Демонтаж неизбежен? Эксперты обследуют изувеченный ЖК в Аркадии, а сотни жильцов ждут приговора  

12 сентября российская ракета ударила по 25-этажному жилому комплексу на улице Валерия Самофалова (бывшая Каманина) в Одессе. В здании полностью разрушило как минимум два этажа, а под завалами погибли два человека. Еще 26 в тот день получили ранения, среди них пятимесячный ребенок.

Спустя чуть больше недели после удара пострадавшая секция остается закрытой для жильцов: в ней отключены коммуникации. Пока люди ищут временное жилье, к обследованию высотки приступили инженеры и геодезисты Одесской государственной академии строительства и архитектуры. Они должны определить, насколько стабильны поврежденные конструкции и что с ними происходит после удара.

«Думская» выясняла, насколько безопасно в ЖК и смогут ли жители вернуться в свои квартиры.

ДНИ ПОСЛЕ УДАРА

Жизнь в огромном комплексе постепенно возвращается в привычное русло. В соседних секциях работают магазины и кафе, во дворе носятся дети. Но достаточно повернуть голову в сторону пострадавшей секции – и становится понятно, что здесь произошло. Чудовищным ударом верхние этажи смяло как картонку. На фасаде – следы разрушений, искореженные конструкции, торчащая арматура. В глаза бросается огромное количество окон, закрытых после удара взрывной волны листами OSB.

Для жильцов разрушение дома стало не только историей о выбитых окнах. Для многих это необходимость в один момент заново устраивать свою жизнь, не понимая, когда они смогут вернуться домой, и смогут ли вообще.

Яна живет в первой секции на 13-м этаже. Семья переехала в Одессу около семи месяцев назад, квартиру снимали. Сын ходит в школу неподалеку, поэтому сейчас уехать в другой район для них практически невозможно. Родственников в Одессе, у которых можно было бы остановиться, у семьи нет.

В квартире, по словам Яны, часть окон уцелела, но в секции отключили воду и электричество. Вскоре жильцов предупредили об опасности находиться в доме. Сначала семья перенесла вещи на парковку и надеялась, что ситуация разрешится за несколько дней. Но затем эвакуировали и сам паркинг. Пришлось снова собирать вещи и искать временную крышу над головой.

Сейчас семья снимает квартиру в этом же ЖК. Яна говорит, что это далеко не идеальный вариант и он также временный: многие квартиры предлагают только до лета, поэтому к поискам придется вернуться.

По ее словам, после удара жильцы в основном помогали друг другу сами. Кто-то предлагал переночевать, кто-то приносил воду и еду. Несколько дней людей кормил один из местных ресторанов. При этом Яна говорит, что не получила четкой информации о какой-то помощи например с арендой квартиры.

«Мне сейчас нужно продолжать жить, а не искать, кто мне компенсирует мое жилье, — говорит она. — Мне нужно просто понимать, что будет дальше, где мы будем жить. У меня ребенок, он ходит в школу, мне нужно работать. Я не могу постоянно переезжать с одного места на другое».

Отметим, в одесской мэрии «Думской» сообщили, что люди, у которых нет другого жилья, могут обратиться за финансовой помощью на аренду квартиры, а на момент разговора запросов от жильцов еще не поступало.

Сам комплекс частично вернулся к жизни. Судя по сообщениям в домовом чате, в правой части первой секции уже есть электричество и холодная вода до 19-го этажа. В отдельных квартирах коммуникации тоже могут подключить, но только в присутствии владельца или его представителя. Под поврежденной частью дома уже устанавливают временные опоры — они должны принять на себя часть нагрузки и передать ее на нижние этажи.

ТАМ, ГДЕ БЕТОН ВИСИТ НА АРМАТУРЕ

Внутри здания уже работают специалисты Одесской государственной академии строительства и архитектуры, которые пытаются понять главное: в каком состоянии находится поврежденная часть высотки и как она поведет себя дальше.

Первое, с чем столкнулись геодезисты, — недоступность.

«Мы не можем туда подобраться, чтобы установить деформационные марки и следить за конкретными точками, — объясняет геодезист Владислав Демченко. — Поэтому ведем мониторинг деформаций дистанционно при помощи тахеометра. Снимаем точки с поверхности в определенных местах и следим за их высотой — садится плита или не садится».

Следующий важный этап — установка инклинометра. Это точный датчик, который показывает, меняется ли наклон конструкции. Оборудование в прошлом году бесплатно передали академии итальянская компания Move Solutions и швейцарская Aman Engineering. Такие приборы уже используют для наблюдения за другими поврежденными зданиями, в том числе памятниками архитектуры Одессы.

Для установки датчика прийдется забираться на самый верх. Лифт в пострадавшей секции, по понятным причинам, не работает. Поднимаемся в соседней и уже оттуда переходим на крышу. Кровля пострадавшей части наклонена и проткнута посередине несущей колонной. По рубероиду раскидан утеплитель — керамзит. Над покосившейся конструкцией возвышается уцелевшая, но потрепанная металлическая рекламная конструкция с голубем.

«Эта плита больше ни на что не опирается, — говорит Демченко. — Она висит сама на себе, на этих связях арматуры, как на нитках. Если ты когда-нибудь ломал карбон, там примерно то же самое: клей и нитки. Вот бетон и арматура — это оно».

При этом, по его словам, речь не идет о том, что вся высотка может внезапно завалиться набок. Дом имеет монолитный железобетонный каркас, который работает принципиально иначе, чем старые панельные здания. Но это не делает поврежденные элементы безопасными.

«Я не думаю, что плита прямо сейчас может отвалиться, но она может каким-то образом обрушиться, сложиться, — говорит геодезист. — Она не упадет так, что здание ляжет на бок. Это железобетонный каркас, он так не работает. Но отдельная конструкция может обрушиться. Поэтому мы это и будем мониторить».

Теперь в работу вступает еще один инструмент — лазерный сканер, который позволяет превратить разрушенную часть дома в точную цифровую модель.

Геодезист раскладывает прибор и начинает оцифровывать окружающую действительность, которую принес в Одессу «русский мир» в виде ракеты. Прибор последовательно фиксирует геометрию поврежденной секции. В результате специалисты получат цифровую модель разрушений и смогут уже не только визуально оценивать повреждения, но и измерять их, сравнивать положение конструкций и отслеживать изменения во времени.

Почти сразу сама реальность напоминает, где мы находимся. Прямо во время работы звучит сирена. Через несколько минут воздух разрывает звук взрыва. Где-то за Пересыпью падает вражеский беспилотник, атаковавший город. Вдали поднимается черный дым.

Спускаемся ниже. С каждым этажом все лучше видно, какой силы был удар. Огромные железобетонные конструкции разорваны словно бумага. Из обожженного бетона торчит арматура. Перекрытия, рассчитанные на огромные нагрузки, местами буквально висят на остатках соединений.

Этажи словно повисли друг на друге. Трещины пересекают стены, разрезают колонны и перекрытия. Там, где раньше были квартиры и внешние стены, теперь зияют огромные проемы. Через них открывается совершенно сюрреалистичная картина — залитый солнцем пляж Аркадии, загорающие и плавающие в море люди. А в нескольких метрах от нас, на пыльном бетоне место, где вражеская ракета забрала жизни двух молодых людей.

Для обычного человека эпицентр взрыва выглядит как хаос из бетона, арматуры и обломков. Для геодезиста — набор конкретных точек, координат и деформаций, которые нужно зафиксировать до того, как специалисты начнут демонтаж.

Влад проходит этаж за этажом и фиксирует лазером не столько сами разрушения, сколько существующее состояние поврежденной секции. Для специалистов это принципиальная разница. Им нужно получить точную геометрию здания после удара, чтобы затем понимать, какие конструкции сместились, насколько и продолжается ли движение.

Первые дни наблюдений уже показали небольшие перемещения отдельных поврежденных элементов, но пока специалисты связывают их прежде всего с температурными изменениями. Зафиксировать резкое развитие деформаций мониторинг должен позволить практически сразу.

ЧТО БУДЕТ ДАЛЬШЕ

Как рассказал первый проректор ОГАСА Анатолий Ковров, пострадавшая часть однозначно будет демонтирована. Первые полноценные результаты наблюдений рассчитывают получить примерно через неделю. При этом находиться людям под зоной поражения специалисты академии пока запрещают. Слишком непредсказуемо может вести себя поврежденная конструкция.