Не путайте открытый пляж с безопасным: пока вы смотрите на шахеды, они убивают (колонка редакции)  

Нельзя.

Открытие пляжей означает лишь одно: на конкретном участке побережья выполнен минимальный набор условий, позволяющий допустить туда отдыхающих. Это не означает, что война закончилась. Не означает, что море перестало быть линией фронта. И уж точно не означает, что вас там кто-то может защитить.

Когда погибла девушка, одесские телеграм-каналы буквально в режиме онлайн публиковали маршрут полета шахедов. Было понятно, что идет атака. Неподалеку есть укрытие. Но многие люди остались на пляже.

Почему? Потому что кажется, что пронесет. Потому что хочется досмотреть салют из работы ПВО. Потому что «мы же на свежем воздухе».

Но здесь всплыла еще одна важная деталь.

Исполняющий обязанности мэра Одессы Игорь Коваль сообщил, что пляж, на котором погибла 26-летняя девушка, вообще не был официально открыт.

Это означает, что трагедия произошла не просто на пляже во время воздушной тревоги, а на территории, которая, по словам городских властей, не должна была принимать отдыхающих.

Возникает закономерный вопрос: если пляж был закрыт, почему он фактически работал? Почему значительную часть берега заняли шезлонги, работал бар, а люди воспринимали это место как обычную легальную зону отдыха?

Как такое стало возможным — тема отдельного разговора. Сейчас над этим материалом работает редакция «Думской». Но независимо от того, кто допустил работу этого пляжа, главный вывод остается неизменным: во время войны ответственность за собственную жизнь в первую очередь несет сам человек. Ни мэрия, ни спасатели, ни военные не смогут принять решение вместо вас. Если звучит тревога — нужно уходить. Если над городом работают силы ПВО — нужно искать укрытие, а не доставать телефон.

И это касается не только обстрелов.

Море возле Одессы по-прежнему остается зоной боевых действий. Да, часть пляжей открыли. Но в море все так же остаются мины, продолжается противоминная работа, есть угроза российских атак. Никто не даст гарантию, что очередной налет не начнется именно тогда, когда вы будете лежать на шезлонге или купаться.

Мы уже писали о трагедие в Сычавке, где в море на запрещенном пляже пропала маленькая девочка. Ее до сих пор не нашли. Тогда тоже казалось, что беда случается с кем угодно, только не со мной.

Но война не делает исключений.

Если вы идете к морю — вы сознательно принимаете риск. И он многократно возрастает во время воздушной тревоги.

Не нужно испытывать судьбу. И не думайте, что открытый пляж означает безопасный пляж.

Не означает.

Автор — редакция «Думской»