Автор скандальной фотосессии с детьми — о педофилии, буллинге и своем творчестве: «Там ЭТОГО нет»

Все мы смотрели сериал «Мир дикого запада». Ну, почти все. Роботы. Салуны. Ковбои. И бордели. Пошарпанные. С эмалированными мисками и жестяными умывальниками. С продавленными диванами. Низкими потолками. И сидящими на диванах «наштукатуренными» усталыми проститутками.

Кажется, эта картинка из сериала настолько засела у нас в голове, что когда появилась работа одесской фотохудожницы Анны Домбровской с детьми, рекламирующими белье в мрачных, но стильных интерьерах, кое-кто из зрителей воскликнул: «Срамота! Педофилия и разврат! Детский бордель!». Через некоторое время «педофильская» тема была подхвачена СМИ, и начался самый настоящий буллинг. То есть травля.  Анна Домбровская долго молчала, была ошарашена реакцией. Но наконец, когда все утихло, решила дать «Думской» эксклюзивное интервью.

«ОПЯТЬ ПОМАДУ РЕБЕНКУ НАМАЗАЛИ?»

Прошло уже несколько месяцев. Но до сих пор на ее страничку в «Фейсбуке» заходят некие дамы, осматривают работы и строго вопрошают:

- Это что, ваша новая фотография? Опять помаду ребенку намазали? Мы все видим!

Аня устало вздыхает:

- Не мазала ей помаду, это естественный цвет губ.

- Как шлюха! - рычит тетка, и Аня ее банит: на страничку может заглянуть и маленькая модель – дочка Ани, Ева, ей вовсе не следует читать подобное.

Ее работы передают настроение автора. Мрачные изломанные металлические конструкции и брутальные девушки среди них. Куда ни повернись - жалящее холодом железо. Может, это отражение того, что с ней было во время травли?   

- У каждой личности должна быть свобода! – говорит она. —  А у женщины есть клетка из дозволенного и недозволенного!

Потихоньку скандал утих. Негодующее большинство переключилось на какую-то другую жертву.

А она перевела дух. Оклемалась. И снова ее фотографии стали рождественскими. «Там звездочки и сны», как пела Янка Дягилева. Это у нее превалирующее в творчестве. Дети с нездешней красотой и словно из другого века. В дымке сновидений.

- Фотография — это для меня рисунок, — рассказывает Анна. – Главное, не сама картинка, а смысл, который она несет. Если человек вдумчивый и понимающий, он поразмышляет над смыслом. Это как книга, которую мы читаем. Можно проглотить. Пролистать, а можно понять, что хочет сказать автор. К сожалению, люди не задумываются, почему так или иначе снято. Почему так стоят люди. Почему они так смотрят. Почему у них руки здесь или здесь. Я получаю удовольствие от своей работы. Я живу.

ИСТОРИЯ СКАНДАЛОВ

Надо сказать, что Анна в основном работает в стиле фэшн-фотографии, выполняет заказы глянцевых журналов мод. Это зачастую жанровая, постановочная фотография, ведь для того, чтобы продать что-либо, мало просто «сфоткать» модель в рекламируемой одежде. Нужна атмосфера! Определенный стиль. Фантазия. Работа хоть и «заказная» — съемка коллекций одежды и аксессуаров к ним, — но дающая художнику возможность творить и экспериментировать. Как в случае с Benetton, когда они дали такую свободу фотохудожникам, которую они ранее не получали.

Свитера, которые они рекламировали, давно уже вышли из моды, зато остались шокирующие фото целующихся священника и монашки, приговоренных к смерти, солдат из африканской республики с автоматами Калашникова и большой берцовой костью человека. А в углу маленькими буквами написано: «UnitedColorsOfBenetton».

Зато их все знают! Бинго!

Скандальный фотограф Benetton Оливьеро Тоскани рассказывал, смеясь: «Мы показываем настоящую реальность, а нас за это критикуют». Они не заморачиваются по поводу шокирующего контента.

В педофилии пытались уличить немало фотографов. Скажем, Яна Саудека, которого называют одним из самых известных в мире чехов. Он очень любил запечатлевать женские внушительные телеса с целлюлитными ямочками и женоподобных мальчиков, густо накрашенных косметикой. На него ополчились моралисты и пытались его заклеймить и осудить. Но их усилия пропали даром. Чехи гордятся своим земляком.

Или вот американка Салли Манн. Фотографировала хипповую комунну в американском захолустье, где дети ходят в чем мать родила. Религиозные деятели США выступили с гневными речами, обвинив ее в распространении детской порнографии. А газета «Нью-Йорк Таймс» сказала о ней так: «Возможно, ни один фотограф в истории не имел такого успеха в мире искусства».

У таланта всегда находятся и поклонники и злопыхатели. Плохо, когда в травлю включается и государство. Как в нашем случае.

«У ЧЕЛОВЕКА ЕСТЬ ПРАВО НА ТУПОСТЬ»

Эту фразу сказал писатель Уильям Берроуз — после того, как его книги начали активно жечь на городских собраниях. У нас демократия! Тупица имеет право сказать любую глупость по поводу того, с чем он категорически не согласен. И очень громко сказать. Увы.

- Вы сознательно пошли на эпатаж? – спрашиваю Анну о той самой фотосессии.

- В этой съемке вообще ничего ТАКОГО нет! Я хотела показать красоту ребенка. Если мы с детства будем детей приучать красиво одеваться, то они не вырастут какими-то «квочками» и не будут ходить в рваном халате! В этой фотографии нет никакого эротизма! Тот, кто увидел в фотографии эротизм, вероятно, немножко нездоров.

Девочки были представлены как фарфоровые статуэтки, которые были очень красиво одеты. А антураж – это цвета этого года. Они сейчас в тренде. Они подчеркнули цвет одежды. Очень нежно все снято. Там есть цветы, которые подчеркивают чистоту, свежесть и нежность этих девочек.   

Сами дети не увидели там никакой пошлости. Вот моему ребенку 13 лет. Он слова «куртизанки» не знает. А когда это слово звучало из каждого утюга, она спросила: «А что это такое? Можешь мне объяснить?».

Больше всего возмущает, что люди, не разобравшись, стали обсуждать и вешать клеймо.

Рассказывает Алла Френкель, дизайнер:

- Я не предложила детям одеть какие-то сетки, ремни, кожу, что-то агрессивное. Пижамки! Это нежные пижамки! С натуральным кружевом! Ручная работа! У девочек должно быть зернышко женственности, им надо прививать любовь к себе. И заметьте, у них на лицах нет эмоций. Они словно застывшие!..

Дальше Анна и Алла начинают говорить быстро, как Бобчинский и Добчинский, возмущаясь ханжами.  

Анна:

- Идея чистоты там была на самом деле! Я была на Староконке и увидела куклу фарфоровую, я на нее смотрела и увидела этих девочек. У куклы, действительно, были накрашены глаза, губы, и у нее такой вот замерший вид, и она была одета в платье с рюшечками, и от нее веяло стариной.

Алла:

- Детей в старину не осуждали же за пижамы! Они в таких же пижамах на портретах. И мальчики были в девчачьих платьицах. Их так и фотографировали. С локонами!  

Конечно, сейчас белье получило апгрейд. Мой ребенок с пяти лет спит в ночнушке, сейчас ей 12 , и она говорит: «Мама, сделай мне шорты и маечку». Но так как тут натуральные ткани, то я этот стиль перенесла на фото. Многих возмутило, что это дорогое белье. Ну, мы же не в совке находимся! Не могут быть все одеты в сатиновые труселя! А потом написали, что девочки премиум-класса…

ПРОСНУТЬСЯ ЗНАМЕНИТЫМ, КАКОВО ОНО?  

- Я ничего не знала о скандале, — говорит Анна. — Были только положительные отзывы. Все восхищались. А на другой день мне пишет Алла: «Аня, посмотри на комментарии, это какой-то кошмар!». А потом пошло это распространяться. Это заметила эпатажная журналистка, и с ее легкой руки стало распространяться. Она перепостила фотографии и назвала их «Мечта педофила». Мы не отвечали на оскорбления. Вообще не отвечали. А смысл? Мне говорят: прокомментируйте! Я говорю, моя работа в моих фотографиях. Что тут комментировать? Доказывать, что я не верблюд? Нет смысла. Очень сложно разубедить человека, если человек в чем-то уверен.

На фотосессии присутствовали родители. Были работники студии. Такая хорошая атмосфера была! На одном дыхании прошла съемка. И в конце все аплодировали. Очень хорошие эмоции.

- А как родители отреагировали на бучу?

-  Родители очень достойные. Они тоже в этом ничего не увидели.

- Они еще нас поддерживали, — добавляет дизайнер Алла. — И сейчас спрашивают: «Когда будет следующая съемка?».

- У меня была паника два дня! – продолжает возмущаться Анна. — А потом думаю: чего паниковать? Нет же оснований для этого! Мне писали очень много гадостей. Писали, что фотограф, то есть я, педофил. И на мобильный телефон приходили сообщения.

Очень многие люди распространяли эту информацию. Раскидывали ее среди своих знакомых. Те среди своих знакомых. И среди этих людей оказались те, с которыми я сотрудничала. И они давали мои телефоны. Давали мои контакты. Одна особа, редактор детского журнала, она эту ситуацию не гасила, а наоборот, утрировала. Я проводила фотосессии для этого журнала, немало сняла фотографий для обложки. Когда по телевизору услышала громкие заявления Кулебы, а потом заявление полиции о том, что мои работы — это распространение детской порнографии, конечно, сразу была реакция, которую можно описать словами «возмущение с долей паники». Возмутили беспочвенные обвинения, ведь чиновники и полиция должны были сначала разобраться в ситуации, что является главной их задачей. Они являются представителями власти. И конечно же, сначала должен был быть ответ, что, мол, разберемся в событиях, а потом сделаем вывод. Но они его сначала сделали, а потом начали разбираться…

- Мы обратились к адвокату, — говорит Алла Френкель. —  Он нас проконсультировал и посоветовал сделать экспертизу.

- Экспертизу сделал наш институт судебно-медицинских экспертиз. И в заключении написано, что нет ни единого элемента порнографии. Даже эротики нет. Поэтому всем людям, которые так сильно надеялись, что там это есть, хочу громко сказать: ТАМ ЭТОГО НЕТ! Я благодарна этим людям. Они сделали меня сильнее. Меня как будто толкнули вперед. Появилось желание делать большее. И мне поступили предложения о работе!

Беседовал Дмитрий Жогов