Город, который не сдался: как Херсон девять месяцев российской оккупации пережил

ОТКРЫТОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ

Одни называли поступок главы Херсонской областной организации Комитета избирателей Украины безумным, другие героическим. Сам он не считает себя ни безумцем, ни героем. Просто делал свое дело, говорит Дементий. Факт, однако, остается фактом: один из лидеров украинского движения Херсона, яростный критик русни и пророссийских сограждан, человек, включенный в черные списки ФСБ («Я там числился русофобом и сионистом», — улыбается Белый) еще до полномасштабки, украинизатор и деколонизатор решил остаться в родном городе, захваченном в первые дни большой войны. И выжил, несмотря ни на что.

Дементий родился в 1969 году в Херсоне. Окончил местный педин, получив профессию учителя русского языка и литературы. Это не помешало ему впоследствии стать активным сторонником украинизации. По второму образованию — политолог. Работал в краеведческом центре, социологическом центре, архиве, преподавал в университете. Некоторое время при Ющенко даже был пресс-секретарем «оранжевого» губернатора. С 1997 года — руководитель облрганизации КИУ.

В феврале 2022 года Дементию Белому казалось, что российские войска не смогут дойти до Херсона. Он рассчитывал, что Вооруженные силы Украины остановят противника хотя бы по Днепру. Но уже в первых числах марта город оказался под контролем россиян.

Сразу после захвата Херсон остался без привычной системы управления. Полиция была вынуждена покинуть город или перешла на сторону врага, украинская мэрия функционировала, но рычагов влияния на обстановку у нее не было. На фоне неопределенности и угрозы мародерства жители начали самостоятельно организовывать дежурства. Предприниматели раздавали продукты пожилым людям, горожане помогали друг другу одеждой и всем необходимым.

Это была стихийная самоорганизация, которая во многом заменила привычные бюрократические механизмы, рассказывает наш собеседник.

Очень скоро стало понятно, что херсонцы не собираются просто наблюдать за происходящим. Один из первых массовых протестов возник почти случайно. Россияне привезли в город свою гуманитарную помощь и предложили жителям выйти на площадь, чтобы получить пайку. Но вместо благодарной толпы увидели людей с украинскими флагами, которые пришли выразить свое отношение к оккупации.

^{Фото Дементия Белого}

Дементия поразило количество участников:

«Там было просто море людей. Это был огромный сюрприз», — вспоминает он.

Люди выходили на улицы, несмотря на присутствие российских военных. Для города это стало важным моментом: Херсон продемонстрировал, что его захват не означает согласия жителей с новой властью.

^{Фото Дементия Белого}

ПОЧЕМУ ОН ОСТАЛСЯ

У Дементия Белого были причины уехать. Он понимал, что общественным деятелям с проукраинскими взглядами находиться здесь не просто опасно, а смертельно опасно. Однако решил остаться.

Сначала он, как и многие, надеялся, что оккупация будет недолгой. Кроме того, были семейные обстоятельства. Но постепенно решение обрело и другой смысл.

«Я решил не уезжать из Херсона не только из-за определенных семейных обстоятельств, а чтобы не отдавать Херсон оккупантам. Конечно, я не собирался открыто противостоять вооруженным людям. Приходилось соблюдать осторожность, менять места жительства, телефоны, ограничивать круг общения и избегать скоплений российских военных», — объясняет общественник.

Белый не называет свою деятельность партизанской. Речь шла о другом: сохранить контакты с украинской стороной, помогать тем, кто оказался в сложном положении, собирать информацию о происходящем и продолжать общественную работу настолько, насколько позволяли обстоятельства.

ДВЕ ЖИЗНИ ОДНОГО ГОРОДА

Со временем в Херсоне сложилась своеобразная система параллельного существования. С одной стороны — российская оккупационная администрация, военные патрули, блокпосты, требования подчиняться новым порядкам. С другой — привычная городская жизнь, которую оккупанты так и не смогли полностью поставить под контроль.

Активисты поддерживали связь друг с другом через закрытые чаты, обменивались информацией о происходящем, предупреждали об опасности. Белый помогал собирать сведения о людях, которые нуждались в помощи, и налаживать контакты с благотворительными организациями на подконтрольной Украине территории.

Он также готовил аналитические обзоры о ситуации в городе и области, передавал информацию украинским коллегам, давал комментарии средствам массовой информации, в том числе «Думской».

В этой системе было немало бытовых, на первый взгляд, деталей, которые на самом деле имели большое значение. Например, гривна.

Когда россияне начали насыщать оккупированные территории рублями, украинские деньги никуда не исчезли. Люди продолжали пользоваться гривной, а предприниматели не спешили переходить на российскую валюту. Более того, рубли нередко сразу меняли на гривны.

Российские провокаторы пытались заставить торговцев принимать рубли, снимали их на видео и требовали публичных извинений. Но даже такие эпизоды становились своеобразными показателями настроений в городе.

«Каждый такой момент, когда отказывались принимать российские рубли, показывал, что рубли стали очень дешевыми. Это было еще одним свидетельством того, что оккупанты контролируют территорию, но не способны заставить ее жителей принять российскую реальность», — рассказывает Белый.

СПИСКИ ФСБ

Вскоре российские спецслужбы приступили к выявлению людей, которых считали потенциально опасными для оккупационной власти. Белый узнал, что он и несколько других членов его организации попали в списки противников российского режима еще до полномасштабного вторжения. Ему рекомендовали максимально избегать фильтрационных мероприятий.

Российские патрули могли появляться в разных районах города, проверять людей и автомобили. Поначалу оккупанты пытались контролировать Херсон преимущественно военным присутствием, но постепенно к этому добавлялся все более жесткий террор. Дементий Белый вспоминает «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына. Читая о методах советских спецслужб, он замечал знакомые механизмы в действиях российских силовиков.

Впрочем, по его мнению, у оккупантов не хватало ресурсов, чтобы полностью контролировать Херсон. Город был захвачен военным путем, но оставался внутренне непокоренным.

КОГДА УКРАИНА ИСЧЕЗЛА ИЗ ЭФИРА

Одним из важнейших условий выживания в оккупации для Белого был доступ к интернету. В месте, где он жил, работал кабельный интернет. Это позволяло читать украинские новости, поддерживать связь с коллегами, готовить аналитические обзоры и передавать информацию на подконтрольную Украине территорию.

Белый признается, что работа интернет-провайдера в тех условиях была огромной поддержкой, несмотря на последующие обвинения в адрес его руководства из-за сотрудничества с российской стороной. Но в какой-то момент интернет и мобильная связь перестали работать.

Для человека, который привык постоянно получать информацию и поддерживать контакты с внешним миром, это стало тяжелым испытанием. Город словно оказался отрезан от остальной страны.

В конце сентября 2022 года Белый начал искать украинский радиосигнал. Он специально ходил по городу, надеясь поймать трансляцию украинских радиостанций.

И это ему удалось. Общественник зацепил сигнал телемарафона. Там выступал начальник отдела образования Белоцерковского района Киевщины, который рассказывал по-украински о подготовке к новому учебному году.

Казалось бы, совершенно обыденный сюжет. Кто-то говорил о школьных делах, учебном процессе, подготовке к занятиям. Но для Дементия, который месяцами находился в оккупации и был практически лишен доступа к украинскому информационному пространству, это оказалось чрезвычайно сильным переживанием.

«Я плакал, реально. Я слушал, плакал, потому что украинский язык по радио был очень важен. Мне было важно даже не содержание передачи. Важно было услышать, что Украина существует, продолжает жить своей обычной жизнью и не исчезла за линией фронта», — вспоминает наш герой.

HIMARS И НАДЕЖДА НА ОСВОБОЖДЕНИЕ

Первые месяцы оккупации были временем неопределенности. Ранней весной Белый еще надеялся на быстрое освобождение города, но к концу мая стало понятно, что ситуация намного сложнее, чем казалось в первые недели.

Это был один из самых тяжелых периодов. Стало ясно, что никакие обещанные «две-три недели» не решат проблему, а российская оккупация может затянуться надолго.

Надежду вернули HIMARS.

Появление этих американских реактивных систем залпового огня и удары по российским военным объектам Белый воспринял как признак того, что ситуация постепенно меняется к лучшему. Он знал, что украинская сторона располагает информацией о расположении российских сил, и видел, что удары достигают целей.

Это укрепляло уверенность в том, что освобождение возможно.

Сначала он рассчитывал на октябрь, но радость случилась чуть позже. 11 ноября 2022 года российские войска оставили правобережную часть области, а в город вошли украинские подразделения.

Девять месяцев оккупации закончились.

ХЕРСОН ПОСЛЕ ОККУПАЦИИ

Освобождение не означало, что испытания для города закончились. Российские войска отошли на левый берег Днепра, но продолжили обстреливать Херсон. Сегодня город остается под постоянной угрозой российских атак.

Сам Дементий Белый не уехал и после деоккупации. Он продолжил общественную деятельность, в частности стал одним из инициаторов процесса деколонизации городского пространства. В результате этой работы в Херсонской громаде переименовали около 90 улиц, проспектов и площадей. Российские и советские названия заменили украинскими. По итогам кампании был издан справочник новых геонимов «Звільнена карта», одним из составителей которого стал Белый.

Это уже другая форма борьбы за город — с наследием имперской политики, которое десятилетиями сохранялось в названиях улиц и площадей.

Четыре года назад Херсон вернулся под контроль Украины. Но его освобождение началось гораздо раньше — в тот момент, когда жители отказались признать оккупацию нормой, продолжали пользоваться гривной, выходили на площади, помогали соседям и искали в эфире украинский голос.

Украина обязательно победит!

Автор — Никита Горемыка