«Змеиный Патрокл». Античный парусник  искали 25 лет, а сейчас прячут от грабителей  

Люди науки вообще-то не очень любят бросаться громкими эпитетами и привлекать излишнее внимание к своим достижениям (если, конечно, не хотят прорекламировать их, чтобы добиться финансирования). И археологи в этом плане не исключение. Однако новость о том, что на морском дне у острова Змеиный группа водолазов обнаружила древнегреческий корабль IV века до нашей эры, заставила даже самых сдержанных из них заговорить языком газетных заголовков. «Находка десятилетия!», «Деревянное чудо», «Бомба на дне» — вот неполный перечень выражений, которые использовали собеседники «Думской», когда мы просили их оценить значимость находки команды дайвера Александра Терещенко и доктора исторических наук Татьяны Самойловой.

А находка, и в самом деле, может стать самым крупным археологическим открытием в Украине за последние лет десять. Впрочем, и в масштабах всей Европы событие, вне всякого сомнения, выдающееся. Известных мест крушения античных судов, да еще и с сохранившимися спустя два с половиной тысячелетия деталями корпуса (у «Змеиного Патрокла», как окрестили памятник археологи, по всей видимости, относительно целое днище и часть бортов), не так уж и много. А позднеклассической эпохи – так вообще всего два! То есть, повод прыгать от радости у ученых мужей есть.

В античном мире IV век до н.э. был периодом перманентных военно-политических катаклизмов. После Пелопонесской войны, закончившейся в 404-м году до н.э., Элладу сотрясали постоянные междоусобные конфликты. Вновь усилилась Персия, навязавшая грекам позорный Анталкидов мир. А во второй половине столетия полисы пали под натиском войск Филиппа II, отца Александра Македонского. Все это повергло экономику греческих городов-государств в глубокий кризис, что конечно же, отразилось на морской торговле. Именно поэтому находки затонувших судов IV в. до н.э. так редки.

Сейчас ведется работа по включению обнаруженного командой Александра Терещенко судна в национальный реестр памятников культурного наследия. В будущем же, надеются исследователи, их находка станет не менее известной, чем шведский галеон «Ваза», древнеегипетские «солнечные ладьи», Осебергский драккар или Киренийский корабль. Последний, надо сказать, — не только современник «Патрокла», но и найден был примерно в том же состоянии, что и судно у Змеиного. Сегодня Киренийский корабль – один из символов Кипра.

Киренийский корабль в музее. Археологи полагают, что сейчас «Змеиный Патрокл» пребывает примерно в таком же состоянии

Современная реконструкция Киренийского корабля. Примерно так выглядел «Змеиный Патрокл»

ЧЕТВЕРТЬ ВЕКА ПОИСКОВ

Александр Терещенко и его друзья из клуба подводного плавания «Наварэкс» искали творение античных корабелов долгих двадцать пять лет. Да-да, именно так! Почти четверть века назад дайверы «Наварэкса» и сотрудники Одесского археологического музея, спускаясь под воду в районе Змеиного, обнаружили свинцовый якорный шток (поперечный стержень в верхней части якоря) и фрагменты амфор – подробнее об этой экспедиции можно прочитать в этой статье журнала «Вокруг света» за 1990-й год.

«Тогда у нас и появилась навязчивая идея о том, что здесь не может не быть затонувшего судна, — рассказывает Александр Терещенко. — В пользу этого говорило и то, что остров Левке (древнее название Змеиного) был обязательным пунктом посещения для всех мореплавателей, пересекавших Черное море. Здесь они отдыхали, укрывались от штормов, за которые наше море прозвали Негостеприимным (др.гр. — Понт Аксинский), и конечно же, совершали богослужения – ведь на Левке находилось святилище Ахилла, святилище, имеющее общеэллинское значение. При таком интенсивном судоходстве в этом районе просто обязаны были время от времени происходить кораблекрушения. А значит, подумали мы, где-то на дне покоятся и остатки судов».

Фортуна долго водила их за нос. Нет, артефактов со дна вокруг острова изыскатели подняли за 25 лет предостаточно — множество амфор, древнегреческую кровельную черепицу (то ли с самого Левке, то ли «ехавшую» в качестве груза в одну из эллинских колоний), детали якорей. Но «целого» судна все не было.

Помогла техника. Летом 2011-го года команда задействовала гидролокатор бокового обзора, который и «высветил» покоящийся на подушке из ила корабль. «Конечно, от самого судна мало что осталось, — говорит руководитель «Наварэкса». — Сейчас это компактное скопление амфор, в плане повторяющее обводы судна. Бортов, палубы, такелажа — ничего нет. Но мы нашли части свинцовой обшивки толщиной всего 1 мм. Кроме того, с помощью щупов установили, что с большой долей вероятности у судна сохранилось днище, которое сейчас скрывается под илом».

НАСЛЕДНИК ФИНИКИЙЦЕВ

Длина затонувшего парусника – 26 метров. Ширина на мидель-шпангоуте (в самой широкой части) – 7-8 метров. Судя по размерам, полагают ученые, «Патрокл» — торговое судно: боевые корабли во все времена были меньше и уже «купцов». Двигался он в основном за счет силы ветра, хотя имел и весла: «В отличие от военных кораблей, на торговых каждое свободное место старались занять товаром, — рассказывает доктор Самойлова. — А как появятся эти свободные места, если держать большой штат рабов? Тем более, что за одно весло на таком судне садились обычно два человека. Кроме того, гребцов нужно кормить, что означает лишние затраты для судовладельцев. Поэтому весла использовали лишь для маневров в гаванях».

Модель античного торгового судна

Реконструкция античной военной диеры «Ивлия» одесского Центра исследования истории мореплавания

Конструкцию судов такого типа – коротких и широких — греки позаимствовали у финикийцев. Посудины эти при попутном ветре развивали скорость до 5 узлов (9,2 км/ч), имели водоизмещение порядка 100-200 тонн и могли взять на борт несколько тысяч амфор — этой универсальной грузовой тары античности, игравшей в те времена ту же роль, что сегодня контейнеры. Ходили греческие суда чаще всего вдоль берегов, а на ночь команда вытаскивала их на берег.

ВИНО В ОБМЕН НА ХЛЕБ

Что конкретно вез в Северное Причерноморье «Патрокл», археологам еще предстоит выяснить. По словам Татьяны Самойловой, вероятнее всего, грузом было вино и оливковое масло (хотя в амфорах могло перевозиться и что-то другое – скажем, металлические слитки), а также ценная чернолаковая керамика: под водой обнаружены заморские килики, скифосы и канфары (кубки и чаши для питья).

Килик

Детальное изучение керамики должно помочь ученым с уточнением даты гибели судна, что они смогут сделать с точностью до десятилетия.

Относительно места отправления ясность уже имеется: «Большинство амфор, которые мы подняли, родом с острова Пепарет – это современный остров Скопелос в западной части Эгейского моря (архипелаг Северные Спорады). Таким образом можно сделать вывод о том, что судно вышло именно с Пепарета, который тогда был весьма крупным центром виноделия», — говорит доктор Самойлова.

Скопелос сегодня

Путь от Пепарета до Левке даже при тех скоростях занимал не так много — от силы семь-десять дней: «После Дарданелл и Босфора они могли идти тремя маршрутами – вдоль восточного берега Черного моря, вдоль западного или, сильно рискуя, напрямик. Но мы склоняемся к тому, что «Патрокл» следовал вдоль западного берега к одной из колоний Северо-Западного Причерноморья или к Херсонесу Таврическому. Не случись крушение, обратно судно пошло бы с грузом зерна».

Причиной гибели «Патрокла» мог стать сильный шторм, заставший купцов у Левке. Погиб ли кто-то во время крушения, или же моряки сумели выбраться на берег, мы, наверное, никогда не узнаем.

Кстати, археологи подняли со дна и некоторые личные, как они думают, вещи членов экипажа. Это грубые сероглиняные сосуды – амфорки для воды, горшки и мортарии (широкие плоскодонные чаши с очень толстыми стенками, которые использовались в хозяйственных и ритуальных целях).

Исследование «Патрокла» только начинается. Первые шаги команда «Наварэкса» (сейчас, после получения открытого листа от Института археологии НАНУ, группа именуется «подводно-археологической экспедицией «Наварекс» ОНУ им. И.И. Мечникова») сделала в августе 2011-го, когда об открытии еще никто не знал. За три недели дайверы провели картографирование зоны исследований, разбили ее на квадраты и тщательно промаркировали все доступные на этом этапе предметы. «Там свыше 1000 бирок с шифром – потрясающее качество работы!» — говорит Татьяна Самойлова.

ПОДНИМАТЬ ИЛИ НЕ ПОДНИМАТЬ

Ученые ломают голову над тем, стоит ли поднимать «Патрокл», или же так и оставить его покоиться на дне. С одной стороны, если корабль так хорошо сохранился, то неплохо бы его выставить на всеобщее обозрение в Одессе или Киеве. С другой, стоимость работ по подъему и реставрации судна наверняка будет заоблачной: «Нужно выстроить специальный павильон с возможностью поддерживать необходимый температурно-влажностный режим. Когда туда доставят судно, его сначала будут поливать периодически водой, чтобы оно не рассыпалось, а потом пропитают древесину специальным составом. Это очень трудо- и ресурсоемкая работа, вряд ли удастся найти для нее финансирование», — замечает Татьяна Самойлова. О том, сколько могут стоить археологические изыскания, говорит следующий факт. В 2008 г. университет Васэда выделил на проведение раскопок и реставрации одной из «солнечный ладей» фараона Хеопса 10 млн долларов США.

Между тем, если «Змеиный Патрокл» остается на дне, то появляется другая проблема – его безопасности. Ведь – и это совершенно очевидно — узнай о точном местоположении судна кладоискатели, до следующего сезона памятник просто не доживет. Поэтому координаты и глубину, на которой находится судно, исследователи держат в строгом секрете, причем не только от СМИ и любопытствующих, но и от собственных коллег!

«Подключены пограничники, КП «Островное», готовится распоряжение губернатора о мерах по охране объекта. Мы рассматриваем вариант сооружения в будущем прозрачного саркофага над судном. В общем, делается все возможное», — сообщила «Думской» начальник облуправления охраны памятников культурного наследия Наталья Штербуль.

Автор – Олег Константинов. Видеоролик с места подводных археологических работ у острова Змеиный предоставлен клубом «Наварэкс»