Три десятилетия Чернобыля: от трагедии к туристическому раю и… природному парку  

Накануне 30-й годовщины чернобыльской катастрофы «Думская» отправилась на место событий, чтобы посмотреть, как обстоят дела в Зоне сейчас.  

Первые ассоциации, которые возникают у большинства людей при слове «Чернобыль» – радиация, опасность, болезни, страдания. Еще бы. Одна из самых крупных техногенных аварий. Украинские ученые посчитали, что мощность взрыва, который случился 26 апреля 1986 года, в 1:24, приравнивалась к 500 атомным бомбам, сброшенным на Хиросиму (сильно преувеличено, но так пишут).

А некоторые медики считают катастрофу основной причиной онкологических заболеваний у населения нашей страны и ее ближайших соседей, что, впрочем, не подтверждают исследования Всемирной организации здравоохранения.

Сейчас там фон примерно такой же, что и в Одессе, и даже меньше, но поездка в Зону – это всегда испытание. Прежде всего, психологическое. Родные отговаривали, друзья крутили у виска и ругали главного редактора, давшего столь опасное задание.

Однако все оказалось не так, как описывают фантасты и желтые журналисты, не так, как показано в серии компьютерных игр «С.Т.А.Л.К.Е.Р». Словом, не ужас-ужас и даже наоборот.

Там, оказывается, вовсю буйствует природа, захватывая все новые и новые участки, покинутые человеком разумным. Без присмотра двуногих приматов флора и фауна начали восстанавливать естественное положение вещей. Здесь можно встретить резвящиеся табуны диких лошадей, полюбоваться косулями и лосями, парящими над деревьями аистами и издалека понаблюдать за рысями и дикими кабанами. А недавно сюда вернулись медведи.  

Не зря в обозримом будущем на этой территории собираются создать национальный природный парк.

ЗАРАБАТЫВАЛИ, КАК МОГЛИ

Кто только не пользует Чернобыль в своих целях. С самого начала этой истории Зона притягивала предприимчивых людей: от мародеров, грабивших оставленное людьми добро (отметились даже офицеры внутренних войск МВД СССР), до распиливателей бюджетов и спонсорской помощи, выделяемой на ликвидацию последствий аварии.

Только за последние 15 лет с момента полной остановки ЧАЭС (станция полностью прекратила генерацию электроэнергии в декабре 2000 года), страны-доноры сбросились на 2 миллиарда долларов. Сколько из этой суммы ушло в частные карманы, можно только догадываться.

А не так давно Чернобыль превратился в популярный туристический бренд — сюда толпами едут туристы со всего мира.

«Казалось бы, за 30 лет интерес должен был утихнуть, но нет: ежегодно количество желающих попасть в Зону только увеличивается. Например, за 2015 год было около 17 тысяч туристов, а накануне годовщины вообще был такой наплыв, что мы еще пока не успели даже сосчитать», — говорит руководитель Государственного агентства Украины по управлению зоной отчуждения Виталий Петрук.

Именно это агентство регулирует вопросы жизнедеятельности зоны и выдает официальные пропуска на территорию. Причем, делает это отнюдь не бесплатно. В Зону отчуждения не пустят без сопровождающего, услуги которого для группы украинских туристов стоят 140 гривен, а для иностранных – все 500; и без страховки за 120 гривен. Также нужно раскошелиться на подготовку программы — 2000 гривен для иностранцев и 495 для соотечественников.

Кроме того, нужно писать запросы, готовить документы и ждать 10 дней. Не выдержав такой бюрократии, многие идут в зону нелегально, со «сталкерами», или обращаются в туристические фирмы, у которых уже налажен диалог с чиновниками.

Так, однодневный чернобыльский тур от турфирмы стоит от 40 долларов.

«Чернобыль притягивает. Это место силы, — рассуждает один из учредителей компании «Чернобыль-тур» Сергей Мирный. — Сюда приезжают медитировать, сюда едут за знаниями. Среднестатистический наш турист – это молодой человек от 25 до 40 лет. Высокое IQ, большая любознательность. Это не только экстремалы. Не раз сюда ездили влюбленные пары в качестве романтического путешествия и перед саркофагом объяснялись в любви и предлагали руку и сердце».

ЖИВИ — НЕ ХОЧУ

Эксперты заверяют, что находиться в зоне отчуждения относительно безопасно, если соблюдать меры предосторожности и не лазить, где попало. В среднем уровень радиации за 30 лет снизился примерно в 10 тысяч раз. Живи – не хочу!

И правда, живут же как-то тут люди и работают. К примеру, в самом Чернобыле обитают около двух тысяч работников бывшей электростанции. Город ухоженный, здесь отличные дороги и заполненные продуктами магазины.

«5000 гривен зарплаты сейчас не так просто найти в Украине. Нормальная работа, я не жалуюсь», — говорит работник станции Валерий, отвечающий за вопросы безопасности.

А питанию в столовой предприятия позавидовали бы многие работники незараженных территорий: на первое – суп гороховый или борщ с пампушками, на второе — рис с овощами, отбивная и салат, компот или сок. Все продукты привозят из других областей Украины. Чистых.

По рассказам ликвидаторов, с которыми общалась «Думская», самое тяжелое в первые дни после аварии, чисто психологически, было проводить эвакуацию людей.

«Люди думали, что они уезжают временно. Никто не знал, что навсегда, — вспоминает генерал-майор в отставке Анатолий Карацюба. — Помню бабушку, которая упиралась и говорила: «Мене нiмцi не взяли, та нiяка радiацiя менi не страшна».

Фото из Национального музея «Чернобыль»

Часть жителей потом вернулись, и сейчас в Зоне находится 157 так называемых самоселов. В основном это пожилые женщины, которые не захотели ютиться в казенных жилищах и решили вернуться на родину и занять свои хатки.

ЧТО ЖДЕТ ЗОНУ ДАЛЬШЕ?

В конце этого года взорванный реактор, наконец, накроют строящимся саркофагом. Окончательно объект сдадут в эксплуатацию в 2017 году. Но на этом работа Зоны не закончится. Здесь строится хранилище отработанного ядерного топлива (ХОЯТ-2), финансирование которого осуществляется за счет Европейского банка реконструкции и развития.

Возможно, через 10 лет в Чернобыле появятся высотные отели с бассейнами и развлечениями для туристов, но скорее всего, эту территорию будут использовать для научной деятельности. Есть также планы по строительству солнечных электростанций.

А чиновники, имеющие отношение к Чернобылю, заявляют, что Зона вскоре сможет превратиться из дотационного предприятия в прибыльное.

«У нас начался ребрендинг, — заверяет «главный по Зоне» Виталий Петрук. — Чернобыль — территория больших изменений».

Автор – Жанна Жукова, фото автора и Мурата Макоева.

P.S.: в мае ожидайте документальный фильм о Чернобыле от «Думской ТВ».