Новое об одесских эпидемиях чумы: «черная смерть» могла приходить из-под земли

В эти дни исполняется 200 лет самой страшной за всю историю Одессы эпидемии бубонной чумы (всего их было семь), результатом которой стала гибель 2,6 тысяч человек – девятой части тогдашнего населения города.

Последствия, кстати, могли быть куда более серьезными, если бы не градоначальник Арман де Ришелье, чьи эффективные действия позволили сохранить множество человеческих жизней. Дюк ввел беспрецедентный карантин на территории всей забугской части губернии, распорядился о борьбе с антисанитарией, закрыл все общественные и коммерческие места, запретил жителям покидать дома, организовал бесплатный развоз продуктов питания. Словом, сделал все возможное, чтобы остановить недуг. Современники отмечали необычайное мужество руководителя города, который, «словно ангел-хранитель, появлялся там, где появлялась зараза, и тем вселял в сердца людей надежду».

Подробнее о том, как Одесса боролась с «черной смертью» можно почитать в статье заведующего лабораторией экологии Украинского научно-исследовательского противочумного института им. И. И. Мечникова Ивана Русева (первая часть, вторая часть). Мы же хотим рассказать о гипотезе, которая возникла у этого ученого, когда он изучал историю одесских эпидемий. Если эта гипотеза подтвердится, то можно будет говорить, пожалуй, о научной сенсации, причем не только исторической, но и имеющей самое прямое отношение к дню сегодняшнему.

Речь идет об ответе на вопрос, откуда приходила семь раз чума в наш город. До недавнего времени общепринятым считалось то, что эпидемии были «завозными» и в Одессу возбудитель попадал из портов Ближнего Востока вместе с коммерческими судами. Иными словами, природного очага чумы в нашем городе и его окрестностях не было и нет. К слову, официальные структуры уверяют, что такого очага нет на всей территории Украины.

Однако, как полагает Иван Русев, предположение это – чисто умозрительное, доказательств заморского «экспорта» болезни нет. И считать это истиной — значит, нарушать один из основополагающих принципов науки, принцип презумпции виновности: в отличие от юристов, ученые априори считают, что автор гипотезы неправ, пока он не докажет обратного. Однако в случае с эпидемиями чумы этого сделано не было!

«А ведь есть серьезные основания утверждать, что чума имела местный характер, — говорит сотрудник УНИПЧИ. – Прежде всего первые заболевшие во всех семи эпидемиях никак к порту и морской торговле не относились. К примеру, в 1812-м все началось с итальянских театральных актеров, гастролировавших в Одессе. Они значительное время – куда больше, чем длится инкубационный период чумы — не контактировали с портом и моряками, то есть заразиться там не могли. Во-вторых, уже после того, как Ришелье ввел карантин, за пределами города произошло несколько вспышек болезни. В частности, заразились жители села Татарка (нынешнее Прилиманское Овидиопольского района), не имевшие контактов с одесситами. Имеются и другие основания говорить о наличии в нашем регионе природного очага».

Сначала Иван Русев предположил, что болезнь попадала в Одессу из глубинных районов Причерноморья – прежде всего с сухопутными торговцами-чумаками (согласно распространенному мнению, само слово «чумак» происходит от названия инфекции, которая якобы шла по пятам за гружеными зерном и солью чумацкими караванами). А спровоцировал распространение заболевания экономический фактор — беспрецедентная в отечественной истории «пшеничная лихорадка», превратившая наш город в главные ворота зернового экспорта Российской империи.

Однако потом исследователь проанализировал на карте места, где недуг впервые проявлял себя, и сделал другой, не менее смелый вывод, который, однако, еще предстоит проверить эмпирически: так называемые альфа-пациенты (то есть самые первые заболевшие) в основном фиксировались на территориях, где наличествуют подземные выработки – как в той же Татарке. Иными словами, природный очаг может существовать в катакомбах и связанной с ними системой карстовых пещер!

«Люди извлекали в больших объемах известняк из-под земли и вскрывали пещеры с их реликтовыми биоценозами, в которых, вероятно, мог дремать возбудитель чумы. При сочетании ряда факторов возбудитель пробуждался и выходил на поверхность – например, с блохами, паразитирующими на крысах».

Сейчас исследователь готовится к масштабной экспедиции в одесские катакомбы для того, чтобы подтвердить или опровергнуть эту гипотезу.