От безобидного ню до фаллосов и мухоморов: одесский художник готовит эротическую революцию  

Персональная выставка Андрея Железа «Купальщицы с Гоголя» до 3 июня представляет живопись в жанре ню в арт-кафе «Дом кофе» (Гоголя, 8). Мы присутствуем при рождении новой яркой звезды одесского современного искусства, и тут не ограничишься разговором о конкретной экспозиции, однако с нее мы и начнем.

Со стен маленькой кофейни в старинном доме смотрят не столько глазами (встретиться с ними взглядом совсем непросто), сколько обнаженными телами купальщицы, которых наверняка высоко оценил бы Модильяни. Загорелые, почти оранжевые красотки на синем фоне плывут, а что прелестные выпуклости ягодиц порой оказываются с сосками, так вода диктует причудливые искажения. Метаморфозы и трансформации, происходящие с героинями на холстах, отличаются плавностью, текучестью линий, никакой тревожности.

Концепция проекта состоит в том, что это застывшая композиция из сна, где свет пробивается сквозь толщу морской бездны, подсвечивая скрытые грани женственности. Автору в июне исполнится 34, художественное образование он получал сначала в педагогическом институте в Измаиле, где обрел профессию преподавателя изобразительного искусства, а затем в магистратуре Одесской Академии строительства и архитектуры (живопись).

«У этой выставки предполагалось название «Голубая бездна», потому что не приснилось в детстве, будто я падаю в яму, в которой все синее, а не черное, нет тьмы, нет верха и низа. Но потом возникли «Купальщицы», это ассоциируется с моим купанием в лимане, когда я часто представлял, что вместо русалки там нахожусь на глубине, в полной свободе. Здесь я раскрываю свое женское альтер эго. Эти девушки на картинах одновременно пребывают в воде и в бездне, и словно парят в небесах», — говорит художник.

В мастерской Железа до поры спрятано немало картин, выполненных акрилом и маслом (часто на одном холсте то и другое), акварелью, насыщенных эротизмом в гораздо большей степени.

«Здесь очень мало провокации, — признается Андрей. – В том числе и по той причине, что в кафе могут зайти посетители с детьми. Я бы выставил с «Голубой бездной» все, что с синим фоном. Но это моя первая «персоналка», в какой-то мере безобидная, а в скором будущем я планирую более официальную выставку, где буду максимально провокационно выступать с картинами. Там будут и большие форматы, и мухоморы, и фаллосы, и всякие странности… С местом проведения я еще не определился, но уже веду переговоры, от меня ждут ярких картин. Это будет как конфета сладкая, когда зритель ее ест, у него должно возникнуть ощущение, будто он падает со стула. Такая сногсшибательная конфетка с непредсказуемыми последствиями для зрителя, не всегда позитивными».

Среди картин Андрея Железа, имеющих синий фон, есть далекий от традиционных трактовок «Оперный театр», тут театральному зданию также присуща человеческая телесность, он будто позолочен солнцем и чуть деформирован толщей морской воды, в которую погружен. Однако это не театр-утопленник, совсем нет, в нем наверняка продолжает звучать музыка, только звуковые волны идут через воду.

Присоединяясь к празднованию 140-летия великой дочери нашего города Сони Делоне, Андрей принял участие в проекте Музея современного искусства Одессы «Ода Соне» настенным объектом, выполненным в технике диджитал-арта и в стиле орфизма. Вы правильно поняли, произведение получило название «Фаллос Сони Делоне»…

«Радует, когда отсутствует разделение на добро и зло в картинах, зато присутствует сказочность какая-то, ощущение сна. У меня есть работы на тему «Алисы в Стране Чудес», и у моей Алисы есть определенные фетиши, их там можно проследить», — интригует художник.

Акварель «В Стране Чудес» точно не предназначена для детского восприятия, это сказочка для взрослых. Бодрый «Дилдозавр», растущий из моря, словно айсберг, сложно представить себе в интерьере офиса или жилища добропорядочного семейства, но сколько же в нем позитива! «Конфетка», сочетающая в себе сладость разноцветной полосатой карамельки, то есть девичьего тела, вдруг поперхнулась растущим из причинного места мухомором, но это совсем крохотный мухоморчик, его еще разглядеть надо, никакого сравнения с айсбергом.

Сцепились полосатыми, но уже отнюдь не карамельными, а черно-белыми, как полицейский жезл, языками, «Подруги», а на «Свидание» девушка явилась в чулочках, по цвету гармонирующих с трусами кавалера – что ни сюжет, то история. Ко всему прочему, Андрей Желез обладает заметной мужской красотой, если вспомнить о его молдавских корнях, все становится на свои места: да с него же Фет-Фрумоса надо писать, самого красивого фольклорного героя. Кстати, пишут, художник часто служит моделью на так называемых «билетинских средах», когда художница Катерина Билетина и ее коллеги рисуют с натуры обнаженных девушек и парней.

«Я люблю позировать, люблю провоцировать, и нагота – это тоже мой способ самовыразиться, сказать что-то людям таким образом», — улыбается Андрей.

Что импонирует, он не стремится привлечь к себе внимание эпатажным поведением на грани истерики, выкладывается в живописи, его не привлекает богемный в плохом смысле образ жизни. Тем, кто заводит старую песню «а вот художник пишет так, поскольку не умеет рисовать по-настоящему», стоит посмотреть на великолепные копии того же Караваджо и других итальянских мастеров, выполненные Андреем Железом. Возможно, он покажет и эту грань своего творчества на одной из будущих масштабных выставок.

Автор – Ирэн Адлер, фото Владимира Андреева