Мой папа – квадробер: в Одессе показали спектакль о летающем отце семейства  

Премьера спектакля «Мой папа – птица» по мотивам одноименного произведения английского писателя Девида Алмонда состоялась в Театре юного зрителя имени Юрия Олеши.

Режиссер Елена Юзвак поставила спектакль очень изобретательно и профессионально, а все же зрелище производит двойственное впечатление.

Девид Алмонд пишет в стиле магического реализма, но волшебства как такового не происходит. Нам показывают семью отца и дочери. Мама, увы, умерла, от нее остались только добрые воспоминания и красивая фотография.  

Папа (в этой роли видим Алексея Кочетова) предпочитает сидеть дома, нежели общаться с окружающим миром. По крайней мере, в образе человека он не хочет себя проявлять. Работать не пробовал, но о хлебе насущном не думает.

Понимает ли папа, что преждевременная смерть жены возложила на него дополнительные обязательства по отношению к ребенку? Наверно, таки понимает, если сбегает от проблем в призрачный мир, где ему кажется, будто самодельные крылья будут держать его в воздухе. Сомнительно! Юная дочурка всячески папочке подыгрывает, уж и сама размахивает чем-то наподобие крыльев и клекочет, словно чайка… Звуки, издаваемые семейкой квадроберов, так реалистичны, что леденят душу.

Ситуация весьма причудлива. Странноватому папаше втемяшилось поучаствовать, да еще и вместе с доченькой Лиззи (ее играет Елизавета Горбенко), во всемирном конкурсе летунов, распорядитель которого (Иван Лавренко) как раз и выглядит, как человек на своем месте: эксцентричный и ироничный шут, трикстер, шпрехшталмейстер старинного цирка в одном лице. Выходит в зал, игриво показывает ногу в чулке из-за кулисы, заполняет анкеты участников: «Имя? Род занятий? Движущая сила?». Наши квадроберы выступят под фамилией Кар-кар, а движущей силой своего полета считают прежде всего веру! Немного смущают слишком пылкие объятия папы и дочки, совместный их бред о каком-то гнездышке с птенчиками. Друзья, это попахивает инцестом, как ни крути.

Отец семейства мастерит крылья из найденных в шкафу тряпок и подобранных на улице перьев. Юные зрители тоже могут попробовать сделать крылья по схеме, нарисованной в программке. Хорошо, что там же указано: «Не используйте перья настоящих птиц, которые вы найдете на улице – это может быть опасно». Не мешало бы еще дописать, что нельзя прыгать с высоты с этими крыльями, а кто знает, как дети могут истолковать все увиденное в спектакле…

Квадроберы часто ведут себя агрессивно, и наши Кар-кары не исключение, когда их пытаются отговорить от опасной затеи представители здравого смысла: тетушка Дорин (Ляна Карева) и директор школы (Марк Пан). Тетушка – довольно приземленная особа, от теста не оторвать, пытается хотя бы племянницу увести из этой Вороньей слободки, а директор неожиданно впадает в безумие и тоже записывается на участие в конкурсе, успевая обзавестись костюмом ракеты. К счастью, состязания происходят вне видимости зрителей, за ними наблюдает сбитая с толку тетушка.

Сценография и костюмы Елены Штепуры снова-таки намекают на эстетику цирка позапрошлого века, изысканная хореография Дианы Костыки более склоняется к двадцатым годам прошлого века. А почему бы театру не поискать актуальную драматургию о детях-квадроберах? Интересное и неоднозначное явление…

Автор — Ирэн Адлер, фото Олега Владимирского