Прокуратура не смогла отобрать у мэра Теплодара участок на Дерибасовской
Прокуратура Одессы не смогла добиться в судах возврата городу земельного участка в Красном переулке (соединяет Дерибасовскую и Бунина) площадью 1463,2 кв. м, на котором когда-то стояли жилые дома №№ 26,28,30,32.
На днях Высший хозсуд подтвердил решения судов первых двух инстанций, которые отказали надзорному ведомству в удовлетворении иска.
Компания обязалась реконструировать старинные дома, некоторые из которых являлись ровесниками Одессы, однако вместо этого сделала все, чтобы они окончательно развалились. Жильцы были выселены на поселок Котовского, а в 2009-м году полуразрушенные здания неожиданно сгорели. Пожарище оградили забором. На месте №№30 и 32 фирма заложила фундамент нового объекта, но потом грянул строительный кризис, и все заглохло.
Документов на землю у Печерских нет, и прокуратура обратилась в суд с требованием освободить занимаемый участок, который примыкает к Греческой площади. Однако Фемида стала на сторону семьи мэра: мол, зданий, конечно, не осталось, но ведь есть еще руины.
СМЕРТЬ РОСІЙСЬКИМ ОКУПАНТАМ!
Помітили помилку? Виділяйте слова з помилкою та натискайте control-enter
Теперь его сыночек Юрочка устроился на постоянное место жительства с наворованными деньгами и с третьей женой в Швейцарии и глубоко плевал на наши события, вместе с папашей.
«Компания обязалась реконструировать старинные дома вместо этого сделала все, чтобы они развалились» и сколько еще мы будем наблюдать за подобной схемой, пока не развалятся или не сожгут все архитектурные памятники Одессы? Интересно наблюдать за мэрией, которая в этих случаях беспомощно разводит руками, в отличие от «Фемиды», которая активно защищает вандалов.
Вот оно, ключевое -"Компания обязалась реконструировать и сохранить"… Эта формулировка присутствует абсолютно во всех документах, касающихся исторических памятников. На бумаге. На практике — к этой формулировке должен быть заключен охранный договор с Управлением охраны объектов культурного наследия Одесского городского Совета. Так вот, этот самый договор, на основании которого можно живьем шкуру снять за подобные фортели — в 99, 9 случаях отсутствует. Мэрия ОБЯЗАНА выдавать разрешения только при наличии охранного договора, имеющего юридическую силу. Делается же — с точностью до наоборот. Выдаются разрешения, и на заключение охранного договора тупо забивается болт. В ряде случаев удается добиться заключения этого договора через прокуратуру. Но тут возникает другая неприятность — памятника, как такового уже нет. Есть или развалины, или уже построенное какое-то уродство. Замкнутый порочный круг.
Одним словом, мэрия вместе с компанией, которая обязалась сохранить и приумножить, разыгрывают фарс, а под занавес появляется еще одно действующее лицо — прокуратура, в результате — все действующие лица довольны, кроме нас, горожан, оставшихся без очередного памятника.
Слово «…сохранить» присутствовало в документах не только при передаче в част. руки истор. зданий! Оно также присутствовало при приватизации заводов и фабрик, и пр. экономических объектов. в 75% при составлении договоров прописывалось "… приватизатор обязуется сохранить профильность предприятия(читай-коллектив, рабочие места)! и где? где экономика, где рабочие места?
Владимир Березюк
ВІДБІЙ повітряної тривоги
71
7
3
1
1
5
2
1
3
1
