Одесский суд изменил меру пресечения ингушскому активисту, которого собираются выдать России: он вышел из СИЗО и будет находиться под домашним арестом

Ингушский активист Ильяс Белхароев, которого украинские правоохранители намерены выдать России, вышел из следственного изолятора, где находился под экстрадиционным арестом.

Как передает корреспондент «Думской», вчера Малиновский райсуд Одессы изменил ему меру пресечения — теперь Белхароев будет находится под круглосуточным домашним арестом.

С самого начала все было очень нервным — до заседания Ильяса фактически лишили права на защиту: 23 июня прокуратура отправила его адвокату ответ на ходатайство, в которым заверила, что будет заблаговременно уведомлять обо всех процессуальных действиях и выдаст копию запроса об экстрадиции. Однако вместо этого 25 июня прокуроры направили материалы в суд, никого не предупредив. О заседании, назначенном на 29 июня, правозащитники и друзья Белхароева узнали случайно на официальном сайте суда и утром сумели предупредить журналистов.

Поначалу никого не хотели пускать в зал, объяснив это его небольшими размерами.

«Возможно, пустим одну камеру и одного журналиста», — безапелляционно заявила сотрудница охраны Малиновского суда. Пресса возмутилась, и тогда сотрудники суда нашли зал побольше. Заседание началось с опозданием в сорок минут. Продлилось оно недолго: новый адвокат подсудимого Роман Клабуков попросил судью Наталию Кузьменко отложить слушания, чтобы он мог изучить материалы.

Заседание перенесли на 15:00. За это время журналисты не разошлись (на что, по всей видимости, рассчитывал представитель прокуратуры Антон Фучеджи — кстати, сын беглого милиционера), а наоборот, пообедали и сплотили свои ряды.

На возобновившемся заседании прокурор пытался настоять на продлении экстрадиционного ареста. Судья Наталья Кузьменко долго зачитывала на русском запрос об экстрадиции, направленный представителями Российской Федерации, в котором клятвенно обещалось, что их правоохранительные органы не будут применять пыток к заключенному и, вообще, они «белые и пушистые».

Решающей стала заключительная речь Ильяса, когда он рассказал, что не нарушал законов Украины с того момента, как переехал сюда в январе 2015 года.

«На моей родине я не живу с 2012 года — мою семью преследуют, мои родные находятся в тюрьмах или убиты, если сейчас меня вышлют — меня ожидает верная смерть. В Интерполе не разобрались, кто из нас больший злодей: я или Российская Федерация. Я просидел 40 дней за решеткой и больше не хочу», — заявил Белхароев и подчеркнул, что его законная супруга является гражданкой Украины и он будет добиваться статуса дополнительной защиты, получение которого пока тормозит облуправление миграционной службы.

Когда судья ушла на перерыв, чтобы принять решение, журналисты попытались взять интервью у Ильяса, но их стали оттеснять представители Нацгвардии и даже вызвали подмогу, чтобы выдворить прессу из зала заседаний. Мы отбились и поговорили с подсудимым.

Итог дня - Белхароева из суда передали полиции, а те довезли его домой, где надели браслет и проконтролировали начало домашнего ареста.

Далее защита будет работать над смягчением условий для Ильяса и оформлением статуса с возможностью дальнейшего получения гражданства Украины.

Автор — Алена Балаба