Будни климовского квартала: мытарства отселенцев, сохранившиеся халупы и оплот староверов в бывшей синагоге

В этом году исполняется четырнадцать лет так называемой реконструкции квартала между Пантелеймоновской и бывшей Куйбышева (ныне Старорезничной), прозванного в народе «климовским» — в честь застройщика. Большая часть его после череды скандалов, пожаров и личных трагедий была снесена, чтобы уступить место многоэтажным зданиям разной степени уродливости. Грязь и разнообразные маргиналы, однако, никуда не делись. Остались и некоторые халупы, а также нерешенные проблемы с отселением. Словом, своих обязательств перед городом застройщик не выполнил. И вряд ли когда-нибудь выполнит, учитывая то, что случилось с его бизнес-империей. Корреспонденты «Думской» побывали в многострадальном квартале, чтобы выяснить, как там обстоят дела сегодня.  

Собственно, благополучным это место не было никогда: соседство с огромным рынком не лучшим образом отражается на городских кварталах. Оно естественным образом порождает криминал, антисанитарию и обилие неприятных людей. Но в 1990-х к этим проблемам добавились новые: жилые дома, которые не ремонтировали с довоенных времен, начали разрушаться. Чем немедленно воспользовались ушлые коммерсанты, предложившие решить проблему кардинально: сносом с последующей квартальной застройкой.

ВЫЖИГАНИЕ

В 2004 году мэрия отдала квартал напротив Привоза компании нардепа Леонида Климова ЗАО «ФК »Черноморец», которая к тому времени уже отметилась «реконструкцией» знаменитого рынка. Фирму обязали отселить людей, снести старые дома и построить новые. Отселением занялось агентство недвижимости «Золотое руно», которое потом переименовали в «Хаджибей».

Этой работе мешали некоторые предприниматели, которые не хотели уходить с насиженных мест и игнорировали угрозы со стороны застройщика и его «партнеров» из разных банд. Не желали покидать свои квартиры и многие жители квартала. Они говорили, что дома их еще довольно крепкие и требуют лишь ремонта. Столкнувшись с таким возмутительным непониманием, застройщик принял самые радикальные меры: он начал буквально выжигать квартал. Дома здесь горели, как свечки, а люди, осознав, чем им грозит дальнейшее упорство, стали куда более покладистыми. Надо отметить, что все это не наши домыслы, а доказанные, в том числе в судах, факты.  

Увы, как это бывает, когда имеешь дело с бандитами, согласие на отселение тоже ничего не гарантировало. Известна история, когда получивших квартиры людей через месяц снова выселили, сменив замки. А вот, что произошло с военнослужащим Валерием Одноралом, который раньше проживал в доме №27 по Куйбышева вместе с бывшей супругой и тещей. Когда его соседей расселяли, о семье Однорала забыли. Мужчина решил выяснить, почему он остался в стороне от процесса и собираются ли ему предлагать жилплощадь взамен нынешней.

БОМЖ МИЛОСТЬЮ КЛИМОВА

«Когда я созвонился с человеком, который занимается расселением, тот мне сказал, что меня вообще нет в списках. Но самое интересное выяснилось, когда я зашел на сайт Приморского суда. Там я видел решение, согласно которому меня лишают права собственности», — рассказывает Валерий.

Вскоре его дом снесли. С тех пор он мыкается по съемным квартирам.

«Я написал заявление в полицию, где ответили, что не могут мне помочь и посоветовали обратиться в суд. Писал и Труханову, просил обратить внимание на незаконные действия застройщика, невыполнение им решения горсовета «О комплексной реконструкции квартала». Из управления капитального строительства пришел ответ, что вопрос моего отселения будет рассмотрен только после решения суда и вступления его в законную силу», — рассказывает наш собеседник.

В декабре 2014-го Приморский районный суд Одессы принял новое решение, восстановив Однорала в правах на уже снесенную квартиру. Оно вступило в силу в феврале 2015-го. Тогда Валерий снова обратился в мэрию с просьбой предоставить ему новое жилье взамен уничтоженного Климовым. Муниципалитет в свойственной ему шуточной манере перенаправил просителя в «Черноморец».

«Через некоторое время компания прислала мне письмо, в котором «дала согласие» на мое вселение в дом №107 по Малой Арнаутской. Дом, который был признан аварийным в 2011-м и расселен! С тех пор часть дома обвалилась. Естественно, я отказался от этой квартиры и попросил предоставить другой вариант. При этом я соглашался на любой район города, лишь бы жилье соответствовало санитарным и техническим нормам. Ответа не последовало», — возмущается военнослужащий.

Однорал не сдавался и подал в декабре 2015-го иск с просьбой обязать застройщика выполнить свои обязательства по отселению. Суд вынес решение год назад — он обязал «Черноморец» предоставить Валерию квартиру в Одессе, которая отвечает санитарным и техническим требованиям. Решение это вступило в силу, даже было открыто исполнительное производство, но катящийся к банкротству «Черноморец» исполнять его просто не хочет.

«Представитель застройщика в беседе дал понять, что исполнять решение они не намерены, а заплатят штраф, сума которого не так уж и существенна», — говорит Валерий.

Вот такая история, у которой, судя по всему, не будет счастливого конца.

ОТ СИНАГОГИ — К ЦЕРКВИ

107-й номер по Малой Арнаутской, в который предлагали вселиться Валерию, — один из трех домов климовского квартала, избежавших «реконструкции» (то есть сноса) по причине финансового краха «инвестора». Все они примыкают к старообрядческому храму Покрова Пресвятой Богородицы.

Адрес храма — Старорезничная, 26 (в дореволюционных справочниках — Резничная, 26). Он представляет особый интерес для любителя истории. Во-первых, здание это совершенно не похоже на православный храм, ни на старообрядческий, ни на никонианский. Дом как дом, очень «гражданский», если не присматриваться, то не сразу и поймешь, что это церковь. Внутри тоже не все, как мы привыкли: начать с того, что по бокам центрального зала, нефа, есть балконы, что для православия не очень характерно.

Ларчик открывается просто. Староверы — не первые хозяева этого здания. Как мы выяснили, оно было построено в 1911 году, и первоначально в нем размещался иудейский молитвенный дом Кеилас-Иаков №9. А балконы — это мехица, женская часть синагоги.

Сохранились имена служителей молитвенного дома по состоянию на 1914 год: ученый еврей (это официальная должность в Российской империи) Мордехай Бойм, староста Яков-Иосиф Гройсман, казначей Рувим Барский, служка Мойша Садовский, кантор Исраэль Германский.  

Когда здание перестало быть молитвенным домом, сказать трудно: может, после революции, а может, во время оккупации. Зато точно известно, когда его передали старообрядцам. Это произошло в 1942 году по распоряжению тогдашнего городского головы Германа Пынти. Справедливости ради надо заметить, что к тому времени у общины староверов молитвенного помещения не было совсем: советская власть не жаловала их куда больше, чем «обычных» православных. В 1934 году был взорван первый Покровский храм, располагавшийся на углу Преображенской и Малой Арнаутской. Девятикупольный красавец, выполненный в стиле «нарышкинского барокко», перестал существовать, а на его месте выросла нынешняя школа №118. При ее строительстве, кстати, использовали материалы, оставшиеся от храма…

Подчеркнем: эта история со взорванными церквями и занятой синагогой типична для Советского Союза, в состав которого тогда входила Украина. И осуждать за случившееся следует исключительно тоталитарный коммунистический режим. Ну и румынских оккупантов, конечно же. Что касается старообрядцев, то они здесь выступают в качестве жертвы.  

Последователи протопопа Аввакума — самые что ни на есть коренные жители Одессы, говорит сотрудник Одесского университета доктор исторических наук Александр Пригарин:  

«Мы находим их среди первых одесситов, что отражено в целом ряде исторических свидетельств и документов. Так, уже в 1794 году четыре старообрядческие семьи из слободы Знаменки, приехавшие на строительные работы в Гаджибей, подали прошение и были приписаны к только что основанному городу. На 1803 год старообрядцы уже имели свою каменную церковь (в то же время, в городе существовала синодальная православная деревянная и греческая каменная). Любопытно, что первый одесский старообрядческий храм располагался на месте будущего Преображенского собора, злосчастная судьба коего известна всякому одесситу».

Старообрядцы тоже пострадали от действий Климова. Здание нынешнего Покровского храма, несмотря на внешний лоск (оно покрашено и с новой крышей) находится не в лучшем техническом состоянии, которое только усугубило масштабное строительство по соседству.

«Черноморец» обещал частично профинансировать строительство новой церкви на углу Итальянского бульвара и Гимназической, но, естественно, ни гроша не дал. В итоге общине пришлось закреплять свои права на бывшую синагогу. Вроде как сносить ее пока не собираются. А между тем, они заслуживают на куда большее: в отличие от православных Московского патриархата, которым в городе вернули почти все, что отняла советская власть, и даже дали сверх того, старообрядцы могут только вспоминать об уничтоженных храмах.

Увы, пообщаться с представителями этой этноконфессиональной группы нам не удалось: община очень закрыта и не жалует прессу. К тому же, она невелика и разбросана по всему городу, поэтому службы в храме ведутся только по воскресеньям.

«ОНИ НАДЕЮТСЯ, ЧТО НАШИ ДОМА СГОРЯТ ИЛИ УПАДУТ»

Зато мы поговорили с соседями староверов. Одна из старейших жительниц климовского квартала Клавдия Ивановна живет здесь с 1970-х годов в двухэтажном доме, который примыкает к церкви. Здание, по ее словам, давно уже разрушается, образовались огромные трещины, но застройщик и мэрия явно забыли о том, что людей надо отселить.

«Несколько лет мы не платили квартплату, поскольку оно считается ветхим, но с этого года снова стали приходить счета (муниципалитет вернул СДПТ для «аварийщиков», — Ред.). Никто не собирается нас ремонтировать или отселять в другие места. Все, что они делают — приходят, ставят очередной «маяк» (тестовый кирпич, — Ред.), заверяют, что все будет хорошо, и уходят», — говорит пожилая женщина.

Бизнес-империя Климова, как известно, рухнула, по крайней мере формально (сам-то он чувствует себя неплохо, недавно даже в мэрию заходил, говорят). «Имэксбанк» находится в стадии ликвидации, у «Черноморца» отбирают активы. К кому обращаться, последние жители климовского квартала не знают.  

«Каждую весну и осень появляются новые списки на расселение, те, кто их пишет, просто тянут время. Они надеются, что наши дома сгорят или упадут — вот и вся забота о людях», — жалуется Клавдия Ивановна.

Реконструкция большей части квартала не привела к улучшению обстановки в нем. Да, выросли высотки и торговые центры, но спокойнее не стало. В квартале по-прежнему процветает наркоторговля (хотя где она сейчас не процветает?) и перепродажа краденого, слоняются темные личности и воняют кучи мусора. Видимо, причина все-таки была не в старом жилом фонде…   

Авторы — Андрей Колисниченко, Олег Константинов и Сергей Смоленцев, фото Андрея Колисниченко и Сергея Смоленцева