Взгляд генерала: как работает и о чем думает глава Одесской городской военной администрации?

В 6:00 уже в спортзале, спит по 4-5 часов в лучшем случае, не ходит по ресторанам и не был в отпуске ни разу за три месяца. Сергей Лысак — человек военный, и подход к управлению городом у него соответствующий. В эксклюзивном интервью «Думский» начальник городской военной администрации рассказал, как ему работается в родной Одессе после прифронтового Днепра, почему бригадный генерал не планирует идти в мэры, как выстраивает отношения с «наследием» Геннадия Труханова и действующим губернатором.

О тоске по боевой работе, жесткой дисциплине и демократии во время войны — читайте в нашем материале.

«ЛЮДИ ПРОСЯТ, КАК МИНИМУМ, МИНУТУ ВНИМАНИЯ»

«Думская». Сергей Петрович, вы уже более трех месяцев на должности. Подведем предварительные итоги: как вам работается в Одессе?

Сергей Лысак. В Одессе я родился и вырос. Работать — это уже немного другое, однако работать в других регионах, там, где нет родных, близких, гораздо легче, чем в собственном городе. Потому что здесь много знакомых, которые обращаются по разным вопросам.

«Д». Если это не секрет, а что у вас обычно просят?

С.Л. Как минимум, минуту внимания! Представьте это количество людей, которое обращается к вам, и вы понимаете, что это фактически невозможно.

«Д». В Одессе труднее работать, чем в Днепре?

С.Л. В Днепре свои вызовы, в Одессе – свои. Давайте не будем забывать, что Днепр – это все-таки прифронтовой регион, и там немного другие вызовы, другие обстоятельства. Разница большая. Но и Одесса каждый день страдает от обстрелов врага, и это вносит коррективы в нашу повседневную жизнь.

«Д». Днепр действительно ближе к линии фронта, Одесса дальше. Был ли смысл создавать здесь военную администрацию?

С.Л. На мой взгляд, был. Военная администрация может внести коррективы в организацию работы, связанную в первую очередь с направлением безопасности, которое нужно улучшить. Фактически, чем мы сейчас и занимаемся, об этом мы не пишем в Telegram-каналах, не говорим в средствах массовой информации. Эта работа любит тишину, но я уверен.

«Д». Но можете озвучить эти направления безопасности?

С.Л. Первое, на чем мы акцентировали внимание, это, как минимум, увеличить качество тех самых укрытий, которыми пользуются люди. Понятно, что они, возможно, не такие красивые изнутри, однако там люди могут чувствовать себя немного безопаснее, чем в собственных домах.

«Д». Это понятно, но нужна ли для этого военная администрация, если у нас была и осталась местная власть? И нужно ли было оставлять ее с полномочиями?

С. Л. Уверенно отвечу, что да. И военная администрация создана не для того, чтобы ослабить местную власть, а, наоборот, чтобы где-то ее подкрепить. Общаясь с местными руководителями, первый вопрос у меня был, как сохранить, по крайней мере, субъектность органа местного самоуправления, чтобы он чувствовал себя полноценным. Есть депутаты — это те люди, которых избрал народ. И мы должны услышать каждого из них. Депутаты — это голос, который доносит о проблемах в одном или другом квартале, скажем так.

«Д». То есть вы поддерживаете принцип рычагов и противовесов?

С.Л. Почему бы и нет? Должна быть объективность.

«Д». Игорь Коваль имеет реальную власть в Одессе?

С.Л. Он секретарь городского совета, он исполняющий обязанности мэра.

«Д». Почему из команды Геннадия Труханова остался только один Александр Филатов?

С.Л. Надо спросить у Коваля. И вообще зачем разделять команду Труханова и команду не Труханова? На мой взгляд, это люди, которые работали на благо этого города. Хорошо это или плохо, покажет история. Если люди выполняют свою работу качественно, то пусть работают.

«Д». Скажите, как-то повлияло на подготовку к отопительному сезону увольнение вице-мэра по вопросам ЖКХ Анны Поздняковой?

С.Л. Гораздо больше коррективов внесли обстрелы нашего врага, а не увольнение Поздняковой.

«ДОГОВАРИВАТЬСЯ И НАХОДИТЬ КОМПРОМИСС – ЭТО РАЗНЫЕ ВЕЩИ»

«Д». Одесса – город с устойчивой традицией договариваться. Вы пытаетесь эту модель ломать или используете ее? 

С.Л. А зачем договариваться?

«Д». Ну как? Компромиссы, консенсусы…

С.Л. Давайте так определю: договариваться и находить какой-то компромисс – это вообще разные вещи. Если есть обоснованные позиции, которые будут приносить пользу местному населению, то почему бы и нет? Я учусь, как и люди, которые пришли со мной и воспринимают тот опыт, который есть непосредственно в органах местного самоуправления. Так что можно не договариваться, а находить какие-то совместные решения, которые приносят пользу горожанам.

«Д». В какие вопросы местной власти вы вообще не вмешиваетесь?

С.Л. Если я буду видеть, что есть вопросы, которые противоречат законному направлению или моим внутренним убеждениям, я в любом случае буду вмешиваться в это и доносить свою позицию.

«Д». Были ли уже такие случаи?

С.Л. Были случаи, когда приходилось корректировать, скажем так. Если есть диалог, то это общее видение нашего дальнейшего движения.

«Д». Есть ли в Одессе проблемы, за которые вы не беретесь, потому что понимаете, что вам не дадут их решить?

С.Л. Скажем так, проблем много, но давайте не будем забывать, что в Украине идет война. Есть какие-то вопросы, на которые нужно реагировать сейчас, есть какие-то вопросы, на которые нужно реагировать чуть позже. Как говорится, просто не время, но реагировать нужно в любом случае.

«Д». Глава Одесской городской военной администрации в понимании многих граждан является своего рода полубогом. Сергей Петрович, а есть ли у вас начальник?

С.Л. Непосредственно мой начальник — это глава областной военной администрации Олег Кипер.

«Д». В каких вы отношениях?

С.Л. В нормальных рабочих отношениях, мы и до этого были знакомы. Он поддерживает меня, и я буду поддерживать его.

«Д». Есть ли какие-то указания, которые вам присылают из ОВА, чтобы вы их выполнили?

С.Л. Ничего противозаконного они не присылают. Есть какая-то общегосударственная политика, которую они внедряют. Отклоняться от нее не будем, и основные принципы — это законность и безопасность, которые возложены на военную администрацию, в том числе городов.

«Д». А аппарат городского совета? Он также подчиняется сейчас областной военной администрации?

С.Л. Нет, это отдельно. Это непосредственно наша коммуникация.

«Д». Как часто вы общаетесь с Олегом Кипером?

С.Л. Не должно быть такого, как часто. Если что-то нужно, ты берешь, набираешь его. Если что-то нужно Олегу Александровичу, он набирает меня. Периодически мы ездим друг к другу. Несколько раз в неделю видимся. Если не видимся, то стопроцентно выходим на связь.

«МАЛЮК ДЛЯ МЕНЯ – ЭТО НАСТОЯЩИЙ ГЕРОЙ СЕГОДНЯШНЕГО ДНЯ»

«Д». Как вы относитесь к отставке Василия Малюка?

С.Л. Я действующий военнослужащий и не буду обсуждать решения, принятые Верховным главнокомандующим. А что касается Василия Васильевича, я его уважал, уважаю и буду уважать за человеческие качества, за то, что он сделал для нашей страны. И он для меня настоящий герой сегодняшнего дня в том числе. Человек, который делает историю.

«Д». Вы можете назвать его коллегой или также товарищем, другом?

С.Л. Давайте разделим понятия. Он был главой Службы безопасности Украины, он был моим руководителем. И свою позицию по отношению к нему я уже высказал.

«Д». Есть личный вопрос. Существуют слухи, что в первые тридцать дней после полномасштабного вторжения, в 2022 году, вы лично участвовали в боевых действиях с оружием в руках. Это не секрет?

С.Л. Для меня лично точно нет. Когда война закончится — будем рассказывать. Но, действительно, это так и было. Частично это были задачи в Житомирской области.

«Д». Война закончится. Как, по вашему мнению, она должна закончиться?

С.Л. Исключительно победой Украины. Для меня лично, наверное, окончание войны это будет возвращение наших пленных. По моему внутреннему убеждению, война заканчивается, когда вернется последний военнопленный и когда мы вернем последнего ребенка в Украину.

«Я В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ НАЙДУ ИНФОРМАЦИЮ НА ОБЩИХ С ВАМИ ЗНАКОМЫХ»

«Д». Вопросы безопасности. Что в системе гражданской защиты Одессы вас раздражает больше всего?

С.Л. Раздражает? Да, наверное, нельзя говорить, это достаточно агрессивно, но есть ситуации, которые можно улучшить. И мы сейчас этим занимаемся, многое сделали, и уверен, еще сделаем.

«Д». Об укрытиях мы уже говорили, а что еще?

С.Л. Укрытия, защита объектов критической инфраструктуры, системы оповещения, много направлений есть, которые нужно развивать. Возможно, мы не так быстро, как хотелось бы, но шагаем к этому. Есть все-таки бюрократические препятствия, но совместными усилиями мы решаем это.

«Д». Как вы получаете информацию об Одессе, о том, что здесь происходит? Есть ли у вас Telegram-каналы, которые вы читаете?

С.Л. Я еще раз говорю, что мы все люди, которые сейчас живем в этом обществе, и не нужно отличать одного от другого. Мы все живем в одинаковых реалиях. Что-то узнаешь из каких-то информационных телеканалов, что-то непосредственно от своих подчиненных.

«Д». А какие каналы вы читаете?

С.Л. Мы не будем делать рекламу этим каналам.

«Д». «Думскую» читаете?

С.Л. Постоянно. Даже с тех пор, как уехал из нашего города, периодически читаю.

«Д». Все, рекламу мы получили. Вы пользуетесь чатом GPТ?

С.Л. Нет.

«Д». А связями с бывшими коллегами из Службы безопасности? Они вам готовят какую-то информацию?

С.Л. Интересный вопрос. А какую они должны подготовить мне информацию?

«Д». Ну, возможно, досье на кого-то из городских чиновников.

С.Л. Я в этом городе вырос, родился, даже немного работал. В любом случае мне не нужны какие-то дополнительные каналы информации для того, чтобы получить характеристику на того или иного человека. Если не через одно рукопожатие, то через два рукопожатия я в любом случае найду информацию на общих с вами знакомых.

«У МЕНЯ НЕТ ПОЛИТИЧЕСКИХ АМБИЦИЙ»

«Д». Для вас важно, чтобы вы нравились одесситам?

С.Л. У меня нет политических амбиций.

«Д». То есть, в мэры после войны баллотироваться не планируете?

С.Л. Нет.

«Д». Что планируете делать после войны?

С.Л. Уделить, наверное, внимание семье, с которой я так мало вижусь, а с начала полномасштабного вторжения, так вообще почти не вижусь.

«Д». Какими языками вы владеете?

С.Л. Украинским, на котором мы с вами общаемся. И язык врага я все-таки знаю. Чтобы с ним бороться, нужно его понимать.

«Д». Говорят, что вы появляетесь в спортзале в 6:00 утра каждый день. Это правда?

С.Л. Не каждый день, все зависит от ситуации в городе.

«Д». Каким видом спорта вы занимаетесь?

С.Л. Спортом это не назовешь, это просто поддержание себя в определенном физическом состоянии. Это в первую очередь дисциплина, которой нужно придерживаться для того, чтобы как-то строить свой дальнейший день.

«Д». Есть ли у вас в Одессе любимый ресторан?

С.Л. Я сейчас по ресторанам не хожу.

«ЕСЛИ СКАЖУТ СНОВА ВЗЯТЬ В РУКИ ОРУЖИЕ, С РАДОСТЬЮ ЭТО СДЕЛАЮ»

«Д». Бывают ли у вас моменты, здесь в Одессе, когда вы работаете, но хочется все бросить и вернуться исключительно к военной работе в Службе безопасности Украины?

С.Л. Я вам больше скажу, меня эти мысли не покидают с первого дня моего назначения. Но я человек военный: мне сказали, что нужно быть здесь, значит буду здесь. Но если мне скажут, что сейчас нужно вернуться к боевой работе, я с большой радостью и гордостью туда вернусь.

«Д». Что-нибудь о своем прошлом в Одессе расскажете?

С.Л. Давайте лучше будем говорить о нашем будущем.

«Д». Ну давайте. Что нас в будущем ждет?

С.Л. Расцвет нашего города.

«Д». Это во время войны или уже после ее окончания?

С.Л. После войны, я думаю, мы гораздо более эффективными шагами будем восстанавливать все. Все-таки Одесса — это логистические ворота нашей страны.

«СПАТЬ ЧЕТЫРЕ-ПЯТЬ ЧАСОВ – ЭТО УЖЕ НЕПЛОХО»

«Д». Сергей Петрович, на одной из сессий городского совета вы негативно отреагировали на бурное обсуждение депутатами ряда вопросов и призвали их к конструктивному диалогу. Откровенно говоря, это выглядело как посягательство на демократические ценности…

С.Л. Спасибо за вопрос. Если бы я хотел сделать что-то антидемократическое, возможно, это выглядело бы как-то по-другому. Но я точно за демократию и конструктивный диалог. Но этот диалог должен проходить не в сессионном зале. Для этого же проходят заседания комиссий, рабочих групп, где все это должно обсуждаться.

«Д». Сегодня мы услышали, что в шесть утра вы уже в спортзале. А вообще когда начинается и заканчивается ваш рабочий день?

С.Л. А он и не заканчивается. Сначала полномасштабного вторжения — это 24 на 7. Ты постоянно находишься в телефоне, ты постоянно реагируешь на какие-то события. Сказать, что ты отдыхаешь можно, но, тем не менее, ты постоянно находишься на рабочем месте. Возможно, это не в кабинете, но ты постоянно на связи.

«Д». А сколько часов в сутки вы привыкли спать?

С.Л. В среднем, четыре-пять часов — это уже достаточно неплохо.

«Д». Вы выезжаете на все прилеты?

С.Л. Смотря на нанесенный ущерб. Если понимаешь, что нужно, то поднимаешься и едешь. И пусть это будет вторая ночь, третья, четвертая или пятая.

«Д». Есть ли у вас вообще время на отдых? Если есть, как вы его тратите?

С.Л. Наверное, за три месяца моего пребывания дома ни одного дня такого не было, чтобы я не был на работе.

«ЗАЧЕМ КРИЧАТЬ ИЛИ БИТЬ? МОЖНО ПРОСТО ПОСМОТРЕТЬ!»

«Д». Какой вы руководитель: жесткий или дипломатичный? Вы можете кричать на подчиненных? Или сразу бьете?

С.Л. В последнее время перестал кричать. Зачем бить? Можно иногда посмотреть. А вообще вопрос о том, какой я руководитель, нужно адресовать моим подчиненным.

«Д». У вас, как главы военной администрации, есть уникальный шанс делать все, что считаете необходимым, и не думать, что вы не понравитесь местным элитам. Срезать какие-то борды, демонтировать мафии и тому подобное.

С.Л. Я за это не переживаю вообще.

«Д». Как вы относитесь к решению центральной власти уменьшить комендантский час?

С.Л. Двойная позиция на самом деле. Ситуация, которая сейчас сложилась, требует определенного внимания к нашим людям. Да, они имеют право выйти из дома в укрытие или в пункт обогрева, это нужно. Но в том числе понимаю, что данной ситуацией может воспользоваться и враг. Эта ситуация может навредить с точки зрения безопасности.

«Д». Если мы говорим о моментах безопасности, то удовлетворяет ли вас уровень защиты объектов инфраструктуры?

С.Л. За три месяца в Одессе я никогда не говорил и не давал оценку работы, как вы говорите, предшественников. Совершенству нет предела. Скажем так, мы немного улучшили защиту некоторых объектов, которые, по моему мнению, в этом нуждались.

Беседовал главный редактор «Думской» Юрий Басюк