Кошмар Шмуклера: как все было на самом деле

Американский олигарх одесского происхождения Павел Шмуклер сидел в удобном кресле перед своей только что отстроенной мансардой на крыше дома Потоцкого и щурился на ласковое осеннее солнце.

В его правой руке покоился толстый стакан с двенадцатилетним «Чивасом», а в левой исходила пряным кожаным дымом ароматная «доминикана».

Шмуклер блаженствовал. Он глотнул из стакана и на выдохе ощутил благородное жжение дорогого напитка в горле. Подождав немного, набрал в рот дыма из сигары, вдохнул лишь небольшую порцию и затем длинно, с наслаждением, выпустил дым в синее осеннее небо. Да, жизнь определенно удалась и была хороша!

Внизу на бульваре что-то происходило. Раздавались возбужденные голоса. Подъехала и заглушила мотор машина. По звуку Шмуклер определил, что грузовая. Спустя несколько минут надсадно зажужжал какой-то электромоторчик, и возгласы толпы стали громче. Шмуклеру было интересно, что там происходит, но ему было лень вставать и выглядывать вниз за балюстраду крыши. Поэтому он продолжал сидеть и блаженно щуриться на солнце.

Разбудило его усилившееся жужжание механизма внизу и внезапная смена погоды. Небо затянули тучи, подул прохладный ветер с моря. Тут Шмуклер заметил, что снизу, из-за перил балюстрады, медленно поднимается что-то округлое и большое. Это округлое поднималось все выше и приобрело вдруг очертания головы Костусева. Голова была огромной. Вслед за головой из-за перил стали вырастать широченные, в полнеба, плечи мэра, его невероятных размеров туловище и ноги. Шмуклер открыл рот и в оцепенении наблюдал за растущим Костусевым. Наконец, когда ботинки мэра поравнялись с крышей, жужжание прекратилось, и фигура перестала расти.

Костусев стоял на платформе монтажной люльки и был огромен. Он нависал над Шмуклером серой глыбой и заслонял небо, отбрасывая невероятную тень во всю крышу. Длинные почему-то волосы мэра змееподобно развевались на ветру. В глазах великана искрились электрические разряды, и Шмуклеру даже показалось, что молнии временами проскакивают между зрачками монстра. Он был страшен и прекрасен одновременно, этот ужасный полубог-полумэр.

«Конец мне! Сейчас придется ответить за мансарду», — подумал Шмуклер, и съежился, как бы ожидая удара.

- Шмуклер! — раздался громоподобный голос мэра над ним.

- Аааа! — слабо простонал Шмуклер, прикрываясь от громовержца стаканом с виски.

-Ты когда свое пальто из химчистки заберешь? — прозвучал раскатистый вопрос сверху.

- Что? — изумился пораженный Шмуклер.

- Я говорю: когда пальто из химчистки заберешь? Два года у них висит, место занимает, — пророкотал мэр. — Забери. Все!

Вновь раздалось натужное жужжание моторчика где-то внизу и великан начал медленно опускаться. Пораженный Шмуклер молча следил за тем, как постепенно исчезал за перилами балюстрады испугавший его монстр, пока тот совсем не скрылся из виду.

Шмуклер очнулся от оцепенения. Теплый осенний вечер догорал над Одессой. Виски вылился из наклоненного стакана в его правой руке. В левой потухла, превратившись в палочку пепла, дорогая доминиканская сигара.
«Что это было? — подумал Шмуклер. — Наяву или привиделось?»

Он поставил пустой стакан на крышу рядом с креслом.

- Надо завязывать с вискарем, а то так и до «белочки» недалеко, — пробормотал он и выпустил потухшую сигару, разжав пальцы…

«А решение суда на мансарду сделаю завтра же, чтобы не мерещилась всякая ересь», — подумал американец, встал и проследовал вовнутрь.

…

На крыше флигеля отеля «Моцарт» кипела работа. Бригада деловитых парней устанавливала каркас для мансарды. Было заметно, что парни знают свое дело и понимают друг друга почти без слов. Лишь изредка нарушали они рабочий ритм возгласами «подай», «придержи», «крепи». Работа спорилась и, увлеченные ею, парни не услышали, как внизу, на площади под флигелем, подъехала и остановилась мощная машина, раздалось несколько по-военному четких команд и зажужжал надсадно какой-то электромоторчик.

Автор — Одномандатный