой в 1991 году. История не знает сослагательного наклонения. Именно после Второй мировой Украина получила те границы, с которыми вошла в XXI век. Именно советская победа создала международно признанную украинскую республику, которая позже стала независимым государством. Исторический парадокс, но факт. А факты — самая упрямая в Мире вещь.

В этом смысле не случайно одним из первых сильных символических решений украинской власти после начала полномасштабной войны стало возвращение понятия «город-герой». Причём возвращение почти интуитивное, без проверок на «достаточную украинскость» от очередных комиссаров памяти. Не через сложные идеологические конструкции и цитаты деятелей межвоенного национализма, а через тот архетип, который был понятен миллионам украинцев. Чернигов. Харьков. Мариуполь. Николаев. Херсон. Бахмут. Константиновка. Города, которые держат удар.

Фактически современная война сама вернула украинцев ко многим образам Второй мировой — только уже без СССР и без Москвы. Потому что когда на твой город летят ракеты, когда враг пытается стереть его с лица земли, очень быстро исчезает вся эта модная «дистанция» от советских архетипов. Люди внезапно прекрасно понимают, что такое оборона города, фронт, эвакуация, тыл, руины и почему слово «освобождение» вообще появилось в словаре. Зеленский тогда обращался к понятным и близким большинству украинцев архетипам борьбы за своё государство, во многом унаследованным ещё из эпохи СССР во Второй мировой. И именно тогда, к удивлению мира и вопреки прогнозам большинства военных аналитиков, Украина одержала свои самые большие победы в этой войне. Потому что в 2022-м только совсем уже поехавшему человеку могло прийти в голову высказывать языковые и культурные претензии или объяснять людям, что у них «не те» деды, «не тот» язык или «недостаточная украинскость».

Особенно это чувствуется в Одессе. Городе, который исторически намного сложнее и многослойнее, чем его пытаются показать и российская, и часть украинской пропаганды. Потому что Одесса помнит не только советскую героику, но и цену войны. Помнит оккупацию. Помнит румынскую администрацию. Помнит массовые убийства евреев. Помнит страх, голод, унижение. Именно поэтому здесь память о Победе никогда не была про Сталина, Жукова или КПСС. Для многих одесситов это была память о том, что нацизм, оккупация и попытка запугать и сломать человека — это реальное зло, а не телевизионная картинка.

Взрослая нация не боится сложной истории. Она не пытается заменить её примитивными схемами, где одни «абсолютно святые», а другие «абсолютно чужие». Потому что тогда мы сами начинаем проигрывать собственную память — либо Москве, либо внутренним фанатикам, которые хотят переписать живую историю миллионов людей под политическую конъюнктуру.

При этом важно не впадать и в другую крайность — в романтизацию советской военной машины. Потому что крупнейшие преступления сталинской системы и многие самые страшные традиции Красной армии были направлены прежде всего против собственных людей. Советское командование слишком часто относилось к солдату как к расходному материалу — жёстко, цинично, обезличенно. И здесь проходит главный моральный водораздел между памятью о своих дедах и прадедах, реально воевавших против нацизма, и героизацией той номенклатуры и тех военачальников, которые нередко достигали побед ценой чудовищного уничтожения собственного населения. Недаром Советский Союз заплатил за победу несоизмеримо большую человеческую цену, чем сам Вермахт: только безвозвратные военные потери Красной армии оцениваются более чем в 8–11 миллионов человек против примерно 2 миллионов потерь Вермахта на Восточном фронте.

И именно поэтому современная Украина, постепенно уходящая от худших советских военных практик, должна смотреть на это наследие куда трезвее. Потому что то, что было самым тёмным в советской военной традиции — культ «мясных штурмов», безграничная терпимость к потерям, атаки любой ценой, — сегодня наиболее полно унаследовала именно российская армия. И именно поэтому мир уже несколько лет наблюдает почти сюрреалистические картины, когда огромная страна бросает волны людей на украинские позиции ради пары посадок, сёл или руин городов. Война 2014–2026 годов показала: без Украины Россия оказалась намного слабее, чем сама о себе думала, а её главным «наследием Победы» часто остались именно самые архаичные и кровавые практики советской эпохи. И, возможно, одна из причин, почему Украина выстояла, заключается именно в том, что мы постепенно учимся воевать иначе — ценя жизнь своих людей куда больше, чем это традиционно делала империя, пришедшая нас «освобождать».

Сегодня Украина воюет не за возвращение СССР и не за советскую империю. Но и не за то, чтобы отказаться от всего собственного XX века только потому, что его «прихватизировал» Путин. Потому что если Россия превратила 9 мая в карнавал агрессии, это ещё не значит, что Одесса должна стыдиться своих фронтовиков, своих погибших и своей памяти.

Наоборот. Возможно, именно сейчас Украина впервые за десятилетия получает шанс вернуть эту дату себе. Без сталинизма. Без московского культа войны. Но с тем главным смыслом, ради которого тогда вообще воевали люди: чтобы новый фашизм больше никогда не пришёл на нашу землю.

P.S. История любит иронию. Именно 9 мая, только ещё в 1920 году, по Крещатику уже проходил другой парад — совместный парад армии УНР и Войска Польского после освобождения Киева от большевиков. По столице шли украинские и польские части, присутствовали французские и японские офицеры. Петлюра, Пилсудский, Красная армия, День Европы, Победа над нацизмом, Одесса, «никогда снова» — слишком много разных смыслов для одной даты. Но, возможно, именно в умении жить с этими сложными хитросплетениями истории, а не упрощать их до примитивных лозунгов, и заключается взросление нации.

Наведені мною приклади відверто здивували співрозмовника. Впевнений: будь-який фаховий юрист, детально проаналізувавши цей документ, дійде висновку, що він має всі ознаки фабрикації.

Ось лише два показові приклади:

Перший — маніпуляція з цифрами. НАЗК вказує вартість нерухомості, спираючись на публікацію в одному з інтернет-медіа, де ціни стосуються зовсім інших об'єктів і завищені у два-три рази порівняно з реальними. При цьому Агентство мало на руках правовстановлюючі документи, де чітко зазначено назву забудовника та адресу об’єкта. Маючи величезний інструментарій для перевірки інформації (а реальні ціни на ці об'єкти є у відкритому доступі), НАЗК чомусь ігнорує офіційні дані та бере за основу медійну публікацію.
Виникає логічне запитання: чи не умисно це зроблено?

Другий — відверте протиріччя. Довідка НАЗК суперечить сама собі. В документі стверджується, що моя мати не мала достатньо коштів на придбання квартири у зв’язку з витратами на купівлю авто. Водночас у цій же довідці зазначено, що автомобілі були продані ще до купівлі квартири.
Питання: це елементарне невміння звести дебет із кредитом чи чергові умисні дії?

І найцікавіше: ці випадки — лише мізерна частина викривлень фактів працівниками НАЗК. Текст довідки містить цілий системний комплекс порушень: приховування вже зібраної інформації, кричуще незнання законодавства, умисне ігнорування показів та наявних фактів, і навіть маніпуляції з розрахунками при конвертації валют.

Наприкінці інтерв'ю я чітко заявив: я абсолютно відкритий до конструктивного діалогу. Готовий надати всі необхідні докази на першу вимогу та всіляко сприяти проведенню справді об'єктивного журналістського розслідування.

«…Перемен требуют наши сердца!

Перемен требуют наши глаза!

В нашем смехе, и в наших слезах, и в пульсации вен —

Перемен! Мы ждём перемен! …»

К тому времени желание перемен в советском обществе созрело уже давно. Оно отражалось в едких анекдотах в адрес партийных вождей и в рутинизации всего, что было тогда связано с государством: от партийных собраний на заводах до участия в первомайских демонстрациях. 

Перестройка и гласность, объявленные Михаилом Горбачёвым, канализировали эти настроения уже в конкретную политическую идею. На уровне советского учёного и депутата Съезда народных депутатов Андрея Сахарова эти идеи легли в основу его речи «Мир. Прогресс. Права человека».

На уровне «Демократического союза» — в лозунг «Переименуем Калинин в Тверь, а Советский Союз — в Демократический союз». А на уровне культуры это вылилось в знаменитые строчки Цоя. И неважно, что потом наступило разочарование. 

Так устроена человеческая природа. Это диалектика бытия, где надежда сменяется апатией, но только для того, чтобы на следующий день дать старт новой надежде, и так до бесконечности.

Как известно, чем жёстче пружина, тем сильнее она сопротивляется деформации. Мы это видим на примере Венгрии, где была зафиксирована аномально высокая явка на выборах. Это и есть желание венгерского общества поменять власть. 

И неважно, что скоро может наступить разочарование — общество хочет жить в условиях движения. Невозможно десятилетиями видеть одно и то же лицо у власти, каким бы прекрасным или ужасным оно ни было.

Демократия придумана для того, чтобы делать вид, что происходят выборы, а общество делало вид, что выбирает. Важен элемент игры. Ощущение того, что ты владеешь ситуацией. На Западе элита выработала механизм, как, воспроизводя себя, тем не менее давать обществу иллюзию выбора. 

В России в преддверии выборов происходит нечто похожее, с поправкой на историю и географию. Драматургия предполагает какой-то «каминг-аут». В этот раз такой «каминг-аут» сделала известная блогерша Виктория Боня, которая обратилась к Владимиру Путину в середине апреля, выпустив видеообращение, в котором перечислила пять проблем России, о которых «ни один губернатор не скажет». 

Это наводнение в Дагестане, загрязнение пляжей в Анапе, правила, позволяющие убивать животных, занесённых в Красную книгу, изъятие скота в Новосибирской области и блокировки интернета которые привели к падению дохода простых россиян чья деятельность напрямую связана с интернетом. 

Обращение нашло широкую поддержку в Инстаграме. В Кремле даже пресс-секретарь президента Владимира Путина отреагировал, отметив, что в обращении Бони «затрагиваются резонансные темы» и по ним «ведётся большая работа».

На этом фоне у Бони произошёл конфликт с Владимиром Соловьёвым и депутатом Госдумы Виталием Милоновым, которые публично оскорбили её. Пропагандист назвал Боню «потрёпанной шалавой», а депутат — «дурно образованной блогершей» и «эскортницей». 

В ответ Боня пригрозила подать против них иск в суд. В последствии стало известно, что через пару дней Боня будет в эфире у Владимира Соловьёва. 

Надо сказать, что этот кейс не на шутку взволновал российское общество, многие стали демонстрировать свою сопричастность, выражая поддержку Боне. Понятно, что, в отличие от обсуждения военной агрессии, выступление против Соловьёва и поддержка Бони — это своеобразная форма безопасного протеста для россиян.

Теперь, когда российское общество разогрето, ему наверняка предложат ещё несколько подобных резонансных историй, которые призваны создать ощущение перемен и породить слухи о расколе элит. 

И в этом смысле такая «торпеда», как Виктория Боня, намного эффективнее, чем Валерий Соловей, утверждавший, что Владимир Путин умер и лежит в холодильнике. Скорее поверят молодой девушке, у которой милый ребёнок, нежели старому хрычу, который радостно сообщает, что другой старый хрыч уже спёкся, а вместо него — двойник.

Задача кремлёвских идеологов предельно проста и понятна. Необходимо привлечь людей к кабинкам для голосования. Понятно, что «Единая Россия» снова получит конституционное большинство. Психологически важно, чтобы эта победа была если не в результате конкуренции, то хотя бы на фоне общественного драйва.

Умєров, Міндич чи будь-хто інший — не є втіленням ані всього кримськотатарського ані єврейського народу.

Будь-які спроби переводити розмову в площину ксенофобії чи антисемітизму- це слабкість і примітив.

Тепер по суті.

Цинізм корупції в обороні вимірюється не грошима.

Він вимірюється життями.

Поки хтось вибудовує «схеми», інші закривають потреби фронту власними силами.

Серед тисяч виробників і ми в рамках «Дрону вихідного дня» вже витратили мільйони гривень на виробництво FPV-дронів і передали їх військовим безкоштовно.

За ці роки спілкування з представниками системи стало очевидним:

закупівлі залишаються складними та закритими для тих, хто реально виробляє результат.

Виробники впираються не в технології і не в якість.

Вони впираються в відсутність доступу і необхідність шукати «посередників».

І тут ключове.

Якби в країні з самого початку була створена відкрита і чесна конкурентна середа серед виробників дронів —

результат на фронті був би іншим значно раніше.

Конкуренція дає швидкість.

Конкуренція дає якість.

Конкуренція знижує ціну помилки.

Те, що сьогодні досягається через волонтерів, ініціативи і власні ресурси -

могло б бути масштабовано державою ще на початку.

І це ще один вимір цинізму:

коли система не стимулює сильних, а змушує їх обходити саму систему, створюючи монополістів.

Під час війни така модель — це слабкість держави.

І це вже питання не дискусій, а існування країни.

Однако, публичные пожелания смерти младенцам — не то, до чего вот лично конкретно персонально я хотел бы дойти при любых обстоятельствах.

До сегодняшнего дня не имел понятия, что в Одессе столько аналогов Красовского (в плохом смысле слова «Красовский»). Наверное, не с теми общаюсь?

Понимаю, почему люди такое пишут. Эмоционально, патриотично… но ещё не значит, что приемлемо. Если за столько часов не удалено авторкой и набрало комментариев в поддержку (хотя там высказывают всякое, от и до) — значит, есть украинцы, которые осознанно желают смерти российским младенцам.

Что, в свою очередь, имеет ряд последствий. В качестве одного из них, акцентирую внимание на том, что НЕ все украинцы желают смерти российским младенцам. Ну, пускай меня особо *пламенные* и *неравнодушные* ненавидят ещё и за это, на здоровье; мне уже мало что терять в этом отношении. Если считаю что-то общественно важным и вместе с тем недостаточно проговариваемым, то, с большой вероятностью, говорю — если считаю тему такой, о которой вообще готов судить.

Перед началом войны (2014) я прожил уже достаточно долго, чтобы прекрасно понимать, что ничто так не меняет сознание, как кровь, и что «мы становимся похожи на наших врагов». И знал, чего можно ожидать от путина. Что он способен убить и миллион. Поэтому, наверное, моё сознание, будучи ко многому готовым, поменялось не так критично, а в основных вопросах — не поменялось вообще. Но это — моё дело и моя жизнь, а ваше сознание и высказывания — ваше дело, и ваша жизнь. Так что будьте кем хотите, но это — всегда выбор, и не нужно говорить, что нет.

Учорашній жахливий теракт у Києві породив нову хвилю дискусій про носіння короткоствольної зброї цивільним населенням. І поки одні категорично проти, щоб пересічні українці могли мати на руках зброю (аргумент: подібних учорашньому випадків стане тільки більше), інші апелюють до того, що учора жертв могло би бути в рази менше, аби неадекват дорогою зустрів когось, хто має при собі зброю. А тепер детальніше.

Станом жовтень 2024 року за інформацією МВС в Україні офіційно на обліку перебувало близько 1, 4 млн одиниць зброї. Зараз, підозрюю, ще більше. Разом з тим в поліції повідомляють, що на руках у населення може бути від 2 до 5 млн одиниць незареєстрованої зброї. І до цього всього ще можна додати табельну зброю військовослужбовців та поліції, які мають її не лише в бойових умовах, а і в тилу – тут цифру назвати важко. Це я все до того, що сьогодні зброї в українців дуже багато і ставатиме ще більше: з одного боку це цілком природнє бажання захистити себе та свою сімʼю під час війни, а з іншого – доступність цієї зброї, яку можна доволі легко придбати як офіційно, так і знайти на «чорному ринку». І цей факт потрібно просто прийняти.

Коли й мені учора під час перегляду новин думалося: «А що було б, аби хтось із перехожих мав при собі пістолет?», наступною думкою було: «А які б правові наслідки мав для себе цивільний (та й військовий, насправді), якби застосував би її проти нападника? Як довго би він мусив доказувати, що використання зброї було виправданим?».

Пару років тому наше законодавство зробило крок вперед тим, що дозволило цивільним особам декларувати трофейну зброю: це була необхідність, викликана умовами воєнного стану. Але порядок її зберігання та використання у нас досі регламентується наказом (не законом, а підзаконним НПА) 1998 року народження. В Україні на 13й рік війни досі немає спеціального закону про зброю, котрий би був близьким до сучасних реалій і враховував в собі всі необхідні нюанси й виклики сьогодення. Наша держава сьогодні єдина країна Європи, в якій триває воєнний стан, і водночас єдина, яка немає спеціального збройового законодавства. І це я ще не підіймаю тему застарілого ККУ та КПКУ, особливо в частині самооборони, – тут краще пояснять юристи. Тобто, зброя на руках у населення є і чимало, а от коло ситуацій, де її можна використати цивільному населенню, – дуже законодавчо обмежене.

Ще окремо варто підняти тему збройової культури. Десь під дописами натрапила на цілі баталії чи присутня сьогодні така в українському суспільстві чи ні. На жаль, як на мене, така велика кількість зброї на руках у населення не означає, що кожен власник вміє відповідально та фахово цією зброєю користуватися.

По-перше, культура безпеки: часто наявність короткостволу порівнюють із наявністю ножа вдома – не кожен власник автоматично стає вбивцею. Разом з тим, щоб випадково серйозно поранити себе або когось ножем, потрібно бути дуже обдарованим. А випадковий постріл буває навіть у дуже досвідчених стрільців, тому правила безпечного поводження зі зброєю мають бути відточені до автоматизму.

По-друге, вміння користуватися зброєю. Наявність карабіна в сейфі чи пістолета на поясі, вміння зняти з запобіжника-загнати патрон до патронника-настиснути спусковий гачок, а також поїздки на стрільбище чи тир постріляти по банках чи «десь в ту сторону» це не вміння користуватися зброєю. Бо тут має бути присутня теж ціла низка навичок, відточених до автоматизму, що вимагає регулярних тренувань, інакше твоя зброя може бути використана проти тебе самого. Чи абсолютно кожен сьогоднішній власник зброї максимально відповідальний у цих двох аспектах – сказати важко.

Збройова культура в Україні зараз стрімко розвивається, але настільки присутня держава в цих процесах – питання риторичне. Дуже хотілося б, щоб для отримання дозволу на володіння зброєю потрібно було не формально зібрати папірці, а справді пройти необхідну підготовку, і передувало цьому заздалегідь створені всі необхідні умови.

Разом з тим, акти терору цивільного населення, подібні учорашньому, вбивства громадських та політичних діячів глибоко в тилу вже просто кричать про необхідність нарешті створення та приведення до відповідності спеціального законодавства. І сьогоднішня заява міністра внутрішніх справ щодо надання права на вогнепальну зброю цивільному населенню вселяє надію, що питання прийняття відповідного законодавства нарешті зрушить з мертвої точки і ми від вічних дискусій перейдемо до справи.

Депутат Ольга Квасніцька опубликовала очередной эпос, в котором абсолютно случайно ошиблась:

1. У нее на скринах не все проголосовавшие. Опубликованы 1-13, 18-26, 34-42, 49-56. А знаете кого вы не показали? 29. Жукова, 31. Коваль, 43. Шарашидзе, 47. Оришич. Просто случайно пропустила 4 депутатов от СН. А всего за это решение проголосовали 6 "слуг" из 10. Как это называется? ЕС и ДД плохие, а вот СН мы просто не замечаем.

2. "Але знаючи ситуацію зсередини, вони мали ще у 2024-2025 роках повернути статус пам'ятки через суд! Це б заблокувало знесення. Чому не зробили? Бо хайпувати після знесення вигідніше, ніж витрачати власні кошти і рік життя на реальну юридичну боротьбу."
А вы почему не сделали? Потому что хайповать после сноса выгоднее?

3. "Депутатська земельна комісія (на чолі зі скандальною адвокаткою Мандриченко) продавила питання.". Земельную комиссию возглавляет Сергей Страшный. Это элементарно проверяется.

4. Спильна Мета, которая делает тоже самое, что и вы, «просто пиарится» и только вы одна реально боретесь. «Вы все дураки не лечитесь, одна я умная, в белом пальто красивая.»

На мой взгляд речь идет о ярком проявлении мании величия, хотя возможны и другие варианты

Вот краткая справка от ИИ по данным моментам
Может ли человек с подобным диагнозом
Сознательно манипулировать фактами:

Да, может — и это довольно типично, но важно правильно понять, почему это происходит.

При состоянии, связанном с мания величия (часто как часть, например, нарциссическое расстройство личности или эпизодов биполярное расстройство), искажение фактов может выглядеть как сознательное поведение — но механика там сложнее.

Вот ключевые моменты:

1. Иногда это осознанная манипуляция
Человек может понимать, что преувеличивает или «подправляет» факты, чтобы выглядеть успешнее, умнее, значимее. Это особенно характерно, если у него есть черты нарциссизма — тогда это инструмент самопрезентации.
2. Иногда — искренняя убежденность
В других случаях человек не считает, что он лжёт. Он может реально верить в свою версию событий. Память и восприятие подстраиваются под желаемый образ себя.

3. Смесь обоих механизмов
Чаще всего это комбинация:
человек сначала слегка приукрашивает, а потом сам начинает в это верить.

4. За этим стоит потребность, а не просто «обман»
Это не всегда про циничную ложь. Часто — про:
• потребность в признании
• защиту самооценки
• страх выглядеть слабым или обычным

5. Граница с патологией
Если искажения становятся системными, отрываются от реальности и сопровождаются грандиозными убеждениями («я гений мирового уровня, меня все недооценивают» без оснований), это уже ближе к клиническим состояниям.

Таким образом, «Тиса» получает 138 мандатов, у «Фидес» будет 54 депутата, у «Ми Хазанк» — 7. Для получения конституционного большинства достаточно 133 голосов. Виктор Орбан, правивший Венгрией на протяжении 16 лет, вновь уходит в оппозицию — как это уже было после его первого премьерского срока в 1998–2002 годах.

Кампания Мадяра во многом подпитывалась широким общественным возмущением по поводу коррупции, особенно злоупотреблений миллиардами евро из фондов ЕС, а также обеспокоенностью медленным экономическим ростом Венгрии.

Мадяр пообещал улучшить отношения с Европейским союзом, который ранее заморозил финансирование страны в качестве рычага давления на Орбана в ответ на его стремление идти вразрез с линией Брюсселя. Как известно, кто платит — тот и заказывает музыку.

Если в случае со строптивым правительством Грузии Брюсселю достаточно угрожать замораживанием перспектив вступления в ЕС и возможной отменой безвизового режима, то в отношении действующего члена Союза основным инструментом остаётся ограничение финансирования.

Как говорилось в известном советском фильме: «Не будут брать — отключим газ». Эту фразу можно понимать и буквально: Венгрия фактически лишилась части поставок российской нефти по трубопроводу «Дружба», в том числе при участии Украины и президента Владимира Зеленского, что стало фактором давления на правительство Орбана.

Мадяр также сделал акцент на уровне жизни и таких проблемах, как изношенная система здравоохранения. При этом он избегал тем, связанных с правами ЛГБТК+, и не комментировал запрет на проведение Budapest Pride в прошлом году.

Несмотря на критику пророссийских наклонностей Орбана и напоминания об историческом давлении Москвы на Венгрию, Мадяр также избегал обсуждения войны в Украине.

Он не был первым правым соперником Орбана. На выборах 2022 года оппозиция уже объединялась вокруг Петера Марки-Зая — консервативного мэра небольшого города. Однако тогда «Фидес» одержала убедительную победу, во многом благодаря мощной медийной кампании, представившей Марки-Зая как политика, готового втянуть Венгрию в войну.

Что же пошло не так у «Фидес» на этот раз?

Во-первых, от Орбана устали. Он находится у власти уже шестнадцать лет, и даже в условиях конкурентной политической системы такой срок играет против лидера. Да, Орбан сумел адаптировать избирательную систему под себя, но это скорее помогало закреплять преимущество, а не спасать ситуацию при падении популярности. В итоге та же система сработала против него: «Тиса» получила конституционное большинство, которое в иных условиях могло бы быть более скромным.

Во-вторых, кампания Орбана была почти полностью построена вокруг темы войны. Однако для значительной части венгерских избирателей приоритетными оказались внутренние проблемы — коррупция и экономическое положение. Кроме того, внешняя политика Орбана привела к заморозке европейских фондов, что воспринимается как прямой экономический ущерб.

В качестве главного оппонента он фактически выбрал Владимира Зеленского, однако образ внешнего врага оказался чрезмерно гипертрофированным. В этом смысле его кампания во многом напоминала кампанию Петра Порошенко: акцент на угрозе войны, противопоставление себя России, апелляция к безопасности.

Однако подобная стратегия не сработала и в Украине в 2019 году, когда общество восприняло её скорее как попытку продолжения конфликта, а не его предотвращения.

На этом фоне кампания Владимира Зеленского выглядела более «мирной», с акцентом на борьбу с коррупцией и обновление политической системы, что и обеспечило ему поддержку большинства.

При этом есть важное отличие: Петер Мадяр — уже сформировавшийся политик с опытом парламентской работы. После выхода из «Фидес» в 2024 году он создал «Тису», которая на выборах в Европарламент набрала около 30% голосов. В отличие от Зеленского, он активно выступает публично и ведёт классическую политическую кампанию.

В заключение важно отметить, что и «Тиса», и «Фидес» представляют консервативный спектр. Это означает, что «медовый месяц» новой власти с Европейским союзом может оказаться недолгим, если требования Брюсселя начнут противоречить настроениям венгерского общества.

При этом возможный отток голосов от «Тисы» с высокой вероятностью будет возвращаться к «Фидес». Орбан, имея значительный опыт пребывания в оппозиции, сможет эффективно использовать ошибки своих оппонентов.

Имея к тому времени десятилетний опыт работы в бизнесе, я прекрасно понимал, насколько важны постепенный рост предпринимателя и его соответствие вызовам компании. 

Давайте возьмём в качестве примера компанию Apple. Почему вместо Стива Джобса назначили Тима Кука, а не главного дизайнера Джонатана Айва? Тим Кук работал в компании с 1998 года и глубоко понимал её операционную деятельность. 

Если Стив Джобс был лицом компании, то Тим Кук — её главным операционным директором, который благодаря своему взвешенному стилю сумел усилить корпоративное направление и пользовался полным доверием акционеров. Фактически он уже управлял компанией, когда Джобс в силу болезни отсутствовал на работе. 

Таким образом, акционеры Apple осознавали всю глубину стоящих перед компанией вызовов и выбрали менеджера, обладающего опытом, знаниями и характером, соответствующими времени и положению компании. 

А как же повели себя «акционеры» государства Украина в 2019 году? Во многом так же, как и акционеры банка «Украина», — они фактически допустили его банкротство. Украинское общество искренне считало, что роль государства настолько мала, что голосование «по приколу» никак лично их не коснётся. Они ошиблись. 

Оказалось, что за ошибки государства платят простые люди — так же, как акционеры несут ответственность за результаты компании. Когда государство проигрывает конкуренцию и не упреждает внешнюю агрессию, страдают его «акционеры», то есть граждане. 

Сначала это выражается в резком падении их личного благосостояния — доходов и стоимости имущества, а затем — в ущербе физическому здоровью, когда человек оказывается мобилизованным в условиях военного конфликта. 

И уже находясь под снарядами на поле боя, человек начинает осознавать, что существует прямая связь между его личным и общественным выбором и той жизнью, которую он в итоге получает. 

Президент Пётр Порошенко не был идеальным лидером и, безусловно, допускал ошибки, однако он был подготовленным государственным деятелем и дипломатом, прошедшим все ступени — от министра иностранных дел и экономики до секретаря Совета национальной безопасности. Кроме того, к тому времени он многократно избирался в Верховную Раду и возглавлял парламентские комитеты. 

Это давало ему весь спектр необходимого управленческого и бюрократического опыта для президентства. Он выстраивал отношения с Владимиром Путиным, понимая, что как только заговорят пушки, остановить их будет крайне сложно. Масштаб личности Порошенко позволял рассчитывать на то, что, хотя Москва и не допустит реинтеграции Донбасса на украинских условиях, по крайней мере удастся сохранить относительный мир и продолжить движение в сторону Европейского союза. 

Проголосовав за Владимира Зеленского, люди сделали выбор в пользу человека, который только входил в политику и не обладал достаточным пониманием ни внутренних процессов, ни международной повестки. Одновременно были созданы барьеры для притока профессиональных и компетентных людей, способных системно менять страну к лучшему. Итогом стали полномасштабная российская агрессия и годы войны, в результате которой погибли и получили ранения десятки тысяч граждан Украины. 

Выбор Владимира Зеленского президентом должен был стать тревожным сигналом. Однако, судя по всему, многие так и не осознали, что этот сигнал был адресован им самим. 

Опросы общественного мнения показывают, что значительная часть общества вновь готова голосовать за людей без необходимого административного опыта. Украинское общество не хочет выходить из иллюзий, полагая, что ход истории сам выведет страну на правильный путь и что судьба неизбежно окажется на стороне Украины. 

История не прощает легкомысленных решений и иллюзий. Ответственность за будущее страны всегда лежит на её гражданах, независимо от обстоятельств. И чем раньше это будет осознано, тем больше шансов изменить ход событий к лучшему.

Фактически речь идёт о расширении налоговой базы путём охвата массового потребления: в частности, налогообложения международных посылок, налога на цифровые платформы, а также потенциального введения НДС для части ФОПов второй группы.

Действительно, эти нововведения могут формально приблизить Украину к отдельным элементам налоговой системы ЕС. Однако правительство почему-то категорически избегает даже обсуждения более решительного, значимого для бюджета и социально сбалансированного шага – введения прогрессивной шкалы налогообложения для обеспеченных граждан, как это существует в странах ЕС и США.

В результате складывается ситуация, при которой основная налоговая нагрузка постепенно смещается на потребителей, малый бизнес и средний класс. В то же время более обеспеченные группы населения продолжают платить относительно меньше, чем в развитых странах.

Таким образом, имеем типичный пример выборочной евроинтеграции: заимствуются инструменты налогового давления, но не внедряются механизмы сбалансированного налогообложения, которые являются неотъемлемой частью налоговых систем стран ЕС.

Если в начале нулевых в украинском обществе Путин воспринимался как «вежливый человек в погонах с офицерской выправкой», то к 26-му году своего правления он воспринимается как кровавый диктатор, развязавший агрессию против Украины. 

С другой стороны, и сам Путин эволюционировал за это время. В конце 1999 года он был убеждённым сторонником евроатлантической солидарности, двигаясь по инерции в рамках концепции Михаила Горбачёва о «большом европейском доме от Лиссабона до Урала». 

При этом, отвечая на запрос российского общества, которое после лихих 1990-х хотело стабильности и предсказуемости государственной власти, в своей статье, опубликованной в «Независимой газете» 30 декабря 1999 года, за день до того, как Ельцин объявил его преемником, Путин изложил свои взгляды. В статье «Россия на рубеже тысячелетий» было сказано следующее: 

«….Россия не скоро станет, если вообще станет, вторым изданием, скажем, США или Англии, где либеральные ценности имеют глубокие исторические традиции. У нас государство, его институты и структуры всегда играли исключительно важную роль в жизни страны, народа. 

Крепкое государство для россиянина не аномалия, не нечто такое, с чем следует бороться, а, напротив, источник и гарант порядка, инициатор и главная движущая сила любых перемен. Современное российское общество не отождествляет сильное и эффективное государство с тоталитарным. 

Мы научились ценить блага демократии, правового государства, личной и политической свободы. Вместе с тем люди обеспокоены явным ослаблением государственной власти. Общество желает восстановления направляющей и регулирующей роли государства в той степени, в какой это необходимо, исходя из традиций и нынешнего положения страны…». 

Конечно, не сам Путин писал эту статью. Она появилась как плод коллективного труда ряда советников — как внутри правительства, так и группы известных журналистов, которых привлёк в преддверии выборов олигарх Борис Березовский. Собственно, «Независимая газета» в тот момент находилась в его собственности. 

Таким образом, штаб Путина угадал настроение большинства россиян в тот период. С одной стороны, россияне не хотели отказываться от западного вектора развития страны, с другой — стремились к восстановлению порядка в государственной власти, который существовал до 1991 года. 

Отсюда и появилась фраза про направляющую и регулирующую роль государства, ставшая калькой со статьи 6 Конституции 1977 года, где КПСС был отведён статус «руководящей и направляющей силы» советского общества. 

Таким образом, современное российское государство должно было направлять и регулировать, но не руководить. В тот момент разгорячённое российское общество не было готово отказаться от тех прав и свобод, которые оно получило в 1990-е годы — сначала нужно было усилить страх перед системой. Поэтому дистанцию, которую Путин преодолел за 26 лет, невозможно было пройти одним махом. 

В конце 1999 года многое из того, что сейчас стало реальностью, — такие явления, как «российские скрепы», наделение статусом иностранных агентов или агрессивная политика против Украины — казалось дикостью и точно не было бы поддержано на выборах. 

Учитывая, что Путин ранее не избирался, у него был страх даже перед возможностью второго тура — после поражения его начальника Анатолия Собчака во втором туре мэрских выборов в Санкт-Петербурге в 1996 году. Путин не хотел рисковать. 

Недаром Анатолий Чубайс несколько раз приходил к Ельцину, пытаясь предотвратить назначение Путина, считая, что тот не в состоянии выиграть президентские выборы, намеченные на июнь 2000 года. Тогда никто не предполагал, что властолюбец Ельцин досрочно сложит с себя обязанности президента России. 

Наблюдательный читатель на этом этапе может задаться вопросом: если уже в конце 1990-х годов было очевидно, что Путин будет строить вертикаль власти, то почему часть российских олигархов и «ельцинской семьи» поддержали его? 

Почему они пилили сук, на котором сами сидели? Надо сказать, что для «ельцинской семьи» важно было, чтобы человек, приходящий на смену Ельцину, стал гарантом сохранения его наследия и безопасности его семьи. 

Важно признать: как бы мы ни относились к Путину, он сдержал своё слово, обеспечив неприкосновенность для семьи Ельцина, и, став исполняющим обязанности президента, первым делом подписал Указ № 1763 от 31 декабря 1999 года, который гарантировал первому президенту России Борису Ельцину и членам его семьи неприкосновенность, а также пожизненное обеспечение, включая охрану, государственную дачу, медицинское обслуживание и пенсионное обеспечение. 

Что касается российских олигархов, то они были уверены, что всё будет «как при бабушке, только лучше»: что стабильность государственной власти в России станет стабильностью прежде всего для их власти и капитала, что Путин останется управляемым, невзрачным чиновником, который будет согласовывать ключевые решения с Борисом Березовским, фактически предоставляя ему своеобразное право вето. 

Естественно, очень скоро стало понятно, что вертикаль власти, с которой Путин пришёл в кресло президента, сначала ударила по российским олигархам, включая Гусинского и Березовского, как наиболее активных в политике. 

Наряду с делом Ходорковского это стало важным сигналом к сужению прав олигархов в управлении страной, которые до этого активно скупали депутатов и сотрудников администрации президента. 

Уже 26 марта 2000 года наиболее смелые комментаторы почувствовали, что наступает новая реальность, в которой Путин — надолго. Тогда их воспринимали как городских сумасшедших. К таким можно отнести известных журналистов: Анну Политковскую, Отто Лациса, Артёма Боровика и других.

Відкрито кримінальне провадження — йдеться про пошкодження пам’ятки архітектури. Розслідування вже триває.

Наявність права власності на будівлі або користування земельною ділянкою не скасовують обов’язку зберігати об’єкти культурної спадщини! Такі вимоги прямо передбачені законом і умовами договору оренди землі.

Ці умови були порушені — саме тому і відкрито кримінальне провадження.

Наступний крок — міський департамент земельних ресурсів ініціює розірвання договору оренди. Також цей забудовник просить міську раду дати йому в користування ще ділянки в інших частинах міста. Вважаю, що міська рада не повинна цього робити доки пам’ятка архітектури на Французькому бульварі не буде відновлена.

Трамп против трампизма и «бесконечная война»

«Эта война Байдена никогда бы не началась, будь я президентом», — не раз повторял Дональд Трамп, выстраивая себе образ пусть грубого и резкого, но всё-таки пацифиста. И вот — как будто в насмешку над самим собой — запускает одну из самых бессмысленных войн Америки. Америка снова заходит в конфликт, который легко начать и крайне трудно закончить. И здесь вопрос даже не в симпатиях. Вопрос в другом: есть ли вообще стратегия — или мы снова наблюдаем ситуацию, когда есть ограниченные силы и надежда, что противник испугается и быстро посыплется, а с последствиями разберёмся уже по ходу.

Для украинцев это выглядит до боли знакомо. Хотя Украина геополитически находится в орбите США, структурно мы стали образцом оборонительной стратегии для Ирана: государство среднего масштаба, которое обнулило ожидания агрессора о быстрой победе — того самого «Киева за 3 дня», который уже стал мемом. Не сбылся, впрочем, и известный украинский мем бывшего советника ОП Арестовича про «2–3 недели».

После четырёх лет полномасштабной войны в Украине и четырёх недель (очередной) войны в Персидском заливе президент Украины отправился в арабские страны, которые, как и Украина, оказались втянутыми в исправление геополитических недоработок Западной цивилизации. И тут возникает вопрос: а что, собственно, изменилось в самой логике войны?

Стратегическое преимущество средних держав

У инициатора войны есть военное преимущество, есть технологии, есть возможность наносить удары, есть больше сил и средств для ведения боевых действий — и есть ощущение, что этого достаточно. С ещё большей асимметрией в пользу коалиции выглядело начало войны в Ираке в 2003 году. Так же выглядели первые годы операции коалиции в Афганистане. Тогда ещё Джордж Буш-младший (тоже республиканец, между прочим) заходил с логикой быстрой победы — и формально её даже достиг: Кабул и Багдад были взяты, режимы рухнули, армии разбежались. А дальше началось то, о чём в презентациях «супер-пупер мощности» в Пентагоне предпочитают не вспоминать: восстания, разрыв управления, война без конца и края, а в случае Афганистана — ещё и болезненный, по сути, выход после двадцати лет в целом бесплодной войны.

Украина в этом смысле не «открыла Америку» — она просто довела до конца то, что уже было видно, но довела жёстко. Если Ирак и Афганистан показали, что оккупация не гарантирует победы, то Украина показала, что теперь под вопросом даже сам вход и оккупация. Россия в 2022 году заходила с логикой, знакомой по блицкригам Гудериана и Манштейна XX века: быстрый прорыв, захват столицы, смена власти. И эта логика сломалась не на втором этапе, а на первом. Причина не только в ошибках российского руководства и командования. Причина в том, что изменилось само среда войны.

Сегодня любое движение видно, оно сопровождается и поражается дешёво и массово. Дроны, разведка в реальном времени, доступные высокоточные средства сделали одну крайне неприятную для больших армий вещь — они разрушили темп. А без темпа нет прорыва, нет эффекта шока и нет быстрой победы. Колонна, которая в 2003 году зашла в Багдад, в 2026-м просто не доедет в том виде, в каком её планировали. И это не украинская аномалия. Это новая норма. Именно здесь и появляется новая категория государств — не настолько сильных, чтобы побеждать сверхдержавы, но уже достаточно сильных, чтобы не проигрывать быстро на своей территории.

Война тысячи порезов

Иран в этом смысле выглядит не более лёгким, а более сложным кейсом для США в случае наземной кампании, чем Украина была для России. Большая территория, значительное население, внутренняя глубина со сложным для наземных манёвров рельефом, способность к мобилизации — и к этому добавляется горный рельеф, сложные коммуникации, мегаполис Тегеран. И главное — это идеологическое государство, а не просто персоналистский режим. Даже если предположить, что США способны разгромить иранские силы на отдельных направлениях — что вполне реально — это не отвечает на главный вопрос: что дальше. Потому что даже захват Тегерана, который обошёлся бы американским силам колоссальными потерями и усилиями, — это не то же самое, что завершить войну.

Исламская Республика Иран — это система, которая способна отступить, рассредоточиться и продолжить управление войной из других центров — тем более что даже мегаполисов в качестве резервных столиц вне Тегерана хватает. В XX веке войны-вторжения заканчивались в столицах. В XXI — они там зачастую лишь переходят в новую, гибридно-партизанскую фазу. Примечательно, что Иран в случае полномасштабного наземного наступления может прибегнуть к той же тактике рассредоточенного изматывания противника «тысячей порезов» вместо генеральных сражений, к которой 2, 5 тысячи лет назад прибегали предки украинцев — скифы, отражая вторжение персидского царя Дария I в 513 году до нашей эры. Именно так украинцы разгромили российские силы на севере страны весной 2022 года, и весьма сходным образом действовали российские имперские и советские войска против Наполеона и Гитлера, безапелляционно ломая расчёты большинства тогдашних военных аналитиков.

И вот здесь возникает тот самый парадокс, который трудно не заметить. Трамп пришёл в политику как критик «больших, жирных ошибок» и «бесконечных войн». Он говорил об Ираке и Афганистане простым языком: триллионы потрачены коту под хвост, Ближний Восток дестабилизирован, нам не стоило туда лезть. И в этом была его сила — он называл вещи своими именами, как их уже начали ощущать сами американцы. Но любая кампания против Ирана без чёткого ответа на вопрос о политическом финале рискует воспроизвести ту самую логику, которую он критиковал. Выглядит так, что средства есть, а вот с замыслом — как всегда, разберёмся по ходу.

Главный урок Украины, Ирака и Афганистана, если брать их вместе, в том, что война перестала быть коротким инструментом политики. Раньше война решала проблему. Сегодня она создаёт процесс, который трудно контролировать и ещё труднее завершить. Можно выигрывать бои, можно уничтожать инфраструктуру, можно давить — но без чёткой стратегии это не складывается в победу. И именно поэтому самая сильная армия мира сегодня действует осторожнее, чем от неё ожидают. Не потому, что не может. А потому, что не видит дешёвого и быстрого сценария результата.

Дроновые крепости-регионы

Российский геостратег Сергей Караганов — сторонник не только агрессии против Украины, но и максимально жёсткой политики в отношении стран НАТО и смещения геополитического фокуса Москвы на Восток — в своё время описывал будущий мир как систему «ядерных крепостей»: несколько крупных полюсов силы, каждый со своим щитом, экономикой и цивилизационной базой. В этой логике именно ядерное оружие гарантирует место за столом и право на собственную политику. Но вот война в Украине показала, что эта конструкция работает лишь на уровне сдерживания, а не на уровне победы. Ядерное оружие всё ещё решает, будет ли большая война, но почти ничего уже не говорит о том, кто выиграет конкретную — ту, что ведётся здесь и сейчас.

Война всё больше смещается от централизованных «крепостей» к рассредоточенным сетям. Дешёвые дроны, массовое производство, разветвлённая логистика и десятки малых узлов вместо нескольких крупных меняют саму природу силы. То, что раньше можно было разрушить точечным ударом — штаб, склад, завод, — сегодня воспроизводится и разворачивается быстрее, чем успевает уничтожаться. В этом смысле мир движется не столько к многополярности, сколько к гибриду систем и автономных актёров: крупные государства с ядерными щитами остаются, но между ними возникает пространство, где силу определяет уже не «последний аргумент», а способность рассредоточиться, восстановиться и наносить удары дешёвыми средствами. Не демократизация силы — скорее её анархизация.

Американцы всё ещё привыкли думать, что армия США — это когда приходят серьёзные люди, быстро наводят порядок и уезжают домой. А пока складывается впечатление, что вместо того, чтобы «войти в историю», они просто в неё вляпались. Причём так, что уже не совсем понятно, кто кого ведёт: Трамп войну или война Трампа. И вот здесь возникает вопрос, который почему-то всегда приходит с опозданием: а где, собственно, стратегия?

Перспективы геополитического усиления для Украины

Визит Владимира Зеленского в Саудовскую Аравию и, потенциально, в другие страны Персидского залива — это уже не просто дипломатия солидарности. Это предложение, способное изменить геополитическую конфигурацию Европы, Средиземноморья и Ближнего Востока, делая Украину одним из центров этого макрорегиона, а её главный порт — Одессу — ключевым логистическим узлом.

Пока крупные державы продолжают мыслить категориями «ударить», «зайти», «дожать», Украина неожиданно оказалась в роли субъекта войны XXI века, экспортёра военного опыта. Причём не абстрактного, а предельно прикладного — как выживать и воевать в условиях, когда небо постоянно наблюдает за тобой. Мы знаем, как воевать и выживать в новой реальности, и готовы делиться этим знанием. И ключевое здесь даже не сами дроны, а то, о чём Зеленский говорит открыто: важно не «железо», а опыт интеграции — как связать дроны, ПВО, разведку и управление в единую систему. Фактически Украина предлагает странам Персидского залива не оружие как таковое, а логику современной войны. Это форма системного партнёрства, а не разовой сделки, которая делает богатые нефтяные монархии кровно заинтересованными в успехе, стабильности и устойчивости Украины: чтобы она могла не только успешно защищаться сама, но и предоставлять значительный объём военной помощи за рубеж.

Таким образом Дональд Трамп, которого наши «турбопатриоты» любят рядить в «агента Кремля (Краснова)», фактически открывает для Украины всё более широкое пространство для манёвра и региональных союзов, разрушая прежние форматы гарантий безопасности для условно проамериканских стран. Подорвав веру в «зонтик» защиты НАТО, особенно в способность союзников защитить Балтию и Польшу, Трамп подталкивает эти страны к поиску альтернативных центров силы и способов организации безопасности. Государства Персидского залива оказываются перед той же дилеммой, но в более жёсткой форме, поскольку для них война и массированные дроновые атаки — не гипотетика, а уже реальность. Трамп, втянув своими хаотичными действиями регион в войну, не позаботился о защите союзников — и фактически подтолкнул их в объятия Киева. И здесь невольно вспоминается Фауст: «Ich bin ein Teil von jener Kraft, die stets das Böse will und stets das Gute schafft» — «Я — часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо».

Если два года назад Украина для завершения войны искала внешних гарантов безопасности, то сегодня всё чаще саму Украину рассматривают как гаранта и стабилизатора на тысячи километров вокруг — с опытом и технологиями современной войны. Для нашей страны важно во всех смыслах не продешевить, входя в новые союзы и предоставляя другим механизмы защиты, ведь сама Украина в условиях затяжной войны нуждается в них как никогда и может обменивать их лишь на эквивалентные ресурсы, которые, в свою очередь, будут усиливать наши позиции.

В марте 2026 года Украина оказалась в условиях своеобразного «идеального шторма», когда одновременно наложились несколько мощных внешних и внутренних кризисов.

С одной стороны, продолжается полномасштабная агрессия РФ. Параллельно усиливается внешнеполитическое давление со стороны США, направленное на завершение войны на условиях потенциальных договорённостей между Дональдом Трампом и Владимиром Путиным, в частности относительно вывода украинских войск с Донбасса. Ситуацию дополнительно осложняет рост цен на энергоносители, обусловленный войной США и Израиля против Ирана, что создаёт новые макроэкономические вызовы.

В то же время отдельные кризисы имеют более непосредственную связь с решениями украинской стороны.

Так называемый «венгерский фактор» стал одним из ключевых рисков. Блокирование Венгрией предоставления Украине кредита в объёме 90 млрд евро со стороны ЕС произошло на фоне прекращения поставок российской нефти через нефтепровод «Дружба». Формально это решение выглядит экономически и политически обоснованным, однако его реализация накануне выборов в Венгрии предоставила дополнительные аргументы правительству Виктора Орбана для мобилизации электората. Если ранее его позиции демонстрировали признаки ослабления, то текущая ситуация создаёт для него новые возможности для консолидации поддержки. В случае его победы нельзя исключать, что часть ответственности за усиление его позиций в восприятии отдельных европейских акторов будет возложена и на Украину.

Ещё одним негативным сигналом стали провальные голосования в Верховной Раде по законопроектам, необходимым для получения финансирования от МВФ и ЕС. В текущих условиях это уже выходит за рамки обычной политической конкуренции и создаёт прямые риски для финансовой стабильности государства.

Таким образом, если на первые три кризиса Украина имеет ограниченное влияние, то в случае с венгерским направлением и внутриполитической ситуацией ответственность национального руководства является значительной. И если ситуацию в отношениях с Венгрией уже сложно оперативно изменить, то внутриполитическую плоскость необходимо срочно вернуть в правовое поле.

В этих условиях единственным конституционно взвешенным решением выглядит формирование новой дееспособной парламентской коалиции и создание на её основе профессионального правительства национального единства. Отсутствие таких шагов создаёт риск утраты даже того внешнего финансирования, которое уже было задекларировано партнёрами Украины.

Агитаторы-учителя, "вагнеровцы" со своей презентацией в школе — и всё время дети, марширующие, охваченные сетью пропаганды, ещё не до конца испорченные системой, в активном процессе этого, а некоторые, вполне возможно, и до конца, и отправляющиеся на захватническую войну недавние ученики, и закономерно не возвращающиеся обратно. Снято под предлогом и прикрытием видеоотчётов для начальства, которые делаются автором тоже. 

Атмосфера, в прямом и переносном смысле, экологически неблагополучного городка путинской России во всех её ракурсах.

Да, там нет продуманности во всяких дополнительных деталях, и, да, там есть фальшь в самоподаче автора, который ради осуществления замысла, по сути, постоянно обманывает всех вокруг, — и вообще не факт, что способен говорить полностью откровенно хоть с кем-либо. Но в истории, которую напишут в будущем, может и довольно близком, о существовавшем некогда путинском режиме, кадры из этого фильма — реальные, правдивые, эксклюзивные — займут далеко не последнее место.

Это попросту отчаянно смелая киноработа про банальность зла — в путинском его, зла, варианте.

P. S. И, конечно, фильм снят не для того, чтобы впечатлить бывших октябрят, прошедших через во многом сходное школьное идеологическое зомбирование ещё советского времени. Приблизительно 98 процентов нынешнего населения Земли никогда в жизни не были долбаными октябрятами. Хотя самым лучшим, сообразительным из октябрят картина нравится тоже.

Сразу важно отметить, что монобанк — это IT-проект, работающий на базе Универсал Банка Сергея Тигипко, а сам Гороховский, как и Тигипко, в разное время руководили ПриватБанком. 

Для тех, кто не в курсе, напомню, что всё началось в начале недели, когда, как говорится, «Остапа понесло». Олег Гороховский опубликовал у себя скриншот видеоверификации клиентки, счёт которой был заблокирован по причине того, что за её спиной идентифицировали российский флаг. 

Впоследствии оказалось, что с высокой долей вероятности это был флаг Словении. Вместо волны всеобщего одобрения на голову Гороховского вылился хейт за то, что он не только опубликовал персональные данные клиентки, но и обвинил её в коллаборационизме, при том что её отец воюет в ВСУ, а сама она сидела на фоне флага Словении. 

Кроме этого, Гороховский нанёс ей личное оскорбление, заявив о том, что у неё немытая голова. По сути, Гороховский забыл главное правило бизнеса — прошлые результаты не обязательно гарантируют будущие. 

Если раньше ура-патриотическая риторика была в моде, то спустя четыре года российской агрессии большинство воспринимает её как пропагандистскую, и она стала вызывать отторжение. Ведь лидеры общественного мнения не пишут о реальных проблемах — они стараются выехать на патриотической риторике, критикуя окружающих, но только не украинское правительство. 

Жена Цезаря и сам Цезарь вне подозрений. Все четыре года войны Гороховский старался быть в центре внимания. Благодаря активному взаимодействию с волонтёрами и государством его банк существенно нарастил клиентскую базу. 

Обратной стороной стало и то, что Гороховского всё чаще стали связывать с афёрами вокруг сборов и с элементами государственной коррупции. Хотя, справедливости ради, за все четыре года российской агрессии монобанк выполнял все свои обязательства перед клиентами и действительно предложил обществу новый уровень быстрого клиентского сервиса.

Но общественное мнение устроено таким образом, что репутация может меняться стремительно. Чтобы отвлечь внимание от Пласидо Доминго, достаточно просто громко хлопнуть дверью в концертном зале. Когда случилась эта история, всех собак решили спустить именно на Гороховского, потому что он просто оказался удобной мишенью и попал под руку в момент общественного раздражения. 

Другое дело, что его поведение отражает более серьёзную проблему, связанную с «охотой на ведьм» в Украине, когда без решения суда людей стигматизируют как пособников коллаборантов или закрывают им банковские счета. Эта кампания, по сути, поощряется государством и активно разгоняется частью бизнес-сообщества, которое видит в этом инструмент повышения собственного социального капитала. 

Это напоминает казино: однажды сорвав джекпот общественного одобрения, тебе хочется повторять этот успех снова и снова. Тем более в эпоху социальных сетей, когда главным мерилом общественного успеха становятся лайки, репосты и количество подписчиков. 

В такой системе координат гораздо выгоднее громко осуждать и демонстрировать свою «правильную позицию», чем пытаться разбираться в сложных и неоднозначных ситуациях.

Кроме того, психологически гораздо комфортнее быть частью большинства. 

Люди склонны присоединяться к доминирующему мнению, потому что никто не хочет оказаться маргиналом или изгоем. В результате общественная дискуссия всё чаще превращается в соревнование по демонстрации лояльности, где эмоциональная реакция подменяет правовые процедуры и здравый смысл. 

Не менее важным выглядит и другой аспект этой истории. Сам по себе подход, при котором руководитель цифрового банка может легко получить доступ к персональным данным клиента и использовать их в публичной коммуникации, кажется крайне проблематичным. 

Если подобная практика действительно существует, то возникает серьёзный вопрос о доверии к банковской системе в целом. Банковская тайна и защита персональных данных — это фундамент доверия между клиентом и финансовой институцией. 

Вполне возможно, что это не единичный случай и не единственный банк, который столь фривольно обращается с персональными данными клиентов. Если подобная практика станет нормой, это может подорвать доверие не только к отдельным банкам, но и к финансовой системе в целом. 

Учитывая близость Гороховского к власти, вполне вероятно, что этот скандал попытаются постепенно замять. Кроме того, монобанк сегодня играет важную роль в инфраструктуре волонтёрского движения: через него проходит значительная часть сборов на нужды армии и гуманитарные проекты. 

Его серьёзная дискредитация могла бы поставить под сомнение саму систему онлайн-сборов, а в условиях войны это неизбежно затронуло бы всё волонтёрское движение. 

Именно поэтому эта история, скорее всего, будет постепенно вытеснена из информационной повестки. Однако вопросы, которые она подняла — о границах публичной ответственности бизнеса, о защите персональных данных и о том, где проходит грань между гражданской позицией и цифровой травлей, — никуда не исчезнут.

Если руководствоваться наставлениями Медавара и попытаться проникнуть в подбрюшье современных проблем Украины, мы увидим там голосование 2019 года, когда граждане Украины, вместо того чтобы проголосовать за президента Петра Порошенко, проголосовали за действующего президента Владимира Зеленского, не имевшего ни профессиональной, ни морально-психологической подготовки к этой должности. 

Всё-таки Порошенко успел к тому времени побывать министром иностранных дел, министром экономики, главой Совета национальной безопасности, председателем наблюдательного совета Национального банка Украины, неоднократно избирался в парламент Украины и с 2012 по 2014 год был председателем бюджетного комитета парламента. 

Таким образом, он обладал всесторонней подготовкой государственного деятеля.

Кроме того, имея за плечами факультет международных отношений Университета Шевченко и опыт в бизнесе, Пётр Порошенко знал, как нужно выстраивать отношения с нашими партнёрами. 

Несмотря на трения, которые были с Венгрией во время его президентства, отношения никогда не опускались до той точки, до которой они опустились при президенте Владимире Зеленском, который, не имея опыта, пошёл в политику. 

Сразу став президентом Украины, Зеленский в Борисполе заставил секретаря Бориспольского горсовета Ярослава Годунка покинуть официальную встречу, найдя информацию о его судимости и крикнув ему: «Выйди отсюда, разбойник! » — и обратился к Ивану Баканову, чтобы тот разобрался с Годунком. 

Тогда это восприняли как невинную шутку, эпатаж, предвыборный ход, но это был стиль президента Зеленского. Это произошло 10 июля 2019 года, до выборов оставалось меньше двух недель. Если бы тогда украинское общество увидело в поведении президента Зеленского признаки несоответствия поведению европейского президента, то могло не дать его партии монобольшинство. А так своим поведением общество дало карт-бланш на такую стилистику. 

Общеизвестно, что люди, которые не могут или не хотят учиться, подводят под это свою «базу»: действительно, зачем учиться, когда можно заняться «наглой дипломатией», то есть представить как своё ноу-хау полное отсутствие дипломатического такта и готовность общаться с первыми лицами государств как со своими подчинёнными. 

Можно вспомнить, как президент Зеленский, направляясь на саммит НАТО в Вильнюсе летом 2023 года, заявил: «…Сейчас, на пути к Вильнюсу, мы получили сигналы о том, что обсуждаются формулировки без Украины. И я хочу подчеркнуть: это формулировки только относительно приглашения, а не членства Украины. Беспрецедентно и абсурдно, когда нет никаких временных рамок ни для приглашения, ни для членства Украины; и когда взамен добавляется какая-то странная формулировка об условиях даже для приглашения Украины». 

Это заявление вывело из себя министра обороны Великобритании Бэна Уоллеса, который сказал, что Запад — «не Amazon». Тогда казалось, что подобные дерзкие высказывания президента Зеленского — не более чем фигура речи взволнованного главы государства на фоне полномасштабной российской агрессии. 

Когда президент Зеленский материл диктатора Путина, всё это воспринимали как эмоциональную реакцию лидера воюющей страны на фоне агрессии Кремля, хотя было непонятно, как можно вести переговоры и параллельно оскорблять противника. 

Когда президент Зеленский вёл себя в Овальном кабинете в конце февраля прошлого года как хозяин положения, вызвав гнев Трампа и Вэнса, это тоже восприняли как эмоциональную реакцию.

Но спустя год, когда после начала полномасштабной российской агрессии прошло уже четыре года, выпады в адрес премьер-министра Виктора Орбана даже в Европейском союзе вызывают осуждение. 

Сначала в Давосе президент Зеленский призывал Орбана заняться не наращиванием своего живота, а наращиванием армии. Неделю назад президент Зеленский пошёл ещё дальше и фактически предъявил Орбану ультиматум: если он не поддержит выделение 90 миллиардов евро Украине, тогда президент Зеленский даст его номер и адрес ВСУ, и они на своём языке поговорят с Орбаном. 

Сложно найти в европейской практике ещё один случай, когда в адрес главы европейского государства звучали подобные угрозы. Это привело к аресту украинских инкассаторов и росту рейтинга Виктора Орбана в преддверии выборов, поскольку в глазах многих венгров президент Зеленский предстаёт плохим парнем, который покусился на символ страны, а институт президента является символом государства. 

Хуже того, в глазах Запада появился «legitimate excuse» никуда не брать Украину. Уже было заявлено, что никакого форсированного членства в Европейский Союз не будет, про НАТО тоже уже никто не вспоминает. Как говорится: «Дайте мне точку опоры — и я переверну мир». 

Западных политиков раздражают нравоучения нашего президента, особенно на фоне коррупционных скандалов. Мы умудрились растерять тот уровень поддержки, который имели в начале полномасштабной агрессии. 

Фактически можно с уверенностью говорить, что политика нашего президента завела страну в тупик.

На этом фоне судебный фарс в отношении Петра Порошенко по отмене санкций вписывается в общую логику поведения системы. 

Имея кривосудие внутри страны и ругаясь с соседями, Украина вместо государства-победителя приобрела статус государства-склочника и государства-коррупционера в одном лице, от которого западные страны хотят держаться на расстоянии вытянутой руки. Роль личности в истории никто не отменял.

Після публічного розголосу інциденту з фейковою картиною Шевцової на заході Христини Ільницької, розпочалася хвиля скоординованих атак.

Спочатку фейки у Telegram, потім — дивні дзвінки Христині з пропозиціями

• 5 лютого з номера +380676380739. Невідомі намагалися передати ліки, які ніхто не замовляв.

• 6 лютого від турагенції «Carol Travel» із пропозицією обрати нібито вже «оплачений» тур в будь-яку країну світу.

Це не просто провокації, це спроба залякування через родину та близьких. Раніше Шевцова вже намагалась заманити Христини в ОАЕ, де ховається від правосуддя.

За оцінками експертів, вартість такої кампанії лише за тиждень може сягати 10000 доларів.

Такі методи — медійний бруд та психологічний тиск, від фейкових фото до нав’язливих дзвінків із «подарунками» — є характерним почерком Шевцової.

Виникає логічне питання: чи не краще було б спрямувати ці кошти на потреби армії, аніж на безглузді інтриги, які лише викривають справжнє обличчя замовника, який замість податків та допомоги ЗСУ — фінансує бруд.

Коли кошти, що могли б працювати на оборону держави, витрачаються на «дрібні вистави», стає зрозуміло, на чиєму боці насправді грає замовник.

Більше інформації: Дмитро Вербицький https://www.facebook.com/share/1CLNF63THv/?mibextid=wwXIfr

Сценарій невдалої провокації

Сьогодні, у перший день весни, Христина Ільницька організувала жіночий івент «Ladies Lunch». Оголошення з локацією та часом було відкритим — у Facebook та приватних групах. Звісно, головною «шанувальницею», яка не пропускає жодного поста Христини, виявилася Альона, що спостерігає за чужим життям з далеких ОАЕ.

«Заслані козачки» та квіти з подвійним дном

Попри те, що участь потребувала попереднього підтвердження, на захід несподівано завітали дві дівчини без запрошення. Компанія, нічого не підозрюючи, привітно прийняла нових учасниць.

Далі події розгорталися за класичним сценарієм дешевого детективу:

1. Адміністрація ресторану виносить Христині букет та запечатану картину від Шевцової.


2. Щойно Христина торкнулася пакування, «випадкові» гості миттєво дістали телефони для зйомки.


3. План провалився: впізнавши стиль фейкових «подарунків» Альони, Христина просто відмовилася розгортати пакунок та розсміялася. 

Обід із присмаком допиту

Поведінка «агенток» була видатною: вони панічно уникали об’єктива фотографа, що одразу викликало підозри. Коли ж «Ladies Lunch» перетворився на імпровізований допит, дівчата остаточно заплуталися у свідченнях: то вони вчилися у Дніпрі, то у Криму, а фотографуватися не можна «через роботу». Спроба втечі не вдалася — їм довелося залишитися під пильними поглядами присутніх до кінця.

Чергова невдала провокація це лише верхівка айсберга. Поки Альона Шевцова переховується в ОАЕ від українського правосуддя, її «бурхлива уява» продовжує генерувати схеми, масштаб яких давно вийшов за межі дрібних капостей.

Кожна така «вистава» з квітами, картинами чи «випадковими гостями» — це свідчення агонії особи, яка втратила реальну владу в Україні, але зберегла награбовані кошти. Замість того, щоб піти на угоду зі слідством, сплатити багатомільйонні податки та допомогти ЗСУ вона витрачає ресурси на фінансування приватних армій ботів, дрібну помсту, псевдо-активістів та корумпованих чиновників.

Про інші «вистави» фігурантки та залучення до них окремих депутатів і чиновників — у наступних блогах.

Окей, если МОК разрешает спортсмену выступать на Олимпиаде в таком шлеме с почитанием жертв войны в этом отдельном случае, то на каком основании потом можно будет запретить выступать в шлемах или форме с жертвами — детьми Газы, с детьми Израиля, и так далее (всё, что вы способны и неспособны вообразить)? Ясно, что ни на каком. И во что превратятся соревнования? Проще уж тогда Олимпиады вообще не проводить, — кстати, возможно, неплохая идея, — чем превращать их в ничем не ограниченный конкурс политических месседжей.

Добавлю, что, в целом, МОК — явно не самая враждебная к Украине организация, скорее уж наоборот. Хотя тренды при новом, не так давно сменившемся руководстве МОК, может, и плохие — предоставлю судить об этом другим (я всё же не так глубоко интересуюсь олимпийским движением, шахматы с которым связаны только боком — у нас проводятся свои отдельные Олимпиады). Санкции и рекомендации МОК по поводу ограничения участия россиян в связи с развязанной ими большой войной — не то, чтобы вообще беспрецедентны в спорте, — осуществлялся, например, многолетний бойкот ЮАР за апартеид, — но редкий случай.

Как вывод, протест против России не обязательно превращать в тотальную войну против МОК — хотя там Украине точно есть за что бороться, сохраняя ясность мысли и не ломая стульев.