Быть радикалом: как это делают в Одессе

Одесские активисты так называемого «Правого сектора» — организации, которая взбодрила Майдан и сейчас вовсю рубится с милицией, — пригласили «Думскую» на свою акцию и даже рассказали о том, что думают по поводу деятельности своих киевских коллег. Минувшую ночь наш корреспондент провел вместе с радикалами и спешит поделиться своими мыслям по этому поводу.

Итак, зачем-то меня пригласили. Я напрашивался, наверное, лет пять, но брать меня к себе ребятки не спешили. Наиболее близко к загадочной субкультуре одесских правых можно было подойти только на футболе, где южная трибуна регулярно устраивает свое шоу. Но тем все и ограничивалось: тренировки, «махачи», инфраструктура, идеология – это всегда оставалось за кадром, оставляя место для досужих сплетен про фашизм, Бандеру и прочее непотребство.

Итак, меня пригласили. Незнакомый голос с неизвестного номера призвал выступить против режима вчера, когда я  снимал побои одесских автомайданщиков. Пригласил на девять вечера — «делать акцию». Лишних вопросов по телефону я не задавал, а потому просто пришел в назначенное время туда, куда договорились. И вот встречает меня знакомец времен ТАЙМЕРа, имя которого, само собой, я называть не буду. И ведет в «штаб». Загадочное действо будет происходить в подвале некоего таинственного дома у парка Шевченко.

В подвале собирается человек двадцать доморощенных карбонариев. Суть акции – развесить на мостах Города пяток баннеров и чучела злокозненных  титушек, которые, как известно, являются врагами демократии и всего прогрессивного человечества. Насколько это запрещено, разрешено или является призывом к экстремизму, радикалы не знают. На всякий случай просят не фотографировать лица — у каждого имеется если не судимость, то неприятный контакт с «органами». И уж точно никому не хочется возобновления встреч с прекрасным.

Увы, подготовка — раздолбайская:  ниток никто не взял, и белые баннеры сшиваются из старых простыней степлером. Я же в этот ответственный момент общаюсь с самым представительным из радикалов. Надо заметить, что взрослыми ребяток я бы не назвал. Визуально средний возраст — лет 25-ть.

Конечно, все здесь из околофутбола. Ну, или явное большинство. Но, как ни странно, правых взглядов — «бей тех, спасай других» — никто не исповедует.

«Переросли, — говорит мой собеседник, — Когда тебе шестнадцать, то всяческую ерунду про национальность и политические взгляды очень легко впитать из сопутствующей среды. Но мода на неонацизм в околофутболе – это пережиток девяностых, и сегодня от нее остались лишь клетчатая одежда и подтяжки. Да и жизнь сама по себе заставляет пересмотреть свои взгляды: человеческие качества могут зависеть от образования, воспитания, но не от цвета кожи. Да и вообще, у нас разговоры на эту тему считаются неприличными».

Впрочем, совсем без идеологии не обходится. Само собой, каждый из присутствующих поддерживает Майдан, хотя и искренне ненавидит оппозицию за ее беззубость.  

«Конечно, в контексте нынешних событий наши баннеры – это просто капля в море. Но если включить голову – что еще  мы можем сделать, чтобы получить положительный результат? Поехать в Киев? Да, первая мысль именно такая, но в бойцах на Грушевского сейчас недостатка нет. К тому же, буквально вчера на 20-м километре Киевской трассы развернули целый автобус наших коллег – надо было больше кричать об этом в интернетах. Захватывать обладминистрацию? Но в Одессе мы ее не удержим – у «голубятни» слишком много сторонников. А когда ты, что называется, у ментов на карандаше, то последствия своих действий приходится просчитывать на несколько шагов вперед. В общем, пока что наиболее конструктивным вариантом остается вести информационную войну — показывать Киеву, что Одесса в теме и держит руку на пульсе. Если ситуация изменится – до Киева можно доехать за пять часов».

Пока мы беседуем, а трое «художников» красят баннеры, поступает информация: из Одессы в Киев отправляются очередные автобусы с солдатами внутренних войск. Десяток ребят куда-то удаляются и возвращаются обратно через час, таинственно улыбаясь.

- Что там было? — спрашиваю «бойцов».

- Ничего особенного, продолжаем рисовать, — отвечает мне командир «революционеров».  

О проколах колес служебного автотранспорта я узнал благодаря родной «Думской» только тогда, когда вернулся домой. В среде радикалов  не принято обсуждать, кто что делает или планирует сделать: что мешает проверенному в боях «жидов» с «кротами» или «хорьками», настоящему вроде бы товарищу быть информатором, завербованным спецслужбами? И такие наверняка есть. Посему секретничают тут постоянно, и это не паранойя, а просто привычка.  

Итак, баннеры с гадостями о милиции и регионалах закончены. Всего получилось пять штук. На часах — начало третьего. Народ рассаживается по машинам, каждый берет себе по транспаранту. Меня — как ненадежного элемента — бросают на  самый «непаливный» объект – мост на 16-й Фонтана. Машин всего три, а потому в наш седан набивается шесть человек. Едем окольными путями, чтобы не пересечься с постами ГАИ. Несмотря на гололед, приезжаем без проблем. Борцы вылезают на мост, делают свое экстремистское дело, я фотографирую, после чего все разъезжаются по домам. На часах — половина пятого. Это явно не было самым большим приключением в моей жизни.

 Автор — Алексей

P.S.: После выхода материала, герои публикации связались с редакцией и указали на несколько фактических неточностей. Они заявляют, что не имеют судимостей и не являются активистами «Правого сектора». Соответственно, не имеют никакого отношения к инциденту с проколотыми шинами.