Эхо социализма: жителей одесской высотки четверть века «доили» из-за ареста, наложенного в 1976 году на снесенное здание

У жильцов дома №3 в Гвоздичном переулке, где до самой гибели жил главный редактор «Вечерней Одессы» Борис Деревянко, в течение последней четверти века регулярно возникают проблемы с продажей или обменом квартир. А сейчас они не могут создать ОСМД — из-за ареста, наложенного еще в брежневское время.

Об этом одесситы рассказали «Думской».

«Каждый раз, когда возникает необходимость совершить какое-то действие с помещением в доме, нотариусы говорят, что весь дом арестован и ничего сделать нельзя. Люди, продающие жилье, как-то решают проблему, видимо платят деньги, но сейчас, например, мы не можем сформировать объединение совладельцев из-за этого ареста», — поведал нам один из жильцов.

Редакция разобралась в происходящем. Согласно данным Единого реестра запретов отчуждения объектов недвижимого имущества, на третий номер по Гвоздичному, действительно, наложен арест, причем решением исполкома Киевского райсовета. Произошло это еще в 1976 году. Именно этой информацией оперируют нотариусы, отправляя граждан в мэрию — «договариваться».

Однако дом был сдан в эксплуатацию только в 1980-м, то есть спустя четыре года после наложения ареста. Как так?

Для начала мы выяснили у юристов, работавших в советское время, какими полномочиями тогда обладали районные в городе советы и их исполнительные комитеты. Ведь сегодня арест на имущество может наложить только суд. Они нам подтвердили, что такая практика существовала.

«Обычно исполкомы занимались этим, когда планировали застроить ту или иную территорию. Жителям частного сектора запрещали продавать или обменивать свои дома, а квартиросъемщикам — прописывать в них еще людей. Некоторые такие аресты действуют до сих пор, хотя они, если разобраться, юридически ничтожны. Но в базе они присутствуют, и нотариусы их учитывают», — говорит цивилист со стажем Александр Иванов.

Однако ни он, ни другие опрошенные нами эксперты не смогли припомнить случая наложения советскими органами ареста на только что построенный государственный многоквартирный дом. Мы предположили, что речь может идти о совсем другом объекте — и нашли соответствующие документы.

Арест, как оказалось, касался частного дома, который позже был снесен ради строительства этой высотки. Фигурировал он под тем же адресом — Гвоздичный, 3. «Коттедж» снесли, девятиэтажку построили, хозяину усадьбы дали квартиру, а об аресте просто забыли. В 1990-х сведения об ограничениях перенесли в новую картотеку, в 2000-х их продублировали в электронной базе. И тем самым серьезно осложнили жизнь людям.

Когда наступил капитализм, и «священное право частной собственности» восторжествовало, приватизация, продажа, обмен, раздел и передача по наследству квартир в доме №3 превратились в настоящий кошмар. Каждый раз гражданам приходилось (и приходится до сих пор) обращаться в мэрию за бумагой о том, что та не возражает — в виде исключения. И само собой, платить, причем не в кассу.

Но самое странное в этой истории — отнюдь не «забывчивость» чиновников, а то, что население «обкомовского» дома (что означает довольно высокий социальный статус тамошнего контингента) годами соглашалось с таким положением вещей. Никому из них не пришло в голову подать в суд иск об отмене явно бредового ареста.

По данным «Думской», дом №3 по Гвоздичному — далеко не единственный такой несчастливый. В одном только Приморском районе их может быть несколько десятков.

Автор — Олег Константинов