Днестровская Несси, Янукович и другие чудовища причала №1: жуть под стенами Аккерманской крепости  

Штатный страшилковед «Думской» Виктор Цукенбергер-младший порадовал нас очередным репортажем-расследованием, посвященным мистической стороне жизни Одесской области. Он пытался разыскать следы таинственного чудовища, которое, по слухам, до сих пор обитает в плавнях Днестровского лимана. Мы планировали выдать материал в Хэллоуин, но выборы и все такое помешали… Тем не менее, актуальности работа Виктора не потеряла, так что с удовольствием публикуем ее сейчас.

Я завидую криптозоологам (это такие люди, которые занимаются поиском считающихся вымершими или вообще мифических существ, вроде снежного человека или лох-несского чудовища). Люди уходят в дальние походы, в тайгу, горы, джунгли, и пытаются найти то, чего, скорее всего, нет. Романтики? Да. Безнадежные причем. И я знаю, что у многих из них сердца учащенно бы забились, прочти они такую информацию:

«ДНЕСТРОВСКАЯ НЕССИ. В октябре прошлого года корреспондент газеты «Голос Украины» Георгий Воротнюк лично наблюдал в Днестровских плавнях неизвестное животное. По его словам, оно напоминало динозавра — голова размером с большой кулак, змеиная шея длиной около двух метров и крупное тело, которое оставило широкий след в прибрежных камышах. Местные жители и рыбаки тоже наблюдали чудовище». Материал вышел в 1997 году в «Общественно-политической газете».

Надо сказать, что Георгий Федорович Воротнюк, к сожалению, ушедший от нас, считался одним из опытнейших журналистов Одессы. Его родные заверяют, что он не стал бы шутить подобным образом, разыгрывать читателя. Да и первое апреля тогда было нескоро. Уже позже писатель Виктор Викторевский в своей фантастической повести «Великий змей Черного моря» обратился к этой теме. Главный герой биолог, прочитав заметку о «Днестровской Несси», отправляется в плавни на поиски динозавра. И находит его!

Я тоже решил съездить к Аккерманской крепости. Говорят, что возле нее старый матрос основал что-то вроде музея с различного рода диковинами. Может быть, он что-то знает о днестровском чудовище?

Я был в Белгороде давно, лет десять тому назад. Помню огромное количество змей. И заросший травой и камышами причал, на котором стояли ржавые речные теплоходы, наверняка пущенные уже на иголки…

Память меня не подвела. Змей здесь хватает. Сперва глаз их не видит, только следы пребывания! Кусты себе как кусты, вода, волны, а потом понимаешь — это же не веточки из воды торчат, не водоросли, а пресмыкающиеся! Может, и динозавр так же? Не замечает его глаз, как нечто инородное, не фокусирует на нем внимание, вот и не распространяются по прессе и соцсетям панические слухи о длинношеем ужасе плавней.

Вот и причал. Ворота доброжелательно распахнуты. Вхожу и первым делом с ужасом замечаю, как из земли высовываются лицо и рука. Фууух! Статуя времен советского реализма. Правда, губы накрашены. На руке нашивка «За Януковича». Памятник неубиваемой, как зомби, бывшей коммунистической партноменклатуре, которая перекрашивается в любой цвет, при любой власти выживает и кормушкой себя обеспечивает.

Коряги, вытащенные из воды матросом Евгением, побелели от жаркого солнца и соли, их разверстые щели и изломы щедро залиты красной краской. Так и получились кровожадные, невероятные, словно рожденные фантазией Лавкрафта чудовища. Картину дополняют черепа и кости мелких зверушек, собранные матросами причала на побережье. Эдакая стража у причала №1, ночью увидишь, и сердце вон!

Евгений Козлов, береговой матрос причала №1, на матроса вовсе не похож. Скорее, на учителя труда в школе. Он похваляется своей коллекцией: «Здесь удобно сидеть (садится на корягу, — Ред.). Вот мой трон!»

Смотрите также: Чудища Аккермана (фоторепортаж)

Коллекция абсурда: лозунги, гербы, обломки вождей прошлого и нынешнего политического Олимпа, коряги, якоря, стеклышки, пуговицы вместо глаз — вся эта кунсткамера не хаотично, а весьма аккуратно расставлена на причале. Метров сто занимает, если не больше. Тут же - места для отдыха, стоят графины с вином. Кое-что из коллекции еще в работе. Выудили из воды корягу — вылитый спрут. Только морду еще предстоит пострашней сделать.

О предмете моего поиска, днестровской Несси, Евгений говорит так:

«Я ничему не удивлюсь. Все может быть. По ночам тут такие звуки! Будто ревет кто-то. Или стонет. И со стороны лимана, со стороны воды! Но лично чудовища не видел. Впрочем, раз было дело… — он чешет несколько смущенно затылок. — На лодке плыву и вижу: коряга занятная в воде. Торчат сучья под водой, точно лапы! Я ее веслом к лодке хочу прижать, чтобы рассмотреть. И тут думаю: а как это она против течения плывет? А оно как шлепнет по воде, как всплеснет! Мелькнула плавниками, вроде бы красными, и ушла под лодку. Я сижу весь мокрый и думаю: расскажешь кому, не поверят».

А на берегу греет бок на солнце яхта с криптозоологическим названием «Несси». Почему дали такое название? Явно неспроста.

Матрос Василий заманивает покататься на яхте: «Все плавни покажу!»

Но он под хмельком и цену гнет заоблачную, так что я отказываюсь. Василий, ничуть не обидевшись, начинает рассказывать «казус-мазус», который с ним произошел:

- Началась мода на страусов! Все словно с ума посходили! Дескать, птица неприхотливая, снег и холод ей нипочем, и у нее все на продажу идет. Яйца – 20 долларов штука, перья на украшения тоже дорогие, когти — чистый алмаз, все режут. И давай разводить! И вот купил у нас в поселке один фермер страусиху. Привез и никому не сказал. А она возьми да вырвись на свободу. Перепрыгнула через забор и сбежала. Как сейчас помню, погода хреновая такая была. Дождь, слякоть. Мы с мужиками возле чапка (буфет, наливайка, — Ред.) собрались быстро полечиться, и тока пригубили, как, бляха-муха, бежит такая фигня выше меня ростом, и лапы по грязюке разъезжаются! У меня от неожиданности тогда «казус-мазус» случился. А фигли — настоящий динозавр! Она тогда в плавни поскакала. И потопла там. Не нашли! Но! Весною я кое-что нашел в плавнях, в камышах. Яйцо! Здоровое! Я тогда на причале жил. Меня жинка с дому нагнала. Так с перловкой забацал себе! Во! Закусь мировая! От страусихи той, больше не от кого».

- Страус то был! — прерывает его Евгений. — Он страуса покупал, мужика то бишь, не бабу.

- А чье же тогда яйцо? Динозавра, что ли? 

- Тебе с пьяных глаз померещилось!

Я смотрю, спорящие нет-нет да и поглядывают искоса на меня. Конечно, немудрящая хитрость ругающихся матросов понятна: им надо заманить сюда как можно больше туристов. Тут и динозавры в ход пойдут. И это правильно. Недаром, покрутившись по крепости, чьи величественные руины быстро надоедают, туристы толпами валят сюда. И вволю фотографируются рядом с деревянными уродцами. Десять лет ушло на собирание этой коллекции. Начальство относится снисходительно. Грамот за вклад в развитие местного фольклора не выдавало, но и убрать не приказывает.

Впрочем, причал сам по себе – место лакомое, ресторан или гостиница прекрасно здесь уместятся. Не приведи Господь, заревут экскаваторы и будут возводить какую-то хамскую громадину. Разваляют коллекцию коряг, распугают змей и птиц… Много тут, на побережье, архитектурных «тортов» понатыкано. В фантастической повести Викторовского местные жители отрицают, что в их краях водится динозавр. И даже нападают на излишне любопытных биологов. Жаждут одного, чтобы их оставили в покое с их тайной. Может, и тут так?  

Может, выходит матрос Евгений ночью на причал с казаном каши-перловки и зовет громким шепотом: «Неська, Неська!» В темноте что-то булькнет, разбегутся круги по воде, и большое черное тело, вздымая волны, бесшумно скользит к причалу. «Ты только тихо себя веди! — будет увещевать ее Евгений, скармливая кашу. — Им пока на глаза не попадешься, так и не поверят, что ты есть. А поверят, все, хана — пропала тихая жизнь! Так что, только ночами плавай! Ну все, бувай!»

Автор – Виктор Цукенбергер