Казнить нельзя амнистировать:  послесловие к годовщине одесской трагедии (мнение редакции)

Вот и прошли траурные мероприятия, посвященные первой годовщине трагедии 2 мая в Одессе. Прошли, к счастью, без особых эксцессов. Активисты помитинговали под флагами и выпустили в небо шарики. Некоторые даже съездили на кладбища или поставили заупокойную свечку в церкви, но таких, увы, было немного. Журналисты из десятков стран мира разъехались по домам, предварительно отправив в свои редакции актуальный материал на тему «Одесса год спустя». Жизнь продолжается…

Продолжается и расследование обстоятельств трагедии, причем часть дел уже передана в суд. Изначально власти сообщали, что о подозрении объявлено 130 лицам. Через месяц их было уже 50. Сейчас, год спустя, количество подозреваемых уменьшилось до двадцати трех, из них под стражей остается одиннадцать. Еще несколько человек объявлены в розыск.

Следователи и прокуратура считают произошедшее в Одессе 2 мая «массовыми беспорядками». Собралось две толпы, одна напала на другую, и началось «насилие, уничтожение имущества, поджоги, уничтожение имущества, захват зданий, сопротивление милиции». По сугубо формальным признакам, все сходится. Статья 294 УК предусматривает одинаковое наказание для организаторов и активных участников массовых беспорядков — от 5 до 8 лет, а если столкновения привели к смерти людей — то от 8 до 15.

При таком подходе, если говорить строго юридически, привлекать по ст. 294 нужно всех, кто был в тот день в центре города и на Куликовом. Ну может быть, кроме милиционеров, бригад скорой помощи и журналистов, хотя с последними стоит еще подумать.

Но строгость законов у нас компенсируется необязательностью их исполнения. И сейчас, как мы видим, из тех сотен и тысяч под стражей находится всего 11 человек. Может, это организаторы? Нет, в организации обвиняют только одного, у остальных — участие. Чем они отличаются от всех остальных? От 120 других, которые были задержаны одновременно с ними? От тех, кто тоже под судом, но на подписке о невыезде? Из материалов дела понять это невозможно. Всем предъявлены одинаковые обвинения, написанные под копирку.

В судах творится форменный цирк. Приморский изо всех сил отбивается от этого дела, Малиновский уже второй раз возвращает обвинительный акт в прокуратуру на исправление недочетов. Вот уже пять месяцев суды не могут перейти к рассмотрению материалов. Судьи явно не горят желанием рассматривать это дело. Их можно понять: обвинительное заключение — это «31 том макулатуры», о котором Группа 2 мая говорила еще в январе. Сейчас оно разрослось до 35 — жаль, без толку.

О качестве обвинения красноречиво говорит тот факт, что главного подозреваемого в организации беспорядков за несколько месяцев следствия допросили всего два раза. Естественно, ни о каком выяснении степени личного участия каждого, поиске подстрекателей, источников финансирования, истинных целей — то есть, обо всем том, что ждет от следствия общество, речь вообще не идет.

Вынести безупречный обвинительный приговор на основании этих материалов невозможно. По закону, суд в такой ситуации обязан начать собственное расследование — провести десятки и сотни допросов, десятки экспертиз, очные ставки и все остальные следственные действия непосредственно в судебном заседании. Во время досудебного следствия этим занималась следственно-оперативная группа, в которую входило 140 (сто сорок) следователей. Если все это делать в суде — разбирательство затянется на долгие годы.

Есть еще одна сторона медали. Прокуратура считает, что в Одессе происходили массовые беспорядки. Значит, по букве закона, их участниками являются представители как одной, так и другой стороны. Да, сейчас под судом находятся только пророссийские активисты, но чисто юридически имеются все основания привлекать к уголовной ответственности и проукраинских. И если это не происходит сейчас, то нет никакой гарантии, что это не произойдет в будущем.

Конечно, следствие могло изначально пойти по другому пути. Например, Службе безопасности Украины следовало бы установить, не были ли события 2 мая попыткой очередного «провозглашения ОНР». В таком случае действия людей под российскими флагами предварительно квалифицировались бы по статьям 110 и 294 УК (посягательство на территориальную целостность Украины, сопровождаемое массовыми беспорядками), и это была бы совершенно другая юридическая ситуация. Но насколько нам известно, даже попытки расследовать события в таком ключе не было. Прокуратура считает, что имели место «просто» массовые беспорядки — а значит, де-юре виноваты все участники. Но всех-то и не судят!

Давайте посмотрим на ситуацию 2 мая 2014 года глазами участника марша «За единство Украины». 27 апреля пророссийские активисты в Харькове напали на совместный марш болельщиков «Металлиста» и «Днепра», 8 человек были госпитализированы. 29 апреля люди с российскими флагами и георгиевскими лентами взяли штурмом Луганскую облгосадминистрацию и областную прокуратуру. 2 мая в Одессе на болельщиков, которые собрались на Соборной площади, со стороны улицы Греческой напали люди с российскими флагами, георгиевскими лентами, некоторые — в военной форме «зеленых человечков», которые захватывали правительственные объекты и воинские части в Крыму.

Были ли у проукраинских активистов основания предполагать, что происходит попытка повторить луганские события? Очевидно, все основания так думать у них были. В таком случае их действия должны квалифицироваться как защита интересов государства (ст. 36 УК - «необходимая оборона»). Если же у активистов «Одесской дружины» таких намерений не было, то оценивать деяния их противников можно по 37-й статье УК («мнимая оборона»), что тоже исключает уголовную ответственность.

Но это все теория. Пока есть 22 подсудимых и множество вопросов. Почему под судом оказались именно они, где остальные? Этот вопрос будет звучать многие годы, на каждом судебном заседании. Более того, с таким качеством досудебного расследования большинство подсудимых, вполне вероятно, оправдают. Но даже если их осудят и дадут каждому по пятнадцать лет — можно ли считать, что правосудие свершилось и все виновные наказаны?

Мы видим только один конструктивный выход — объявить амнистию для рядовых участников событий 2 мая с обеих сторон, которых не подозревают в организации беспорядков и совершении других преступлений.

В результате на свободу могут выйти до 10 человек — в дополнение к тем 119 задержанным, которые уже год находятся на свободе и никакой угрозы для страны, по мнению следствия, не представляют. Амнистия наглядно продемонстрирует, что Украина не боится эти десятерых людей и может позволить себе быть великодушной.

После этого прокуратура и следствие должны направить свои усилия на поиск организаторов, инициаторов, спонсоров массовых беспорядков. Каждый рядовой участник событий 2 мая - это потенциальный свидетель. Сейчас участники (причем с обеих сторон) не горят желанием сотрудничать со следствием, потому что это может обернуться для них длительным тюремным сроком. В случае объявления амнистии проблема будет решена.

Также следствие должно заняться поиском людей, которые совершали в тот день другие тяжкие преступления. Например, по данным «Группы 2 мая» люди в центре города были убиты из четырех различных видов оружия. Сейчас подозреваются два человека. Кто убил остальных — на этот счет у следствия нет даже версий.

Безусловно, объявление такой амнистии — сложная задача с точки зрения юридической техники. По всей видимости, придется отделить ответственность организаторов и участников, установить применимость части 2 ст. 294 УК, учесть нормы действующего законодательства и решить множество других проблем.

Но это нужно делать и делать правильно. В противном случае нынешние, прости Господи, следствие и суд не дадут нам ничего — ни справедливости, ни правосудия, ни привлечения к ответственности истинных виновников.

Редакция «Думской»