Призрак главного архитектора: как Одесса теряет себя из-за коррупции, хаоса и безразличия

Почему публичные признания 'отцов города' в любви к Одессе расходятся с нежеланием (или неспособностью?) остановить разрушительную деятельность застройщиков? Кто несет ответственность за архитектурный облик, и почему профильное управление не решает проблем?

КАК ДОЛЖНО БЫТЬ И КАК ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ

Департамент архитектуры и градостроительства (пока мы говорим о нем, трансформация в единый мегадепартамент — дело хлопотное и небыстрое) — это ключевой орган, от которого зависит, какой увидят Одессу наши дети и внуки. В идеальном мире эта структура вместе с архитектурными контролерами (городской ГАСК и госинспекция архитектуры и градостроительства — о них мы напишем отдельно) отвечает за развитие города: тут планируют, где и что можно строить, следят за соблюдением архитектурных норм и разрабатывают проекты благоустройства, тут обсуждают детальные планы территорий. Горожане приходят сюда за разрешениями на строительство и реконструкцию, ремонт фасадов, установку рекламы и временных сооружений.

Департамент занимается и Генеральным планом, участвует в распределении земли под застройку и обеспечивает открытый доступ к градостроительной информации. Он же должен следить за тем, чтобы новострои не вредили культурному наследию и внешнему облику города.

Главный архитектор, который должен был стать движущей силой развития города в рациональном и эстетичном ключе, превращается в клерка. А его главным инструментом становятся разрешения и запреты. Более того, на самом деле последние пять лет в Одессе в принципе нет директора департамента и одновременно главного архитектора. Только и.о.

Именно это прискорбный факт многие называют главной причиной создания нового мегадепартамента. Кадровый голод заставляет объединять структуры под конкретного человека — Надежду Новикову, которую пока назначили рулить старым департаментом. Все это удивительно совпало с задержанием на взятке «вечного» заместителя, а потом и.о. Марата Касимова. Он работал в департаменте несколько десятков лет. Долгое время был в тени руководителей структуры. Они менялись с завидной регулярностью, а Касимов казался незыблемым.

Полностью должность Новиковой звучит так: исполняющая обязанности директора департамента архитектуры, градостроительства и земельных отношений Одесского городского совета — главного архитектора города. При всем желании и талантах стать полноценным главным архитектором, без приставки и.о. (а значит и полноценным дректором департамента) она пока не сможет. И дело даже не в том, что по закону, эту должность можно занять только через конкурс. Кроме этого, кандидаты должны иметь профильное высшее образование и не менее пяти лет опыта в градостроительстве и архитектуре — а еще год назад Новикова управляла земельным департаментом.

Выходит опять без главного архитектора на неопределенный срок?

И вот тут впору вспомнить, что на самом-то деле главный архитектор может и не быть директором департамента. Разговоры об этом шли и раньше. Ведь это очень логично, отделить художника и творца от клерка и управленца. Правда? Однако в последние годы таких инициатив нет. Главного архитектора, правда, тоже нет, и похоже, в мэрии это всех устраивает.

И еще немного отвлечемся от темы. На самом деле создание этого мегадепартамента не было таким простым делом. Внутри самого горсовета были силы, выступавшие против слияния. Некоторые чиновники пытались (кулуарно, разумеется) убедить депутатов не голосовать. И дело не в убеждениях. При существовавшей системе у каждого была свое кормовая база, а такие перемены неминуемо несут потери. И, хотя, решение поддержало большинство депутатов, говорить, что все прошло гладко — большое преувеличение.

КАК ЭТО УСТРОЕНО ИЗНУТРИ ИЛИ КОРНИ ХАОСА

Чтобы разобраться, как работает главная архитектурная структура города, мы обратились к нескольким собственно архитекторам и сотруднику департамента. Все они согласились поделиться своими соображениями исключительно на условиях анонимности. Также нашими собеседниками стали депутат горсовета Петр Обухов и общественник Владимир Савченко.

Рассмотрим для начала самую, пожалуй, важную для горожан функцию департамента — выдача градостроительных условий и ограничений. Это ключевой документ, в котором указано, какие объекты и с какими параметрами можно возводить на конкретном участке земли

«С цифровизацией сферы государственных услуг, созданием Единой государственной электронной системы в сфере строительства (ЕГЭССС) большая часть процессов перекочевало в онлайн, именно там оформляются разрешения и подаются проекты. Однако, как утверждают опрошенные нами эксперты, у департамента остались рычаги влияния на застройщиков. Например, возможность прописать в градостроительных условиях, что можно и что нельзя, и тем самым остановить или наоборот дать зеленый свет строительству», — рассказывает наш первый консультант.

И тут проблема лежит в нескольких плоскостях. Во-первых, законодательство в строительно-земельной сфере остается запутанным и неурегулированным: за разные этапы отвечают разные структуры, а один и тот же процесс могут регулировать разные законы. А где есть вилка решений — есть и коррупционные риски.

«Например, после того как центр Одессы получил статус ЮНЕСКО, он автоматически стал объектом культурного наследия национального значения. Согласно законодательству, территория памятника — это земли историко-культурного назначения и единственное целевое назначение земель историко-культурного назначения — это эксплуатация памятников. В то же время Одесса — это живой, развивающийся город, у которого, согласно действующему генеральному плану и зонингу, есть участки с целевым назначением, предусматривающим строительство. Возникает вопрос, можно бизнесменам осваивать эти участки, или нет?» — продолжает наш собеседник.

Все это создает пространство для «ручного управления»: чиновник может по собственному усмотрению разрешить или запретить застройку, ссылаясь на нормы, которые трактуются по-разному. Как результат — нарушается этажность, застраивается охраняемая территория, а департамент фактически умывает руки.

«По сути дела в градостроительном хаосе в городе виновата городская власть. Любой застройщик будет преследовать интересы личной выгоды и заработка и не думать про общественный интерес. И задача городских властей — ограничивать застройщиков и не давать им делать то, что, например, сотворили с Аркадией.

И речь тут не только про департамент архитектуры и земельных ресурсов, но и про депутатов городского совета. Потому что заметная часть участков в той же Аркадии была выдана под застройку решениями горсовета. Я состою в рабочей группе, которая пытается составить план, как спасти Аркадию от прогрессирующего транспортного коллапса. А ведь эту проблему должны были решать до того, как выдавать разрешения на строительство, то же самое со школами, например», — рассказывает депутат горсовета Петр Обухов

Идем дальше. Генплан и зонинг — градостроительная конституция города. По словам другого нашего эксперта, оба документа устарели едва ли не в день их принятия.

«В них заложены абсурдные решения вроде десятков (больше 80! - Ред.) ненужных транспортных развязок, львиную долю которых никогда не построят. А земля «под ними» останется соответствующего назначения, то есть участок фактически заблокирован. В идеале департамент должен заниматься обновлением таких важных документов, как генплан и зонинг, но городская власть этого не делает — нет политической воли», — сетует наш собеседник.

Еще одна проблема Генплана и зонинга в том, что они не содержат даже намека на то, как должен развиваться город, говорит депутат горсовета Петр Обухов.

«Несмотря на наличие генерального плана, у властей нет какого-то видения развития районов. На мой взгляд, власть должна решать, что и где строится, и выдавать эти участки под застройку, имея уже единую концепцию. За последние годы я как депутат дважды голосовал за детальные планы территории, которые учитывают эти принципы, и это дает надежду, что в дальнейшем город будет развиваться лучше», — говорит Обухов.

АРХИТЕКТУРА — ЭТО ПРО ИСКУССТВО, А НЕ ПРО ПЕРЕКЛАДЫВАЕНИЕ БУМАЖЕК

Другая сложность, которой то ли прикрываются, то ли действительно не могут справиться — неспособность влиять на часть решений. Их принимают в Киеве. Некоторые проекты, особенно те, которые связаны с крупными инвестициями или строительством на прибрежной территории, утверждаются не в Одессе, а на уровне Киева, и тут даже самый лучший главный архитектор бессилен. Это создает ситуацию, когда городские власти не могут повлиять на реализацию проекта, даже если он противоречит градостроительной логике.

При этом пример других городов Украины говорит о том, что вопрос местной политической воли имеет значение. В том же Львове удается мотивировать девелоперов ограничивать свои аппетиты.

И вот тут мы приходим к тому, что департамент архитектуры — это же не только про бумажки и разрешения. Архитектура — один из видов искусства. А в одесской мэрии об этом совершенно не думают. И речь не о том, чтобы перегрузить фасад барочной лепкой (такие примеры есть).

«Хотелось бы видеть архитектурное разнообразие. У нас, к сожалению, все новые дома — это или просто бетонные параллелепипеды или закос под классику. Хотя, на самом деле, современная архитектура очень разнообразна. Последний памятник архитектуры, который появился в Одессе – это театр музыкальной комедии. За время независимости Украины ни один из домов, построенных в Одессе, не получил статус памятника архитектуры. Хотелось бы и это исправить», — добавляет Обухов.

В свою очередь одесские общественники напрямую обвиняют департамент архитектуры в преступном бездействии. Последние десятилетия город сотрясают скандалы со строительством очередного микрорайона — без социальной и транспортной инфраструктуры, однако власть никак не реагирует на происходящее, становясь полностью на сторону не всегда чистоплотных застройщиков.

«Решения управления архитектуры способствовали хаотической застройке, уничтожению зеленых зон, исторических улиц и перегрузке городской инфраструктуры. Выросли целые микрорайон «Альтаир», кварталы в Аркадии. В центре — десятки хаотических ЖК, парализующих микрорайоны. Почему ни одно должностное лицо не понесло даже дисциплинарного наказания? Выдача разрешений на строительство в Украине годами контролировалась теневыми кланами, а архитектор был только пешкой в схеме. Но если он подписывал документы, которые уничтожили город, он должен понести персональную уголовную ответственность», — заявил руководитель организации «Спільна мета» Владимир Савченко.

Савченко добавил, что готовит пакет официальных обращений в НАБУ, НАПК, ДБР, Антикоррупционный комитет Верховной Рады и комитет по вопросам градостроительства по персональной ответственности бывших и действующих должностных лиц: экс-руководителей Михаила Шайденко и Татьяны Боринской, а также других сотрудников управления архитектуры.

Общественники требуют официального расследования действий департамента, привлечения к ответственности виновных и освобождения от должностей тех, кто годами легализовывал незаконную застройку.

«Параллельно мы информируем международные антикоррупционные организации и партнерские структуры, чтобы они контролировали ход расследований и зафиксировали системную коррупцию в регионе», — уверяет Савченко.

И еще одна деталь. Главное здание департамента — на углу улицы Гоголя и переулка Оттона (ранее Некрасова). Самый-самый исторический центр. Из окна своего кабинета главный архитектор может каждый день любоваться разрушающимся домом Гоголя, спасти который город не спешил лет 20. Нам это кажется очень символичным — видеть проблему, прикрытую баннером, словно фиговым листком, и ничего не делать — вот он, девиз этой структуры. Вопрос лишь в том, сохранит ли новый департамент худшие черты своего предшественника или сможет эволюционировать?

Автор — Любовь Порочная