Дневник Седьмого ОМКФ: оживший Наполеон, потерянный Бабель и недооцененный Каравайчук

Что бы ни придумывали сценаристы, а жизнь создает наиболее лихо закрученные коллизии. На нынешнем Одесском Международном кинофестивале очень ярко представлен сегмент документального кино, особенно посвященного деятелям литературы и искусства. Это, во-первых, имеющие непосредственное отношение к Одессе фильмы американца Дэвида Новака «В поисках Бабеля» и испанца Андреаса Дуке «Олег и редкие виды искусства» (Испания, 2016). С первым сюжетом все ясно (в съемках принимал участие внук писателя, много снято в нашем городе), во втором связь с Одессой идет по кинематографической линии, через Киру Муратову.

Известный российский композитор Олег Каравайчук писал музыку к фильмам Муратовой и Параджанова, а в детстве играл на рояле для Сталина. Вскоре после того, как фильм был отснят, жизнь композитора подошла к концу, но его киномузыку еще предстоит оценить, уже сейчас заявляют, что она сопоставима с достижениями Нино Рота и Эннио Морриконе. Фильм зафиксировал моменты, когда эта музыка рождается. «Короткие встречи» и «Долгие проводы» Муратовой были выпущены с музыкой Каравайчука.

Но самый шлейфовый документальный фильм фестиваля, пожалуй, это «Франкофония» Александра Сокурова. Любить его художественное кино – тяжелый крест, но когда он делает документальный фильм с игровыми вставками, это великолепно! Чего стоит явление в галереях Лувра полубезумного призрака Наполеона и символа Франции – Марианны, твердящей, как мантру: «Liberte, egalite, fraternite», но как быть с тем, что огромное количество экспонатов самого известного музея мира добыто во время наполеоновских военных походов, а пресловутые «свобода, равенство и братство» так и остались недостижимым идеалом, красивой фразой?

История не имеет сослагательного наклонения, и автор фильма не стремится задним числом судить императора, республиканцев, вишистов, коллаборационистов и так далее. Мы гуляем вместе с оператором по прекрасному Лувру, углубляемся в его историю, любуемся им, саркофагами египетских мумий, «Джокондой» и статуей Ники Самофракийской.

Главный герой фильма, конечно, Лувр. На определенном этапе повествования он становится местом, где перед нами разворачивается уже игровая история двух незаурядных людей, француза-республиканца, директора Лувра Жака Жожара и немецкого аристократа, офицера гитлеровской оккупационной армии графа Франца Вольфа-Меттерниха – врагов, ставших единомышленниками в деле сохранения музейных ценностей, не допустивших вывоза за пределы Франции, а ведь экспонаты могли бы осесть в коллекциях Гитлера, Геббельса и Геринга. Автор зазывает их обоих в комнатку с двумя стульями и предрекает им будущее: Рейх падет, а оба они, как ни странно, станут кавалерами Ордена Почетного Легиона. Реакция персонажей различна: Жожар недоуменно пожимает плечами: «Бред какой-то!», а Меттерних вдруг съеживается, на глазах теряя аристократический лоск и военную выправку, верит…

А лейтмотивом размышлений Александра Сокурова о Лувре как знаковом месте Парижа и Франции, о музеях как символах цивилизации, о культуре и истории, об искусстве и власти становится постоянно прерывающийся разговор по скайпу с неким капитаном Дирком, опасающимся потерять в неласковом февральском море контейнер с музейным грузом. Дилемма: «Ай, не надо было брать с собой музейное!» или «Бросайте за борт контейнеры, пропадете ведь!» Не так ли человечество путешествует по волнам истории, теряя что-то прекрасное безвозвратно? Хроникальные кадры позволяют увидеть морские маршруты, похоронившие под собой немало таких ценных грузов. С другой стороны, уже на нашей памяти древние ценности не раз уничтожались на своей же родине, а вывезенные для европейских музеев уцелели… Когда Сокуров старается резюмировать свое режиссерское высказывание, он просто позволяет нам полюбоваться улыбкой Джоконды, которая все расставляет на свои места. И только призрак Наполеона будет настаивать, что и Джоконда – это тоже он…

Автор Ирэн Адлер