«Субъективно о загранице» — дежурная рубрика, в которой наши корреспонденты в силу своих способностей и разумения пытаются максимально объективно поведать читателю о далеких краях. На сей раз в объектив известного вам Алексея Кравцова, взявшего бессрочный отпуск, попала крохотная страна на другом конце света — Гонконг. О том, как выжить в муравейнике, что такое «самая либеральная экономика в мире» и что почем на берегах Южно-Китайского моря — читайте ниже.
Итак, Гонконг. До конца минувшего века — британская колония, а последние 15 лет - крохотная самоуправляющаяся территория в составе Китайской Народной. По большому счету, всамделишный город-государство. Провинциальные ожидания от одной из столиц мира оправдываются полностью: паршивая погода, толпы людей на улицах, небоскребы о 50-ти этажах контрастируют с бойкой уличной торговлей и специфическим фастфудом. XIX и XXI века тут исправно уживаются в едином культурном контексте, дополняя друг друга и положительно влияя на качество жизни. Воспетая классиками ситуация, что «там рай, а здесь ад« (смотри Нидерланды и Кубу), в Гонконге наконец обретает свое экзистенциальное объяснение. Оказывается, все дело не в качестве жизни, не в ВВП и не в разрезе глаз ментальности, на которую принято все спихивать. Третья вообще не при чем: все люди одинаковые. Ну а первые два фактора — лишь следствие. Первопричина — в работающих социальных институтах. Надо строить жизнь так, чтобы и в общественном транспорте было быстро и не тесно, и чтобы мусорник был пуст и не вонял, и чтобы по телеку не врали, и все такое. И чтобы автобус, который пришел на остановку по расписанию, не казался даром небес. Люди просто в этом живут, не подозревая, что может быть как-то иначе. Кстати, в большом Китае все не так - больше похоже на нашу Родину. Наверняка англичанка гадит
Но покончим с моралью: посмотреть на устройство гонконгского быта — намного интересней. Если вынести за скобки китайскую культуру и азиатский образ мысли (занятие, в общем-то, бессмысленное, но иначе местную ситуацию не описать), то городская жизнь на берегу Южно-Китайского моря определяется тремя факторами: высокая влажность, отсутствие места и огромное количество народу. Человеческий инженерный гений противопоставляет этим объективным проблемам такое свое изобретение, как небоскреб, который здесь не просто здание, а единица градостроения. Местная реальность попросту не позволяет аборигенам как-то иначе расходовать драгоценные квадратные метры, а потому в, казалось бы, обычное здание высокой этажности встраиваются и офисы, и ТРЦ, и жилые этажи, и парковки. Особо шикарные «тауэры» в центре города могут позволить себе отдельные входы в метро, внутренние сады и дворики, галереи и отели. Экзотический во всем другом мире бонсай тут смотрится вполне органично.
«Свечки» на периферии тихо культивируют на своих стенах мох и плесень, что здесь воспринимается как данность. При этом дома старше 25-ти лет считаются уже старыми, и обычно их сносят. Соответственно, иные здесь и стандарты, выдвигаемые к строительству. Учитывая почти тропический климат, бетонные стены — не толще нескольких сантиметров. Все коммуникации выведены наружу. Отсюда и «легендарная» скорость возведения новостроя.
Феноменальная плотность населения тоже не является особой проблемой. Людей, конечно же, на улицах много: одесситам в качестве сравнения подойдет Дерибасовская в худшие моменты Юморины. Но и тут хитрые гонконгцы умудряются как-то свести концы с концами. Во-первых, на идеальном немецком уровне налажена городская логистика. Автобусы и трамваи, маршрутки и такси, транспорт водный, транспорт подземный — все это сведено в единую систему общественного транспорта, разделено на зоны и цвета и умудряется прийти вовремя под дождем, в шторм и при невиданных для местных широт температурах +5. Центр города, конечно, может и простаивать в пробках, но автобусная полоса на дороге всегда будет пуста, а за стоп-линию у пешеходных переходов не умудряется выехать даже самый лихой индус-таксист.
Во-вторых, на невиданном нигде доселе уровне организована пешеходная навигация. Для наших краев это, действительно, выглядит излишеством. Система ушла далеко вперед за уровень обычных туристических указателей: стрелками и буквами обозначаются любые векторы движения, куда вас может занести толпа. То есть, если со станции метро есть пятнадцать выходов, то у каждого из них будет своя буква. Если вам надо дождаться автобуса, то на тротуаре для каждого маршрута, с указанием отдельного номера, будет нарисован специальный «паркинг» для пассажиров. Самих остановок, кстати, почти нигде нет: экономят место, да и расписание никто не отменял (висит на столбе). Все это, повторимся, на первый взгляд кажется излишеством, но на практике — это единственный способ не раздавить толпой отдельно взятого человека.
Наконец, людские потоки отделяют и друг от друга, и от автомобилей специальные надземные переходы, зачастую образующие отдельные сети. Из одного здания в другое вполне можно попасть, не опускаясь на грешную землю. В таких переходах, как ни странно, никто не умудряется поставить магазинчик «Все по 3», зато вполне могут быть эскалаторы, травелаторы, стрелки и немного рекламы.
Никаких особо футуристических деталей в местном мироздании не обнаружено. Весь фокус состоит лишь в удобстве и эффективности использования местных городских систем. Несмотря на толпы людей, на улицах чисто. И дело не в злом полицейском, а в том, что всегда и везде рядом с тобой будет урна вырвиглазно-оранжевого цвета, куда удобно выбросить то, что там ненужного у тебя в руках. Поездка в метро стоит фантастических денег, но пользоваться этим видом транспорта настолько удобно, что это перекрывает цену, эквивалентную одному USD за остановку. Оплата услуг происходит через специальный «октопус» («осьминог» с английского) — местную платежную систему, похожую на классическую международную. Помимо абсолютно всех муниципальных услуг, «октопус» бодро покрывает общение потребителя с частным бизнесом, отбирая хлеб у банковских карточек. Если кто помнит, во времена Боделана и у нас что-то подобное начинало внедрятся в общественном транспорте. Система авторства «Телекарт-Прибора» покрывала несколько троллейбусов и парковок в центре, но после выборов была быстро забыта как мешающая воровать политически несостоятельная. Собственно, единственное, что в Гонконге футуристического — так это понимание экономики будущего: город как система координат, сводящая к единому началу потребителя и продавца, должен создавать комфортные условия взаимодействия между ними, снимая пенки с потоков, а не отжимать последнее.
Конечно же, впечатлений от посещения столицы мира — море. И конечно же, они не только положительные. Но описывая все, выделить что-то конкретное не получится, так что просто не поленитесь пройтись по фотографиям. Там тоже будет что посмотреть и что себе подумать.
Автор — Алексей Кравцов