Что осталось от одесского морского музея: уникальные документы и кладбище сгнивших кораблей  

С самого своего рождения «Думская» пристально следит за ситуацией вокруг Морского музея Украины, сгоревшего 11 лет назад и до сих пор не восстановленного в прежнем виде.

Мы одни из первых писали о попытках народного депутата Леонида Климова исключить здание клуба вместе с 16-ю другими памятниками архитектуры из коммунальной и государственной собственности, чтобы «реконструировать» их, то есть снести и построить на Театральной высотки. Общественность во главе с тогдашним депутатом горсовета Алексеем Гончаренко организовала целую кампанию против этих планов, и памятник остался в коммунальной собственности. Наши корреспонденты побывали в законсервированном после второго пожара здании Английского клуба и показали одесситам его неприглядное состояние. Мы были последними посетителями экспозиции музея «Зарождение судоходства на Черном море» в здании морского вокзала. На следующий день музей попросили выехать ввиду масштабных ремонтных работ, затеянных новым руководством одесской таможни и Министерством инфраструктуры.

На этом редакция не остановилась. Мы сумели заглянуть в Красные пакгаузы Одесского порта, где хранятся поврежденные огнем и водой экспонаты музея.

Музей морского флота СССР был создан в 1962 по инициативе ветеранов Черноморского морского пароходства. Решением министерства транспорта Советского Союза со всех знаковых портов страны в Одессу передали исторические материалы, модели кораблей, навигационные приборы, архивные документы. Простые советские люди несли свои семейные реликвии: кто-то — книги, кто-то — награды, кто-то — тарелку с парохода, фотографии из альбомов.

Живопись, графика, оружие, скульптура, нумизматика, изображения всех без исключения судов, когда-либо ходивших в Черном море, уникальные фотографии и архивные документы — фонды музея насчитывали больше 100 тысяч единиц хранения. Самыми привлекательными для публики были, конечно же, модели и макеты судов, начиная от казацких чаек и заканчивая флагманами ЧМП. Некоторые модели кораблей «приплывали» прямо из павильонов московской ВДНХ. За некоторыми специалисты ездили на международные соревнования судомоделистов, покупая победителей. Со временем одесский музей стал хранилищем исторических ценностей мирового масштаба.

29 апреля 2005 года, в канун Пасхи, здание Английского клуба, в котором размещалась эта сокровищница, охватил пожар. Людмила Бондаренко, директор музея, до сих пор помнит этот трагический день и все его детали.

«Мы сдали музей под охрану, утром приехали на работу, а там уже работали пожарные. Как потом установило следствие, пожар вспыхнул в два часа ночи», — говорит она.

По словам хранительницы, основной урон артефактам, находившимся в цокольном этаже, нанес не сам пожар и даже не рухнувшая на экспозицию крыша — в первую очередь, потрудились пожарные, которые щедро поливали исторические ценности водой, хотя инструкция требует тушить возгорание на подобных объектах исключительно пеной.

«Когда огнеборцы наконец пустили нас внутрь, мы едва не плакали. Зал был засыпан обгоревшей штукатуркой, несколько колпаков было просто уничтожено, все было залито водой. В цокольном этаже с потолка шел просто ливень, заливая картины, научную библиотеку, печатные издания XVIII-XIX веков», — рассказывает Людмила.

Целый год сотрудники музея своими силами спасали исторические материалы, сушили архивные документы, раскладывая их каждым утром на небольшие пристройки по углам здания, проглаживали вымпелы и флаги принесенными из дома утюгами, ушными палочками как могли очищали модели кораблей от сажи и копоти.

И все это время здание музея стояло с разобранной крышей, подставляя экспозицию под удар сначала весенних гроз, а потом и зимних снегопадов. Музейщики пережили зиму, работая в здании без отопления, воды и небольшой период даже без электричества. Паковали, систематизировали музейные ценности и подсчитывали урон, буквально рыдая на пепелище.

В 2006-м плечо подставил порт. Приказом министра было создано структурное подразделение ОМТП «Музей морского флота Украины». Гавань получила юридическое основание платить погорельцам зарплату и, главное, создать на своей территории места хранения музейных артефактов. Первое время экспонаты лежали в бомбоубежищах на Ланжероновской, потом для каждой из групп хранения нашлось свое место.

Администрация и самое ценное имущество музея — документы, печатные материалы, фотографии, периодика и картины — переехали в помещение на Ланжероновском спуске. Группа спецхранения – ювелирный наградной фонд и нумизматика, более 2,5 кг золота, серебра и платины, инкрустированных драгоценными камнями, переехала в портовые хранилища, где есть нормальная охрана и сейфы.

Ну а все остальное сложили в построенные сто лет назад так называемые красные пакгаузы — неплохо выглядящие снаружи и совсем не пригодные для хранения музейных ценностей внутри. Здесь, на полках, ждут реставрации 150 моделей и макетов кораблей: от визитной карточки музея – трехметрового парусного фрегата, когда-то встречавшего посетителей в большом зале — до танкеров, сухогрузов и трудяг-буксиров.

В 2013 году появилась надежда на скорое восстановление музея. Тогдашний губернатор Эдуард Матвийчук пообещал потратить на ремонт здания и воссоздание музея от 15 до 20 миллионов гривен. К разработке проекта даже привлекли швейцарского дизайнера Хуго Шера, создателя Центра культуры вина «Шабо». Работы возобновились, но ненадолго.

Воодушевленная разговорами о возрождении музея администрация пригласила на склады известного судомоделиста, призера чемпионатов мира и Европы Игоря Акимова. Увы, его заключение оказалось сродни приговору: подавляющее большинство кораблей не подлежит восстановлению, починить можно единицы, и то - за большие деньги.

Модели пострадали от огня и воды, пролежали год под открытым небом, а потом почти десять лет хранились в никак не приспособленном для этого помещении. И сейчас привести это хозяйство в порядок будет стоить от полумиллиона до миллиона долларов. Дешевле создать новую коллекцию…

С 2007 года одесские судомоделисты, многие из которых начинали в реставрационной мастерской музея, восстановили за свои средства семь единиц маленького флота. Среди них - дореволюционный ледокол и первый одесский плавучий кран.

И тем не менее, несмотря на вынужденный переезд с морвокзала и тесноту, музей продолжает работать. Трудятся в нем всего четыре человека (до пожара штат составлял 48 сотрудников). Музейщики пишут научные труды, помогают работать с архивом историкам, в том числе иностранным.

Музей морского флота — это не только и не столько модели судов. Прежде всего — это уникальные исторические материалы об истории Города и страны. Здесь хранится оригинал морского устава Петра Первого — чуть ли не единственный на территории бывшей Российской империи!

Сейчас посетитель может увидеть лишь 5% от того, что показывали до пожара. И тем не менее, музейщики барахтаются. К 10 апреля они планируют открыть новый зал, посвященный участию Одессы во Второй мировой.

Бог им в помощь!

Автор — Александр Гиманов