«Дурак» или «монстр»? «Любовь» или «одержимость»? Как итальянские журналисты Геннадия Труханова интервьюировали

В одесского мэра немедленно полетели громы, молнии и проклятия. Но мы не стали спешить с выводами и прочитали интервью дальше заголовка. И убедились: журналист Лоренцо Кремонези весьма фривольно передал слова Труханова. Однако к логике и словам Геннадия Леонидовича тоже есть вопросы.

Начнем с первой части скандального заголовка: «Путин — дурак, но он любит Одессу» (в оригинале: Putin è un folle ma ama Odessa). Вы удивитесь: несмотря на то, что эта фраза взята в кавычки и подается как прямая речь Труханова, на самом деле, он не говорил ни первого, ни второго.

Да, именно так: Труханов не называл путина «дураком». В тексте интервью он высказал свое отношение к российскому президенту так: «Путин больше не выступает как прагматичный политик, а является монстром, продуктом советского режима и КГБ, решительно настроенным на восстановление имперской России» (в оригинале: Putin non ragiona più da politico pragmatico, ma è un mostro, un prodotto del regime sovietico e del Kgb deciso a ricostruire la Russia imperiale).

Можно ли интерпретировать эти слова как «Путин — дурак»? Может быть, хотя, монстр и дурак — разные сущности, не так ли? Но в любом случае, это интерпретация, и приписывать слова Труханову — некорректно.

Точно так же Труханов не говорил о путине «он любит Одессу» (ma ama Odessa).

Итальянский глагол ama, amo (любить) — от слова amore, то есть любовь искренняя, сердечная, настоящая. Такая, как в знаменитых на весь мир итальянских песнях.

Однако ни о каком амуре между путиным и Одессой в интервью ни слова. Труханов сказал совершенно другое: «è ossessionato dalla nostra città». Слово ossessionato переводится как «одержимость», от слова ossessione — «навязчивая идея». Фраза переводится как «он одержим нашим городом».

Чувствуете разницу? Как в заголовке публикации «одержимость» странным образом превратилась в «любовь» — лучше спросить у автора интервью Лоренцо Кремонези. Вряд ли можно называть «любовью» отношение маньяка к своей жертве.

Если вместо придуманного журналистом заголовка «Путин — дурак, но он любит Одессу» прочитать то, что было сказано Трухановым, может получиться разве что: «Путин — монстр, и он одержим Одессой». Согласитесь, смысл получается совершенно другой.

Что касается переговоров по поводу Крыма, тут уже можно высказать претензии самому городскому голове.

Труханов говорит: «Конечно, я мечтаю о возвращении к границам 1991 года, но необходимо вести переговоры шаг за шагом, искать компромиссы постепенно, чтобы не допустить «стенка на стенку» (Ovvio che sogno il ritorno ai nostri confini del 1991, ma occorre negoziare passo dopo passo, cercare compromessi in modo graduale, evitare il muro contro muro).

Придерживаться мнения о том, что возвращать Крым нужно путем компромиссов и переговоров — может быть, спорно, но это личное мнение. Однако скажите, Геннадий Леонидович, с кем их вести? С путиным? С человеком, которого вы сами в этом же интервью называете не просто «КГБшным монстром, мечтающим о воссоздании империи», но и человеком, который «перестал вести себя как прагматичный политик»? Какие вообще переговоры возможны в такой ситуации?

Но в любом случае, прежде чем проклинать, метать громы и молнии, всегда стоит прочитать дальше заголовка. А там интересных и странных моментов немало.

Например, очень интересно продолжение фразы о путинской одержимости нашим городом: «Он не хочет бомбить его, как Харьков, он требует, чтобы он был цел» (Non la vuole bombardare come Kharkiv, la esige intatta). Откуда эта уверенность?

Извините, Геннадий Леонидович, вы сами в этом интервью рассказываете, что были убеждены: масштабного нападения на Украину не будет: «Я не думал, что это возможно» (Non lo credevo possibile). Тогда ваши чувства вас обманули. А сейчас вы уверены, что наш город не бомбят только из-за особых, хоть и извращенных, чувств путина к Одессе. На чем базируется эта уверенность? Снова на чувствах, или у вас есть источники в кремле?

Да, Одессу не обстреливают так безжалостно, как Николаев или Харьков. Но это только лишь потому, что от этих городов до линии фронта — 10-20 километров. А до Одессы — 100, и поэтому путинская артиллерия сюда не добивает. Но в этом, извините, заслуга не путина, а исключительно наших защитников из Сил обороны Украины.

И еще один момент, который явно нуждается в ваших пояснениях. Свой рассказ об угасании симпатий одесситов к россии вы заканчиваете фразой: «В конце концов, здесь есть даже несколько украинских националистов, которые восхваляют миф о Степане Бандере, в отличие от Киева или Львова» (Del resto, da noi ci sono anche pochi nazionalisti ucraini che inneggiano al mito di Stepan Bandera, diversamente da Kiev o Leopoli).

Что вы говорите? «Миф»? «Несколько националистов? «В отличие от…»?

Извините, трудностями перевода эту вашу фразу объяснить не получится.

Думается, стоит все же иногда давать интервью не только иностранным, но и украинским СМИ. Чтобы не было разночтений и ошибок перевода.