Старейшая пасека Одессы: доктор наук страдает от укусов и учит пчелиный язык    

Сегодня — День украинского пасечника. В календаре праздников Украины он занимает особое место, и не только потому, что знатным пчеловодом и популяризатором отрасли был наш третий президент, породивший тем самым массу анекдотов на эту тему. Нет, актуальность праздника обуславливает та роль, которую играет пчеловодство в отечественной экономике. Шутка ли - мы входим в пятерку крупнейших экспортеров меда на планете и в нынешнем году продадим за границу свыше 20 тысяч тонн! А по уровню потребления этого продукта — 1,5 кг на одного гражданина — Украина занимает первое место в мире.

«Думская» отыскала в Одессе самую старую пасеку города, которой уже полвека, и пообщалась с ее владельцем, опытным пчеловодом и… доктором технических наук. Он угостил нас ароматным липовым медом и рассказал о секретах совсем непростой профессии.

Многие наши читатели наверняка обращали внимание на необычный частный домик в самом центре курортной части Одессы – на улице Львовской. На увитом зеленью балконе возвышаются этажи деревянных коробок-ульев, а на старых железных воротах мелом выведена надпись «Самый вкусный мед». Нам сюда.

Постучав в дверь подвешенной на веревке железной подковой, замечаем, как на балконе зашевелилась фигура человека в москитной сетке.

«Иду, иду, будет вам мед», — поспешил нам навстречу немолодой уже мужчина.

Это один из самых опытных пчеловодов Одессы Игорь Дмитришин.

« Мне было пять лет, когда в начале 1960-х папа занялся пчеловодством, чтобы прокормить семью. Я ему помогал, но как-то раз меня ужалила пчела, и с тех пор я зарекся заниматься этим гиблым делом, очень боюсь укусов», — начал свой рассказ пасечник.

Шло время. Игорь Дмитришин вырос, стал доктором технических наук и несколько десятилетий проработал на родную оборонку. Но распался Союз, «почтовый ящик», где трудился профессор, приказал долго жить, и ему пришлось срочно искать средства к существованию.

«Папа тогда уже был старенький, едва справлялся с пчелами. Тогда я, как говорится, перенял эстафету. Ну и втянулся. Пчеловодство — это как-никак тоже наука, в чем-то даже посложнее электротехники будет», — вспоминает Дмитришин.

Его пасеке сейчас больше 50 лет, и она - одна из самых старых, если не старейшая из существующих в Одессе.

Первое время пчелы новичка не щадили. Но даже сейчас, когда наш собеседник может считаться маститым пчеловодом, без укусов дело не обходится. Жалят от пяти до десяти раз в день — и это при том, что одессит никогда не приближается к ульям без соответствующей экипировки. Даже летом пчеловод вынужден париться в тяжеленной фуфайке, носить резиновые перчатки, сетку на лице и заправлять штаны в носки.

«Пчелы очень хитрые, бывает, просто сядут на куртку и начинают искать место, где можно прошмыгнуть под одежду. Признаюсь, каждый раз страшно, ведь к укусам я так и не привык – каждый раз, как в первый», — продолжает пасечник.

Чаще всего пчелы атакуют нос, мочки ушей и подушечки пальцев около ногтей, из-за чего рука может онеметь на целый день.

«Друзьям в шутку говорю, что я, наверное, уже такой ядовитый, что есть меня нельзя», — улыбается одессит.

Помните, главную проблему Винни-Пуха: «Мед если есть, то его сразу нет»? То же самое происходит и в доме Дмитришина. Вся его продукцию расходится почти мгновенно. Кто баночку липового возьмет, а кто - коробку со свежими, еще теплыми сотами, которые Игорь Яковлевич срезал всего полчаса назад. Глядишь — и нет уже меда.

«Рекламу я не даю, но еще не было такого, чтобы пришлось тащить товар на рынок. Все дома раскупают», — говорит он.

Цены на мед, говорит Дмитришин, у него ниже, чем на базаре. Можно найти и дешевле, но это небезопасно: совсем задаром, как правило, отдают подделку, так называемый фальшивый мед. Оказывается, есть и такой.

Его делают из остатков сот, которые варят, потом осветляют химическим путем, добавляют ароматизаторы и красители.

«Получается очень вкусно, ничего не скажешь. Один раз один такой умелец случайно добавил в это варево банановый ароматизатор, а потом рассказывал покупателям, что это редкий австралийский мед», — улыбается собеседник.

В хозяйстве Дмитришина 30 ульев, в каждом из которых проживает примерно 150 тысяч пчел. И только меньшая часть пчелиных домиков (точнее, городков) стоит на Львовской. Остальные пасечник вывез за город: дескать, каменные джунгли да дороги только чиновников с гаишниками прокормить могут, но никак не пчел.

День у Игоря Яковлевича начинается с обхода медовых владений – он любит наблюдать за жизнью полосатых трудяг. Говорит, друг к другу они относятся куда лучше, чем люди. А еще у пчел есть свой язык — хореографический:

«Интересно наблюдать за их танцами, когда вокруг танцора выстраивается круг зрителей. Если он танцует по кругу — значит, рядом есть еда, а если в виде восьмерки — значит, она далеко отсюда. Причем в танцевальных па заложены даже координаты будущей добычи! У них коллективный разум. В общем, нам есть чему у них поучиться, ведь пчелам 70 миллионов лет, а человеку разумному — всего 50 тысяч», — говорит владелец старейшей пасеки Города.

Автор Надежда Маркевич