Наркотрафик, общак, барыги и грева: как устроена теневая жизнь одесского СИЗО

Наркоконвейер с оборотом в сотни тысяч долларов процветает в одесском СИЗО. Как посторонние годами завозят товар в изолятор и почему смотрящие остаются у власти, несмотря на суды и смену администрации? Разбираемся в устройстве «черной» зоны.

В одесском СИЗО есть все: от синтетических солей до личных гарантий безопасности за 30 тыс. долларов в месяц. Здесь параллельная реальность управляется не законом, а самими жителями и тюремным общаком, который стабильно пополняется за счет поборов и наркотрафика.

На днях одесская полиция отчиталась о задержании 26-летнего мужчины, который пытался провезти в СИЗО крупную партию наркотиков.

В информации правоохранителей он проходит как предприниматель, с которым учреждение заключило договор на вывоз отходов животноводства из следственного изолятора. Именно это давало возможность мужчине заезжать на территорию СИЗО.

По данным источников «Думской», задержанным оказался некий Станислав Вичев из села Молодежное Одесской области. Он пытался провезти 690 доз – от опиатов и каннабиса до синтетических солей.

Однако, как выяснилось, Станислав Вичев не зарегистрирован как предприниматель, и договора с СИЗО на вывоз отходов у него тоже нет. По сути на территорию изолятора, причем по нашей информации, не в первый раз, заезжал совершенно посторонний человек.

Источники «Думской» утверждают, что в одесском изоляторе, как и в других пенитенциарных учреждениях города и области, наркотики — не дефицит, их легко можно купить у местных барыг, которые получают их из внешнего мира.

Естественно, все это происходит при участии коррумпированного персонала учреждения. Барыг, которые торгуют не только наркотиками, но также мобильными телефонами и сим-картами, контролируют смотрящие по корпусам СИЗО из касты «блатных» (на жаргоне — «масти»).

В свою очередь, смотрящие по корпусам подчиняются смотрящему по всему СИЗО.

В одесском изоляторе этот «пост» занимает Роман Кахидзе по кличке Рома Батумский – о нем неоднократно писала «Думская». Он отбывает пожизненный срок. В прошлом году Кахидзе пытались перевести в другое режимное учреждение в ином регионе, однако, по всей видимости, смотрящему удалось решить вопрос, и его оставили в Одессе.

Интересно, что Рому задерживали прямо в СИЗО еще в 2022 году по подозрению в установлении преступного влияния, пытках, вымогательстве и торговле наркотиками. Несмотря на предъявленное подозрение и открытое уголовное производство (суды по которому идут по сей день), он продолжает преступную деятельность. Помимо наркоторговли через подконтрольных барыг, под полным надзором смотрящего находится сбор и распределение так называемого «грева» — сигарет и чая, которые закупаются на добровольно-принудительные взносы заключенных и их родственников.

Кроме того, немалый доход в общак (тайную тюремную кассу) приносит система поборов с лиц, попавших в изолятор по подозрению в продаже наркотиков, а также с состоятельных бизнесменов и чиновников. За определенную плату — от тысячи до 30 тысяч долларов в месяц — этим категориям арестантов предоставляется режим безопасности и гарантии отсутствия насилия со стороны сокамерников. В случае отказа платить им могут грозить побои и унизительный перевод в касту «отверженных».

^{Фото: изъятые записи о поступлениях в тюремный общак.}

^{Внизу — информация о поборах}

В итоге ручейки от внутритюремной торговли, поборов и сборов на «грев» превращаются в мощный поток дохода — по информации источников «Думской», до нескольких сотен тысяч долларов в год. Часть прибыли распределяется между смотрящими, часть передается на волю — представителю криминалитета по Одессе и области, вору в законе Миндии Горадзе. Лишь малая доля общака остается на нужды рядовых заключенных.

Не секрет, что одесский следственный изолятор является «черным». Это означает, что в учреждении параллельно существуют две власти: официальная и уголовная. Такая ситуация сложилась задолго до кадровых чисток. Администрацию СИЗО лихорадит с конца 2025 года: осенью были уволены прежний начальник и несколько ключевых сотрудников, а на их места назначен новый персонал.

Впрочем, очевидно, что новая администрация пока не смогла изменить ситуацию. Опасные вещества остаются доступными, о чем свидетельствует смерть двух заключенных осенью 2025 года — один из них скончался от передозировки наркотиков.

Автор — Георгий Ак-Мурза