Чикатило и Плэйбой: почему полиция стоит за «совковую» цензуру? (колонка)

Есть такая версия, что если бы в СССР были стриптиз-клубы, секс-шопы и порнография, то Чикатило не рыскал бы по электричкам и лесопосадкам в поисках жертвы, а листал бы журнал «Юная ударница» и сублимировал себе в кулак. Правда, без половой цензуры это уже был бы не СССР.

А ее родимую, «совковую» цензуру наши полицейские пытаются сохранить во что бы то ни стало. Никакие версии, что от этого только маньяков больше, их не останавливают.

Почему? Все понимают, что порнуха — это кормушка. Штрафы, обыски, изъятие техники, взятки — стабильная статья доходов. А тут законопроект о декриминализации!

Сначала коротко по самому проекту. Тут такая «Камасутра», что черт ногу сломит. Но мы постарались разобраться. Итак, в Раду поступили проекты закона авторства Ярослава Железняка от «Голоса» (с уголовным преследованием только за экстремальное и детское порно, а также снятое без согласия участников) и «слуги» Владлена Неклюдова (без декриминализации вообще, но с огромным увеличением штрафов и сроков за все). Авторы перекинулись обвинениями, с одной стороны, в лоббировании интересов онлифанщиц, с другой — в увеличении ставки обилечивания. Однако, в результате появился компромиссный законопроект. Там уголовная ответственность остается, но только за распространение порно несовершеннолетним. Ну и конские сроки, до 12 лет, как убийце, за детское порно.

Вы только представьте, киберполиция теперь не будет ловить голых девушек у веб-камер, а вынуждена будет заняться более скучным делом — искать тех, кто фотографирует и передает врагу позиции ПВО. Все вздохнули с облегчением, в декабре 2024-го проект закона уже был в парламенте.

Но тут глава Нацполиции Иван Выговский заявляет, что правоохранители против. Мол, кроме прочего, декриминализация порно может привести к дестабилизации, так как россия будет использовать это как гибридное оружие. Как? Пришлют видео путина в постели с Милоновым? Или, может, Северная Корея предложит свое: сериал «Любовь пчел трудовых» или «Страсть к вождю»? И что мы при виде оного должны сделать? В чем мякотка? Фейспалм.

Выговский также выразил беспокойство по поводу традиций украинского общества, в частности в контексте «изменений в сфере интимных отношений». Знаем, чем вы озабочены! Тем, что жены начнут отправлять мужьям на фронт нюдсы без штрафов со стороны государства — это же будет бардак! Форменный!

Вишенка на торте — про детскую порнографию. «В прошлом году у нас было зарегистрировано почти 2 тысячи уголовных правонарушений по статье 301-1 (детская порнография), — пугал Выговский, — и легализация приведет к тому, что все это будет доступно для несовершеннолетних…»

Ээээээ… Что «это все»? Детская порнография для несовершеннолетних будет доступна? Хочется возмушенно воскликнуть, как профессор Преображенский: Кто на ком стоял? Потрудитесь излагать ваши мысли яснее!

За изготовление и распространение детской порнографии статья остается. За распространение среди несовершеннолетних — не декриминализуется! Даже наоборот все, что касается ребенка — станет строже.

Просто с изготовителей детской порнографии взяток не пособираешь как с любителей нюдсов. Вот и плачут правоохранители, что им останется самая тяжелая работа без плюшек в виде откупных.

Ну а мы хотим декриминализации. Мы станем еще на шаг ближе к Европе и на шаг дальше от Афганистана и Ирака (Багдад фактически легализовал педофилию) и советских Чикатил.

Тем паче от этой охоты полиции за «клубничкой» сплошные убытки государству. Ежегодно правоохранители открывают более тысячи производств по соответствующей статье Уголовного кодекса. Но до суда доходит всего 7% из них.

Понятно почему? Потому что «порномодели» предпочитают откупиться, ну или дело настолько шито белыми нитками, что просто само разваливается.

Здесь показательна история одесситки, трансгендерной девушки Марии Винниченко. Ее обвинили в распространении порнографии из-за «голых» снимков с сайта знакомств. Была проведена целая операция. Оперативник зарегистрировался на этом сайте. Именно он и был оскорблен видом пениса Марии.

Затем к Винниченко примчалась группа правоохранителей в бронежилетах. По словам Марии, блюстители порядка побили ее, затем взяли показания у ее соседей. И подали в суд. Тяжба продолжалась несколько лет. За это время привлекались эксперты, искусствоведы, которые рассматривали снимок с пенисом Марии и спорили, может ли это изображение возбудить в человеке нездоровые инстинкты (а именно так написано в советских учебниках по определению порнографии), прислушивались к себе и, видимо, решили, что может. За несколько лет на «дело о пенисе» была потрачена кругленькая сумма государственных денег. Мария дело выиграла и подала встречный иск на миллион гривен. И думается, государству придется эти денежки выплатить. Одни убытки. Куда ни глянь.

Вся эта забота о морали выглядит натуральным ханжеством, учитывая, что в телеграм-каналах можно не то, что дикпики, а также всякие другие пикантные фото-видео отыскать, не сложно найти, как поросята и собачки жрут тела оккупантов. С видео насилия в принципе нет проблем. Может, полиции стоит признать, что колесо истории уже провернулось вперед? Честно говоря, от их доводов становится не по себе, как при просмотре видео «золотого дождя» в исполнении двух бабушек-лилипуток. Да, я и такое видел — и ничего, пережил!