Проскурня навсегда, или «Кажи своє «люблю» останній раз»: на смерть бывшего директора одесской Оперы

О том, как восемьдесят дней (почти по Жюль Верну) руководил одесской Оперой Сергей Владиславович Проскурня (1957-2021), до сих пор ходят легенды самого различного толка, среди них немало несправедливых и даже клеветнических. А правда в том, что все хорошее, случившееся с нашим театром после этих бурных дней, так или иначе соответствовало планам Проскурни. Современный театр может развиваться или угасать, вот угасание точно Сергея не привлекало, он и ушел из жизни, по своему обыкновению, внезапно и элегантно, сгорел, а не угас.

Будет нелишним упомянуть, что среди театральных деятелей Украины Сергей Проскурня занимал совершенно особое место. В девяностых, когда другие профессиональные режиссеры в большинстве своем ставили «бюджетные» постановки, экономя на декорациях (в одном одесском театре одна и та же выгородка с дверью верно служила нескольким постановщикам), Проскурня организовал фантастический международный фестиваль «Мистецьке Березiлля». На сумасшедшем энтузиазме, граничащем с авантюризмом, добывалось финансирование, и в Киев приезжали уникальные коллективы из Ирана, Бельгии, Японии, украинские театры представляли свои новые работы. В процесс были вовлечены самые влиятельные люди страны и студенты-волонтеры, а директор и отец-основатель феста умудрялся не только расселять гостей, готовить площадки для спектаклей, но и следить за тем, чтобы на сцене все было идеально. Ведь если жизнь далека от идеала, можно же сделать так, чтобы в спектакле все было безупречно, достоверно, в соответствии с замыслом?

Бывали, конечно, и неудачи. Пришлось как-то отменить моноспектакль одной российской актрисы. Приехавшая с ней налегке дама-режиссер потребовала, чтобы все необходимое для декораций фестиваль закупил на месте. И вот тут вступили в действие обстоятельства непреодолимой силы: во всех соответствующих торговых точках Киева чисто белый линолеум отсутствовал, был только в рисуночек. А гости соглашались дать спектакль только на белом линолеуме. Так и уехали, ничего не сыграв, с гордо поднятыми носами. Впрочем, для публики и театрального процесса в целом то была беда небольшая. А Проскурня увидел, до каких пределов может дойти перфекционизм, которым он сам был прекрасно болен.

Уже после безобразной истории с одесской Оперой (самому Сергею в этой ситуации не в чем было каяться, разве что в безудержном энтузиазме, с которым он, гениальный проект-менеджер, принялся за работу), был спектакль «Террористы» по Анне Яблонской. Первую годовщину со дня гибели одесского драматурга во время теракта в Домодедове Сергей считал необходимым отметить постановкой, и тут уже была реприза с участием артистов наших театров, а сам он был в роли режиссера. Спектакль создавался в рекордно короткие сроки (кажется, и восьмидесяти дней не ушло на подготовку) и не всеми был понят, как и творчество Яблонской в целом. Это оказался последний одесский проект Сергея.

«Останній раз». Дослухалася пам'ять

До відголосків цих безжальних слів.

Ти знову хочеш бігти якнайшвидше.

Душа бажає, але Дух? Він не зумів.

І знову день страху. І знову вечір тиші.

Зневіра хазяйнує повсякчас.

Коли пробудження, коли, нарешті, втеча?

Та ні, ще трохи.

Знову це.

«Останній раз».

Сто тисяч голосів у безголоссі

Всередині панують водночас.

І знову щось важке тебе скріпило.

Але ось він – ковток повітря у диму. «Останній раз».

Бажання скласти крихти спогадів у скриню.

Розбити її молотком за раз.

Та сьогодення каже:

«Неможливо.

Кажи своє «люблю».

«Останній раз»…

Автор – Ирэн Адлер