Эффект Барбары Стрейзанд: экс-председатель одесского суда поднял волну вокруг своих миллионов

Более 6 миллионов странного происхождения обнаружило Нацагентство по предотвращению коррупции в декларации экс-председателя Приморского райсуда Одессы Сергея Кичмаренко.

Как передает корреспондент «Думской», ведомство провело полную проверку доходов и расходов судьи за 2024 год и нашло признаки преступления — декларирование недостоверной информации (ч. 1 ст. 366-2 УК Украины).

Кичмаренко обжаловал решение Одесского окружного административного суда: выводы агентства и итоговый документ — справку, в которой предполагаемые нарушения зафиксировали. В итоге суд признал документ НАЗК противоправным и обязал удалить его из общего доступа.

Неудивительно, что в данном случае сработал эффект Барбары Стрейзанд — социальный феномен, при котором попытка ограничить доступ к информации приводит к росту общественного интереса к ней. В связи с этим «Думская» проанализировала, что именно смутило проверяющих и какие могут быть последствия.

МАХНУЛИСЬ КВАРТИРАМИ И УСАДЬБА ПО ДЕШЕВКЕ

В марте прошлого года Кичмаренко подал ежегодную декларацию. В июне НАЗК начали процедуру полной проверки документа, которая длилась до декабря.

Агентство обнаружило ряд формальных неточностей (неверные регистрационные номера недвижимости, остатки на счетах, прочее) и существенные огрехи.

Например, просило пояснить, что побудило судью Кичмаренко и его жену, судью Малиновского райсуда Одессы Наталью Кузьменко, поменяться квартирами. Оказалось, в ноябре 2024 года пара заключила договор мены. Кузьменко передала Кичмаренко квартиру общей площадью 170,3 кв.м, стоимостью почти 10,8 млн гривен. Взамен судья передал ей квартиру общей площадью 168 кв.м, стоимостью почти 7,8 млн гривен.  

НАЗК посчитало, что таким образом у Кичмаренко появились лишние 3 млн гривен (если считать разницу в стоимости квартир), которые он не указал. Однако в суде это утверждение разбили в пух и прах. Кичмаренко заявил, что цену квартир указали исключительно в целях налогообложения, с чем админсуд согласился.

Отдельным пунктом претензий НАЗК к судье стала покупка новенькой Toyota Land Cruiser Prado 2024 года за почти 3 млн гривен. Агентство посчитало, что судья скрыл сделку, так как аванс в 98 тысяч гривен был внесен еще в ноябре 2024-го.

Однако суд встал на сторону декларанта. Выяснилось, что на тот момент машины физически не было в Украине, а платеж лишь подтверждал намерение покупки. Полный расчет (собственными и кредитными средствами) и регистрация права собственности произошли в феврале 2025 года, после чего владелец вовремя подал уведомление о существенных изменениях в имущественном состоянии. Суд признал претензии антикоррупционеров необоснованными, так как намерение не является финансовым обязательством, подлежащим декларированию.

Также под прицел НАЗК попала недвижимость судьи в селе Мариновка (недалеко от летней резиденции митрополита Одесского и Измаильского УПЦ Московского патриархата Агафангела, которая официально именуется «скит», хотя она совсем не похожа на аскетичное жилище монаха). Речь идет о жилом доме на Хаджибейском лимане площадью 290 кв. м и двух земельных участках общей площадью более 22 соток.

В декларации судья указал стоимость этих объектов в размере 328 тыс. гривен, в то время как, по данным антикоррупционного агентства, минимальная рыночная цена подобного имущества стартует от 5,7 млн гривен. К слову, этот дом с землей появился у судьи в декларации 2020 года.

Сам судья пояснил такую низкую цену просто: домовладение в 50 км от Одессы, не является курортной зоной, а представляет собой обычную сельскую местность.

«Данный объект мной был приобретен для ведения садоводства и хозяйства, что минимизировало расходы моей семьи на свое содержание», — указывал Кичмаренко в ответе агентству.

Также НАЗК мониторило образ жизни судьи и заявило о признаках приобретения им необоснованного актива на 6,09 млн грн. Иными словам, у судьи нашли имущество, происхождение которого не подтверждается его официальными доходами.

Суд зафиксировал, что НАЗК не предоставило доказательства, сославшись на тайну следствия. Иными словами, материалы и доказательства находятся в рамках уголовного производства и не могут быть раскрыты.

Таких утверждений суду оказалось недостаточно. Поскольку НАЗК не предоставило надлежащих и допустимых доказательств в подтверждение своих выводов, справку признали необоснованной и отменили.

«Решение Одесского окружного админсуда касается исключительно правомерности справки НАЗК как административного акта. Суд проверял не наличие или отсутствие преступления, а то, достаточно ли агентство обосновало свои выводы в рамках административного процесса, — поясняет правовед Анастасия Кузнецова. — Однако это решение не означает, что признаки необоснованного актива опровергнуты по существу. Если по результатам проверки следственные органы внесли сведения в ЕРДР по ч.1 ст. 366-2 УК Украины (декларирование недостоверной информации), расследование может продолжаться независимо от судьбы справки, поскольку это разные юридические процедуры. Даже признание справки неправомерной не аннулирует автоматически возможное уголовное производство, а внимание к этой истории лишь усилилось».

ДОБРОПОРЯДОЧНОСТЬ

Отметим, еще в 2020 году Общественный совет добропорядочности признал судью не соответствующим критериям этой самой добропорядочности и профессиональной этики.

В своих выводах они писали, что судья систематичесски затягивает дела пьяных водителей. Якобы он рассматривал их дольше трех месяцев, что позволяло закрывать производства в связи с истечением сроков давности. В документе упоминается, что только за 2015–2016 годы судья закрыл таким образом десятки дел.

Совет обратил внимание на случай, когда судья изменил меру пресечения подозреваемому с содержания под стражей на круглосуточный домашний арест. Выйдя из СИЗО, обвиняемый совершил новое преступление — разбой с использованием яда, в результате которого погиб человек.

У совета также были претензии к декларациям судьи. В частности, якобы Кичмаренко не указывал в декларациях за разные годы право пользования или собственности на квартиры, которыми пользовался он или члены его семьи.

Упоминались подозрения относительно стоимости и источников дозода на покупку машин.

Совет обнаружил факты нарушения процесса правосудия. В досье судьи указано, что с 18 по 29 ноября 2013 года он проходил обучение в Национальной школе судей. Однако в Едином реестре судебных решений зафиксированы решения, вынесенные им лично именно в этот период (например, 20 ноября 2013 года). Это ставит под сомнение законность таких решений, так как судья не может одновременно учиться и находиться в совещательной комнате.

В выводе упоминается, что действия судьи могли свидетельствовать о лояльности к определенным политическим группам или влиятельным лицам в Одессе, что подрывает независимость судебной власти.

По итогам проверки доброчестности Кичмеренко рекомендовали к увольнению или непрохождению квалификационного оценивания.

Отметим, Общественный совет доброчестности — консультативнй орган, который не может самостоятельно увольнять или назначать судей, а его выводы являются лишь информацией для Высшей квалификационной комиссии судей.

Вместе с тем определенный вес у этого органа есть. В частности, в контексте влияния на общественное мнение. В 2025-2026 годах совет финансируется правительствами Великобритании и Германии через международные проекты, что так или иначе заставляет прислушаться или присмотреться к его выводам.

НЕЗАВИСИМЫЙ?

Сергей Кичмаренко стал судьей Приморского райсуда Одессы в 2006 году, тогда же и был избран председателем. Ушел с поста главы суда в 2024-м. Известен довольно крутым нравом и независимостью. Говорят, что он частенько кричал на следователей и прокуроров.

В частности, именно из-за позиции Кичмаря, как его называют коллеги, сменило регистрацию Главное управление Нацполиции в Одесской области, которое сейчас «прописано» на Филатова, в Киевском районе города.

Впрочем, независимость Кичмаренко, по всей видимости, довольно выборочная. Например, именно он затянул до невозможности и фактически развалил «дело 19 февраля» об избиении журналистов и общественников под областной госадминистрацией в кульминационный момент Революции Достоинства. И таких дел, мягко говоря, спорных — за ним не мало. Хотя, наверное, каждое можно объяснить специфическими взглядами, консервативностью и прочим.

«Очень неоднозначный судья, но точно сильная личность. «Думскую» то любил, то не любил, в сердцах разное высказывал по нашему поводу. Обещал засунуть нас в СИЗО при первой же возможности. И тем не менее, независимый. Его отстраняли за нежелание выполнять хотелки органов. Он просто такой», — комментирует юридический обозреватель Александр Иванов.