Как Одесса Новый год и Рождество в экстремальных условиях встречала: праздники в голод, при сухом законе и с чумой

ГОЛОДНЫЕ

Как вы поняли из вышесказанного, далеко не всегда одесситы встречали рождественские праздники даже в относительном достатке. В их истории было немало откровенно голодных эпизодов, когда люди обходились весьма скудным набором блюд, а то и одной пайкой хлеба.

Первая мировая. Перебои с поставками продовольствия начались уже в 1915 году, 1918-й город встречал уже в полнейшей нищете. Усилиями сменяющих друг друга властей совсем катастрофы удалось избежать, пока не наступил роковой 1921-й. Одесса уже совсем советская.

В первых числах января газета «Известия Одесского совета» истерично сообщает:

«Голод у порога Одессы. До сих пор мы говорили о приближении катастрофы. Теперь она — налицо. Имеются уже все ее признаки. Учащаются случаи голодной смерти, цинга, страшное вымирание рабочего скота и т.д.».

Но и тогда город, в отличие от сел, удержался на грани. Массового мора не случилось. Хотя, конечно, праздничный стол одесситов (несмотря на атеизм большевиков, Рождество сохраняло свой статус как «день отдыха» до 1929 года) был весьма беден.

Следующий продовольственный кризис связан с Голодомором 1932-1933 годов. Несмотря на то, что затронул он прежде всего сельскую местность: города снабжались централизованно, — на обстановке в Одессе ситуация сказалась более чем.

Умиравшие в провинции люди массово ринулись в областной центр. Им пытались противодействовать. Сотрудники НКВД (милиционеры и пограничники) убивали при попытке просто попасть на манящие светом и запахом еды (в представлении голодающих) улицы, где все еще работали хлебные магазины… О какой бы то ни было гуманитарной политике и речи не шло. Советская власть делала исключение только для детей — в них не стреляли, а старались подобрать и организованно поместить в соответствующие учреждения. Но удавалось с трудом. Иногда и вовсе не получалось.

Одесский историк, участник Второй мировой Яков Савченко вспоминал, что в совсем малолетнем возрасте вместе с сестрой ушел из погибающего села нынешней Кировоградской области, где к тому времени от голода вымерло до половины жителей, преимущественно дети. Дело дошло до каннибализма. Совсем маленький Яков и его сестра долго мыкались по стране, несколько раз их задерживала милиция, но им удавалось сбежать. В итоге будущий фронтовик и кандидат исторических наук все же оказался в одесском Первом показательном детском городке имени Коминтерна (сейчас на этой территории основные корпуса Юракадемии), где пережил много чего. Его храбрая сестричка, увы, сгинула. О ее судьбе ничего не известно.

Утром нового 1933 года на улицах Одессы нашли 75 тел, в том числе 12 детских…

И ведь плохо было не только селянам и их детям. Вот, скажем, докладная записка на имя председателя одесского облисполкома Пахомова по поводу настроений в среде милиционеров. В ней приводятся высказывания рядовых сотрудников: «На самом деле, люди умирают с голоду, только и ждут, как бы началась война, чтобы скорее сменить эту власть», «Во всем виноват ЦК партии. Партия — враг рабочих и крестьян, она хочет их задавить»….

«СУХИЕ»

Первая мировая война ворвалась в дома одесситов еще и «сухим законом»: уже 19 июля 1914 года царь запретил торговлю алкоголем — сначала на время мобилизации, а потом и вообще, до конца войны. Тем не менее до поры до времени напитки с градусом разрешали подавать в ресторанах. Существовали и точки, где можно было отовариться — легально или нелегально. И все же первый военный Новый год одесситы встретили, можно сказать, трезво.

Трезвость как оружие. Карикатура времен Первой мировой

«Ваш корреспондент обошел с десяток питейных заведений и не нашел в них ничего, кроме кваса. Лица одесситов унылы. Рождество превращается в какой-то скучный спектакль без изюминки», — возмущаются «Маленькие одесские новости».

«И все же что-то в этом есть. На улицах не увидишь праздношатающейся пьяной публики, нет драк, никто не горланит песен. Пожалуй, это самое спокойное Рождество в истории», — возражает коллегам «Одесский листок».

Видимо, у репортеров и редакторов изданий были разные взгляды на алкоголь.

Проблемы с выпивкой возникли у одесситов и при встрече нового XX века. Сильнейшие снегопады в двадцатых числах декабря 1900 года фактически отрезали город от внешнего мира. Из-за снежных заносов остановилось движение поездов, замерзло море, подскочили цены на продукты, керосин и свечи. В Одессу так и не попал груз шампанского! В итоге новый век наши прадеды приветствовали без шипучего напитка, наполняя бокалы обычной водкой…

ЧУМНЫЕ

Разного рода эпидемии преследовали Одессу постоянно. Все мы помним «ковидный» 2020-й. Во время Первой мировой и революции население косили холера и тиф. До того большой проблемой были заболевания, передающиеся половым путем, в частности сифилис.

Но самым страшным Новым годом в этом плане был, пожалуй, 1813-й, когда в городе бушевала чума. Генерал-губернатор и градоначальник Ришелье ввел строжайший карантин еще 13 сентября, окружив Одессу кордонами и запретив выезд и въезд.

К середине ноября 1812 года в городе умерло 1720 человек. Несмотря на все меры профилактики и карантин, смерти продолжались. По Одессе страшными призраками разъезжали на телегах «мортусы» — в черной просмоленной одежде, черных масках с длинными клювами. Вооружены они были длинными крюками, которыми захватывали трупы. Мортусы свозили заболевших в бараки при больницах, а умерших хоронили в братских могилах, пересыпая тела слоями негашеной извести.

Из-за того, что эпидемию чумы победить никак не удавалось, 22 ноября 1812 года Ришелье пошел на беспрецедентный шаг, запретив жителям города выходить из домов! Снабжали одесситов централизованно – к каждому дому дважды в день подъезжала телега с водой и продуктами. Хлеб, крупы и даже письма тщательно окуривали серой, мясо погружали в холодную морскую воду, а деньги предварительно ополаскивали в уксусе. Одесситы избегали общаться друг с другом. Естественно, ни о каких гостях ни на Рождество, ни на Новый год речи не шло… К 31 декабря 1813 года население города потеряло от чумы каждого девятого жителя – умерло 4038 человек.

Элита, имеющая загородные дома, провела новогоднюю ночь за пределами зачумленного города: генерал-губернатор разрешил дворянству пересидеть эпидемию в окрестностях.

Лишь в 1813 году эпидемия чумы пошла на убыль – за первые месяцы года в Одессе умерло двадцать четыре человека и выздоровело пятьдесят девять.

Автор — Виктор Босняк