Европейский суд: кто виноват в событиях 2 мая (колонка редакции)

Резонансное решение Европейского суда по правам человека по одесским событиям 2 мая 2014 года — хороший повод для того, чтобы еще раз осознать, что и почему произошло в тот день, и сделать правильные выводы.

Но сначала я хочу передать горячий привет российской пропаганде и всем, кто до сих пор спекулирует на теме одесских событий 2 мая 2014 года.

Решение ЕСПЧ — это наглядный ответ на вопрос «Почему произошел и за что стоял Майдан». Суд признал вину Украинского государства по трем пунктам: милиция допустила беспорядки и не защитила граждан; пожарные не спасли людей в доме; расследование событий было долгим и неэффективным.

Все эти претензии — яркая иллюстрация того, что представляла собой Украина образца весны 2014 года, и почему режим Януковича надо было сносить.

Вот, например, спасатели, которые не спасали. Ими руководил некто Владимир Боделан. В 2010 году Нестор Шуфрич назначил этого 35-летнего лейтенанта запаса начальником городского управления МЧС. В декабре Боделан был уже на генеральской должности — стал начальником областного управления. В июне 2011-го получил звание старшего лейтенанта, через две недели — капитана. На момент событий он был уже майором и по-прежнему занимал должность начальника областного управления ГСЧС.

Как такая карьера стала возможной? Очень просто. Владимир Русланович — сын бывшего мэра Одессы, бывшего председателя ОГА, в советское время — первого секретаря обкома КПСС и первого секретаря обкома комсомола. То есть — первого лица города и области на протяжении десятилетий.

Кстати, после Оранжевой революции Боделан-старший находился в розыске и скрывался от следствия на должности заместителя директора Санкт-Петербургского морского порта — конечно, в россии, где же еще?

Его сын, Владимир Боделан, отдал 2 мая абсолютно незаконный приказ не реагировать на вызовы и не выезжать на пожар. Более того — он был уверен, что сделал все правильно, гордился этим приказом и собственноручно передал нам расшифровку разговоров дежурных на линии 101. Потом он сбежал за границу и сейчас делает успешную карьеру — конечно, в россии, где же еще?

Или, например, милиция, которая не защитила. Главным ответственным за уличную безопасность тогда был полковник Дмитрий Фучеджи. Многолетний мастер договорняков и идейный «ждун», он откровенно устранился от активных действий, чтобы внезапно не сделать чего-то лишнего и при любой власти оставаться в должности.

Второго мая Фучеджи был уверен, что со всеми договорился, что все у него под контролем. В решении это упоминается так: «Риск насильственных столкновений мог возникнуть, среди прочего, из-за возможного сговора между милицией и антимайдановцами. Таким образом, способность новосозданного украинского правительства управлять этим риском была значительно ограниченной».

Фучеджи в тот день ошибся, и эта ошибка стоила жизни 48 людей. Сейчас он скрывается от следствия — конечно, в россии, где же еще?

Еще одна претензия — следствие, которое не расследует. Начальником следственного управления областной милиции в то время был многолетний фигурант коррупционных скандалов Дмитрий Цветков.

После выхода на пенсию он рассказывал, как в первые дни после событий собственноручно уничтожал доказательства и саботировал следствие. Рассказывал об этом в москве — конечно, в россии, где же еще?

Именно такой была Украина в конце правления Януковича — не только с остатком в сотню тысяч долларов на счетах, но и тотально коррумпированная, пораженная непотизмом и фактически недееспособная по всем вопросам, которые не касаются коррупции и административного рэкета. ЕСПЧ вполне справедливо ставит это в вину украинскому государству, и теперь из бюджета, то есть из нашего кармана, будут компенсировать моральный ущерб пострадавшим от этой бездеятельности.

И по большому счету — это справедливо. Это мы, граждане Украины, выбрали Януковича, причем на вполне честных демократических выборах, и несем за это ответственность — несмотря на то, что сами его свергли в начале 2014-го.

Что касается собственно решения суда, оно не стало для меня неожиданностью. Более того: я ждал его десять лет.

В том, что это решение будет вынесено, и будет именно таким, я не имел никаких сомнений. Я даже догадывался, какие фразы там будут использованы. Здесь нет никакого секрета: Совет Европы еще в 2015-м создал Международную консультативную группу во главе с сэром Николасом Братца — именно для того, чтобы собрать факты и подготовиться к рассмотрению будущих жалоб, связанных с одесскими событиями.

4 ноября 2015 года группа составила 100-страничный отчет о событиях в Одессе и ходе их расследования. После того будущее решение ЕСПЧ было предсказуемым: в нем есть прямые цитаты из того отчета.

Поэтому я читал это решение не как источник информации (скажу без лишнего стеснения: мы, участники «Группы 2 мая», знаем об этих событиях больше, чем Суд), а скорее для того, чтобы удостовериться в адекватности собственного понимания того, что произошло, и адекватности восприятия этих фактов судьями.

Несмотря на различия в некоторых деталях, могу сказать: никаких претензий к оценке событий и к выводам, которые были сделаны (а это является главной целью этого суда), у меня нет.

Важнейшей такой деталью является количество пострадавших. В решении указано о 47 погибших, на самом деле их было 48. Судя по решению, судьи не учли гибель Евгения Лосинского. Он умер в больнице 11 мая 2014 года от огнестрельного ранения в живот, которое получил во время событий.

Менее принципиальный момент касается стрельбы на Греческой площади. В решении указано, что стреляли примерно в 17.45 с балкона — именно в это время было сделано видео, на котором человек, похожий на Сергея Ходияка, ведет огонь с балкона болгарского культурного центра. Однако стрельба продолжалась достаточно долгое время (последние пострадавшие, в том числе погибший Лосинский, получили ранения примерно в 18:00) и с разных направлений, о чем свидетельствуют пулевые отверстия, которые мы успели проанализировать.

Кстати, среди истцов — не только родственники погибших, но и трое выживших в доме. Двух из них, господина Дмитриева и господина Герасимова, можно увидеть в нашем фильме. Они рассказывают довольно интересные подробности о своем участии в событиях и о том, как удалось выжить — смотрите их рассказы после 35:53.

Конечно, в решении ЕСПЧ есть претензии к постмайданной власти. Одна из них стала знаковой лично для меня: «Суд подчеркнул, что из-за серьезности событий право на правду принадлежит не только жертвам и их семьям, но и широкой общественности, которая имеет право знать, что произошло».

Именно это право общества знать, что на самом деле произошло, я защищал тогда, в 2014 году, и защищаю сейчас. В 2015-м я подал иск в суд с требованием обнародовать результаты официальных судебно-медицинских экспертиз с причинами смерти. Публикация этих документов дала бы ответы на большинство вопросов и поставила бы точку на многих нездоровых фантазиях, которые долгое время питали вражескую пропаганду и побуждали людей воевать против Украины.

Несмотря на сопротивление со стороны Генпрокуратуры и МВД, суды трех инстанций — одесского окружного административного, одесского апелляционного административного и Высшего административного — поддержали иск и приняли решение в мою пользу. Суды обязали бюро СМЭ предоставить эту информацию для обнародования, причем именно по соображениям общественного интереса, на которые сейчас указывает ЕСПЧ.

Однако документы тогда я так и не получил. Вмешалась Большая палата Верховного Суда, которая запретила их предоставлять. В итоге, выводы СМЭ мы получили другим законным способом, но за то решение Большой палаты я до сих пор испытываю самый настоящий испанский стыд.

И напоследок — главное. Скажу это еще раз, чтобы не было недоразумений.

Несмотря на заявления пропагандонов, ЕСПЧ не постановил, что украинская власть намеренно убивала людей в доме профсоюзов. Более того: суд отдельно определил зловещую роль дезинформации и пропаганды со стороны россии.

Вот что сказано относительно нападения антимайдановцев на марш болельщиков, который спровоцировал все дальнейшие печальные события: «Этой неоправданной волне насилия предшествовало постоянное распространение агрессивной и эмоциональной дезинформации и пропагандистских сообщений о новой украинской власти и сторонниках Майдана со стороны российских властей и средств массовой информации».

Как следствие, спекуляции вокруг Одессы путин использовал для оправдания широкомасштабного вторжения в феврале 2022 года. И об этом тоже указано в решении.

Поэтому — внимательно читаем решение и делаем выводы. А иначе — зачем это все?