Вспышка COVID-19 в одесской горбольнице: стечение обстоятельств или халатность?  

Одесская городская больница №10 не является опорной по COVID-19, но тем не менее именно в ней произошла серьезная вспышка этого заболевания, которая продолжается до сих пор. Смерть 47-летнего врача-реаниматолога Максима Белинова шокировала многих горожан и заставила пристальнее приглядеться к этому медучреждению. Что же там, собственно, происходит?

Нельзя забывать, что с коронавирусом «десятка» познакомилась раньше остальных клиник города — за исключением профильной инфекционки. 31 марта диагноз подтвердили у пациентки, которая пролежала там несколько дней с двусторонней пневмонией. Она стала 11-й заболевшей в регионе. В десятую больницу ее привезли из восьмой, где женщина находилась в общей (!) палате. Почему больную сразу не направили на Пастера, в инфекционную больницу, в муниципальном департаменте здравоохранения так и не объяснили.

«Все шесть человек, которые с ней контактировали, а также медперсонал, протестированы и под наблюдением. Близкие контактеры находятся в режиме самоизоляции», — заявили в горздраве.

Еще раз подчеркнем: ГКБ №10 не включали в список медицинских учреждений, куда должны направляться люди с подозрением на коронавирус, а таковыми являются все больные с температурой, кашлем и т.п. симптомами. Ее вместе с 8-й и 11-й с самого начала вывели в резерв по COVID-19, и правильно сделали: нельзя прекращать лечение других заболеваний, сколь бы сложной ни была ситуация.  

Согласно утвержденному мэрией и ОГА плану, к борьбе с коварной инфекцией горбольницы №8, 10 и 11 должны привлечь только в самом крайнем случае — если опорные будут буквально завалены пациентами, как случилось в Нью-Йорке или Бергамо. Однако на этот документ наплевали с самого начала, и до последнего момента, пока на Малиновского не начали умирать люди, клиника продолжала принимать людей с респираторными заболеваниями. Потенциальных носителей ковида. И реальных носителей.  

22 апреля в терапевтическом отделении ГКБ скончался 56-летний мужчина. У него был целый букет хронических заболеваний (ишемическая болезнь сердца, сахарный диабет), что в сочетании с коронавирусом привело к смерти. Первый, прижизненный, тест дал отрицательный результат. Посмертный к ужасу медиков оказался положительным. И понеслось…

Несмотря на то, что, как уверяют в горздраве, умерший находился в палате один, вскоре COVID-19 зафиксировали еще у двух пациентов (одного отправили на самоизоляцию, другого перевели в инфекционную больницу), а также врача и медсестры. Медиков отправили домой. Пришлось закрывать на дезинфекцию отделения, а с 5 мая вся больница, за исключением корпуса ожогов и политравм, перестала принимать новых больных.

Массовое тестирование позволило выявить 30 случаев заболевания. Вирусы нашли у девяти пациентов и аж у 21 медика. Всего забор биоматериалов был сделан у 550 человек. По состоянию на сегодняшний день 65 анализов еще остаются в работе, то есть количество заболевших может увеличиться. К счастью, у большинства недуг проходит бессимптомно, однако в пяти случаях развилась пневмония. Трое — два пациента и реаниматолог Максим Белинов — увы, скончались.

Почему же именно в ГКБ №10 возник эпидемический очаг?

По мнению специалистов, причины две: неправильный подход к сортировке больных и отсутствие средств защиты у медперсонала.

«Все пациенты с симптомами ОРВИ и воспалением легких должны немедленно переправляться в специализированные опорные центры, в нашем случае это инфекционная больница и больница водников (областной клинический медцентр, — Ред.). ГКБ №10 не является опорной, поэтому туда нельзя было направлять такое количество подозрительных пациентов. По моим данным, изначально это была неправильная политика главного врача (учреждением руководит Денис Себов, чья семья владеет частной клиникой Святой Екатерины, — Ред.), который вроде как должен быть заинтересован в немедленной отправке подозрительных в другие медучреждения. Однако в марте и апреле больница продолжала лечить и принимать больных с пневмонией», — говорит общественный деятель Ирина Потоцкая.

Надо сказать, что у первой жертвы эпидемии в ГКБ №10, кроме хронических заболеваний, при поступлении была двусторонняя пневмония.

Была ли готова больница, не включенная в список опорных, к борьбе со столь неприятным инфекционным заболеванием? Нет, не была, о чем говорят как волонтеры, помогающие медицинским учреждениям Одессы, так и сотрудники клиники. Главная проблема — дефицит средств индивидуальной защиты и необходимых навыков у персонала.

«В «десятке» с защитой очень плохо, — говорит руководитель благотворительного фонда «Корпорация монстров» Катерина Ножевникова. — Можно сказать, ноль. То, что дал город, почему-то не выдали. Они не были опорной, поэтому не попали в поле нашего зрения».

Ножевникова сказала это в понедельник 18 мая, и уже на следующий день «монстры» передали ГКБ 1200 респираторов класса FFP2 и 400 респираторов FFP3.

«Когда грузили респираторы, нянечка спросила: «Так что, больше мы сами маски не покупаем?», — вспоминает волонтер.  

Тот факт, что из средств защиты у медиков были только простые хирургические маски, подтверждают, правда на условиях анонимности, все опрошенные нами сотрудники больницы. Причем покупали они их за свой счет.

«Бесплатно нам раздали маски всего один раз», — рассказала «Думской» одна из медсестер.

А вот пациенты, которые лежали в больнице, свидетельствуют, что даже столь ненадежные средства защиты, как хирургические маски, сотрудники… носят на подбородках.

В общем, горбольница №10 оказалась полностью не готова к встрече с COVID-19 — ни в материальном, ни в управленческом плане. Аналогичная судьба может постичь и другие медицинские учреждения города и региона, если чиновники от здравоохранения не внесут изменения в свои планы и протоколы и не добьются их выполнения.

Волонтеры уже начали снабжать всем необходимым не только опорные и резервные больницы, но даже семейных врачей.

«Все, абсолютно все врачи должны иметь средства индивидуальной защиты. Каждый пациент должен рассматриваться как зараженный COVID. Уже не первый случай, когда пациент поступает с одним заболеванием, берут ПЦР и через несколько дней получают положительный результат. Пациенты с признаками ОРВИ должны госпитализироваться сразу в опорные клиники. И самое главное — нужно увеличивать мощности лабораторий. Мы до сих пор ждем результаты ПЦР по нескольку дней, несмотря на то, что работают сразу два центра», — резюмирует Катерина Ножевникова.

И с ней нельзя не согласиться.

В мэрии обещали, что десятая больница уже на этой неделе возобновит прием больных. Этого не произошло: судя по всему, ситуация там остается тяжелой.

Автор – Николай Мазур