Кисточкой и маслом против путина: как в Одессе учатся рисовать и прячутся во время воздушных тревог

Маленькие мастерские в полуподвале в самом центре Одессы. Когда-то их раздавали от Союза художников, сейчас все держится на честном слове и по старой памяти.

Именно тут побывала корреспондент «Думской», чтобы убедиться, что даже во время войны творческая жизнь в городе продолжается, несмотря на воздушные тревоги.

Здесь находится мастерская сразу двух одесских художников Игоря Божко и его сына Сергея. Оба - известные авторы, у каждого есть свои поклонники и поклонницы.

Игорь пережил Вторую мировую войну ребенком и хорошо ее помнит. Закончил нашу Грековку еще в середине 1960-х, и уже тогда писал нонконформистские работы и активно участвовал в неформальных движениях. Пишет стихи и талантливые картины, делает коллажи и инсталляции. Часть работ Игоря Божко находятся в его мастерской — они вдохновляют тех, кто приходит.

Сергей — его сын и ученик. После начала полномасштабного вторжения вернулся к творчеству к середине марта. «Прошел первый шок и понял, что не могу не рисовать — надо было высказаться хоть кисточкой по холсту», — смеется Сергей.

Одна из работ молодого художника «Зацвели вишни» — на полотне, действительно, цветут деревья, но в объектив видеокамеры беспилотника видно не только их, а разрушенный город — разбитые дома и уничтоженная техника врага с буквами z и v.

«Это была рефлексия на новости, на то, что происходило вокруг. Первое осознание — какого черта они сунулись к нам, на нашу землю и полезли все разрушать, красть и насиловать», — рассказывает Божко-младший.

А потом был один из прилетов в Одессу, и от ударной волны в картину «Соблюдайте спокойствие. Работает ПВО» попали кисти, пробили полотно и так там и остались.

«Я написал про этот случай на Фейсбуке и выложил фото. Сначала хотел вытащить и оставить работу с дырами — как символ войны. Мол, и картины получают ранения. Но потом решил, что пусть будет так, как случилось, — делится художник. — А потом эту картину и купили. Соцсети — лучший маркетолог, сейчас художникам не сильно сладко приходится, ведь нужнее покупать дроны и тепловизоры нашим защитникам, а не живопись и графику».

На полотне «Первые подхерсоновики» — трое российских нацистов в окопе с украденным холодильником и недоеденными арбузами. Эту картину Сергей закончил незадолго до начала контрнаступления на юге Украины. Автор сочетает мастерство живописца с тонкой иронией — это же он прививает и своим ученикам.

«Вообще-то школа-студия «Штрих» у нас работает еще с 2008 года, — рассказывает Божко-младший. — Мы одни из первых стали принимать учеников. Учим как академической живописи, так и свободному творчеству. Нет никаких догм, есть желание созидать и воплощать прекрасное — приходи и учись. Я вообще против догм, хотя и академизм у нас выходит неплохо — после наших курсов все поступали в вузы и в Грековку, никаких несчастных случаев не было. Все довольны и занимаются творчеством».

Студия возобновила свою работу тоже к середине марта — два раза в неделю, по вечерам девочки и мальчики, а также взрослые люди учатся рисунку и живописи. Сейчас нет фиксированной оплаты — положи в банку, сколько сможешь — ведь война.

«Ко мне пришла семья из оккупированного поселка под Донецком. Я говорю — я с вас денег не возьму. А они, ну тебе тоже на что-то жить и есть надо, говорят. Так и занимаемся. Я вообще думаю, что война нас многому научила — помогать друг другу и доверять. Это как минимум», — говорит художник.

В мастерской тихо играет музыка. Приходят ученики, рассаживаются на свои места, кто-то заканчивает ранние работы. Начинающие рисуют куб. Более продвинутые — гипсы и простенький натюрморт. Одна девушка заканчивает копию картины Александра Ройтбурда с большой оранжевой тыквой — она увидела эту работу в каталоге и решила повторить.

«На копировании учишься понимать многие вещи. Недаром все великие художники были талантливыми копировщиками», — говорит Сергей.

Тихую обстановку порой нарушает резкий сигнал воздушной тревоги, но и тут все продумано: во дворе находится бомбоубежище — старый глубокий подвал из ракушечника. Там прохладно и тихо, и все ученики вместе с мастером перемещаются в укрытие.

Одесса. Война. XXI век.

Автор — Алена Балаба