Из офисной бумаги и банкнот: киевская художница вырастила в Одессе светящиеся чудо-деревья  

До 31 марта в галерее Invogue (Екатерининская, 25) работает выставка киевлянки Анны Надуды «Прорастание/ Sprouting». «Думская» побывала на вернисаже и с огромным удовольствием пообщалась с автором, милой молодой женщиной, готовящейся стать матерью. Собственно, только потому, что «в пустыню с новорожденными дитенками не ездят», Анна в этом году не попадает на фестиваль Burning Man, по грантовой программе которого создавала серию светящихся скульптур. Некоторые из них демонстрируются на выставке в затемненном зале.

По мысли автора, светонакопительное покрытие позволяет этим фантастическим скульптурам поглощать за день солнечные лучи, а по ночам – фосфоресцировать на удивление прохожим. Анне уже удалось несколько таких объектов установить в Киеве, в частности в Голосеевском лесу. Это часть проекта «Glowy Plants / Светоровты», получивший грант организации Burning Man Global Art Grants.

«Люди обычно тянутся к свету, а я ищу темные места, чтобы установить там светящиеся скульптуры, — говорит Анна. — Где-нибудь на Троещине такие объекты могли бы указывать дорогу домой тем, кто возвращается поздним вечером. Была мысль разместить их по всему Киеву, и вначале в горсовете это встретили с энтузиазмом, но это же ад – ходишь по кабинетам, плодятся бумажки, а дело не трогается с места… В Одессе тоже очень хотелось бы развесить на стенах домов мои объекты, но… мне нужны «подельники», как и в ряде других проектов, я люблю и умею коллаборационировать! Мне бы не хотелось, чтобы мои скульптуры попали в какие-то странные руки…».

Вот именно, а вандализм в городской среде, к сожалению, еще никто не отменял. У Анны академическое образование, она начинала свою художественную карьеру как график – с учебы на графическом отделении Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры. Увлеклась скульптурой, особенно в период работы в столичных аспирантских мастерских на Сошенко, 33. Хотя «в академии не особенно приветствуют инновационные подходы», к Анне отнеслись с большим пониманием ее творческих поисков. Для Гогольфеста художница сделала масштабную инсталляцию, работала в резиденциях в Украине, Франции, Швеции и Индии, участвовала в крупных групповых проектах в «Мистецькому Арсеналi», Институте проблем современного искусства, фонде «Изоляция», Щербенко Арт Центре и других институциях и галереях. Одна настенная скульптура, рассказывает художница, провисела пару лет на стене французской арт-резиденции на уровне шестого этажа, а когда ее стали снимать, оказалось, что внутри обрела свой дом целая колония божьих коровок! Вот пример того, как произведение искусства может стать частью природы и того, как толерантно жители Европы относятся к современному искусству, в данном случае – к паблик-арту.

Работы, которые Анна представляет в одесской галерее, являются определяющими для ее деятельности за последние семь лет. Она движется к своему идеалу – произведение должно контактировать со зрителем, вступать с ним в диалог.

Выходим из темного зала на свет и обнаруживаем очень элегантные объекты – словно застывшие в инее ветви (в основе и вправду ветки, их Анна никогда не ломает, подбирает уже засохшие), плетеные из проволоки человеческие силуэты, живописные панно с вкраплениями бумажных обрезков. Выставка объединяет выбранные объекты из следующих циклов: «Новая Бионика», «Accumulations / Накопления», Sprouting, а также видео и графические листы, относящиеся к проектам.

«Хороший матерьяльчик» Анна обрела в офисном и банковском мусоре. Чистые мешки, полные обрезков офисных документов и измельченных денежных банкнот (их пустили под нож в Нацбанке и снесли на помойку), оказались настоящим кладезем. Тема ресайклинга, то есть вторичного использования, Анне близка. Выстраивая некоторые объекты в виде сталактитов и сталагмитов, тянущихся друг к другу, она обозначает процесс слияния в одно целое офисных бумажек и денежных средств, ведь именно в офисах «делают деньги». А на «древесных» скульптурах» нет-нет, да и оставляет не закрытую до конца клеевыми основами (очень любит популярный «ПВА») веточку. Еще любит колдовать с эпоксидными формами, прозрачными, сверкающими благодаря подсветке, и радуется, когда удается поиграть с тенями и отражением своей работы.

«Как ветка тянется к другой ветке, образовывая оптимальную форму кроны дерева, так и мое искусство, не имея иерархической устремленности, развивается по принципам внутренней логики, — комментирует проект художница. – Когда-то бумага была деревом. Может, канадским, а может, закарпатским, и это дерево вообще не представляло, что с ним, блин, сделают! Я думаю об этом, забирая из офисов мешки этой биомассы, впитавшей в себя всю нашу цивилизацию, достижения современной химии, технологии. Я такой вот садовник, а бумажные деньги для меня – всего лишь один из материалов».

Анна рассказала о некоторых своих фигуративных работах. Голубое плюшевое сердце, к примеру, в которое одновременно могут заглянуть несколько зрителей, она постаралась сделать приятным на ощупь, чтобы к нему захотелось прикасаться. Когда оно было установлено на несколько месяцев в Национальном музее истории Украины, обнаружилось, что люди почему-то решили бросать туда деньги.

А вот проволочные пустотные фигуры, как и корона, в которой она щеголяла на вернисаже («Очень полезная для осанки вещь!»), сплести не так уж легко. Проволока ранит руки. В одном из проектов под названием «Зрители» Анна усадила этих проволочных пустоголовых персонажей на дешевые пластиковые стулья перед телеэкраном, тем самым намекнув, что они становятся ретрансляторами передач. Хотя не обязательно сидеть в башне из слоновой кости: искусство сегодня нужно народу, еще и как. Установленное в Днепре перед детским центром Конфетное дерево – CandyTree — стало любимым объектом для фотосессий молодоженов. Ни разу не удивительно – красиво же!

Как и проект «Кристаллизация пространства», играющий с кристаллической структурой, напоминающей Анне структуру растущего листа…

Остается пожелать Анне Надуде, чтобы с таким трудом выращенные ею в городской среде сады не ломали вандалы, а непогода, утверждает художница, пару лет ее произведениям точно будет не страшна.

Автор — Ирэн Адлер, фото Льва Райзмана