Разрушающиеся памятники, феодальные вотчины и проблема представительства: меньше полномочий областям! (колонка главного редактора)

Пример переданного на баланс ОГА дома Асвадурова, который после страшного пожара 4 декабря 2019 года не то что не законсервировали – даже толком не обследовали на предмет угрозы обрушения, — к сожалению, не единственный. За редким исключением региональные власти наплевательски относятся ко всем объектам культурного наследия, которые волею судеб оказались в их руках. Масонский дом окончательно развалился, восстановление Английского клуба (музея морфлота) замерло еще до свержения Януковича, как и реставрационные работы во дворце Абазы (музей западного и восточного искусства). Ветшают Новая биржа (Филармония) и Крестьянский банк (Дворец студентов), осыпается карниз Худмузея….

С чем же связано столь наплевательское отношение? Основных причин, как мне кажется, три. Первая и самая очевидная – финансовая: бюджетная децентрализация все-таки делалась в интересах крупных городов, а поскольку ресурсы ниоткуда не берутся, то выигрыш Одессы обернулся большими денежными потерями для области. До недавнего времени город мог себе позволить очень многое и откровенно сорил деньгами, причем, судя по качеству сделанного, деньги эти не только осваивались, но и ударными темпами расхищались. Но это опять-таки другая проблема, о которой мы еще поговорим. В данном случае имеет значение, что область ресурс потеряла.

Вторая причина — дуализм областной власти: есть государственная администрация, есть областной совет с шатким большинством. Отношения между ними, мягко говоря, не самые лучшие. Депутаты не поддерживают инициативы ОГА, а чиновники – депутатские. А поскольку у разных групп разные интересы, то и инициативы выходят разные. В итоге памятники архитектуры остаются как то дитя с семью няньками.

В этом плане показательна история с передачей в аренду здания «Общества взаимного кредита» на Пушкинской: облсовет провел конкурс, на котором победила компания известного скульптора Михаила Ревы, пообещавшего за привлеченные средства отреставрировать памятник и устроить в нем музей. Однако договор с ней так и не заключили: облгосадминистрация заявила, что ее не устраивают условия аренды (ставка, мол, нерыночная), и отказалась согласовывать соглашение. Объясните им кто-то, что ремонт видавших виды старинных зданий – не самое лучшее капиталовложение: проще снести и выгнать высотку. Поэтому если находится человек, согласный взять на себя такие обязательства, то его нужно в известное место целовать ему можно и скидку сделать. В данном случае, насколько мне известно, проект не был коммерческим — он был имиджевым.

Не секрет, что на здание лопнувшего банка «Порто-франко» давно положил глаз хорошо известный вам Руслан Тарпан, и охраняет здание фирма, нанятая именно этим коммерсантом. Так в чьих интересах действуют подчиненные губернатора?

Третья причина происходящего связана с особенностями формирования областных советов Украины. В Одесском — 84 депутата, из которых только 17 (20%) избраны в округах, расположенных в областном центре, в Одессе. Оставим в стороне, что одесситы только по официальным данным составляют 42% населения региона (на самом деле, больше), в связи с чем существующий порядок, мягко говоря, несправедлив. Важно другое: политики, которые зависят от избирателей, проживающих в районах, обычно не сильно интересуются проблемами областного центра. Ну, какое дело условному Васе Пупкину, которого заваливают письмами о необходимости реконструкции водовода Хацапетовка – Козловка и починке артезианской скважины в пгт Мунино, до состояния какого-то музея, расположенного на Софиевской улице Одессы? Да он там даже не бывал никогда!

Какие же из всего этого следуют выводы? Первый и самый очевидный — существующий ныне подход к «децентрализации» (то есть к административно-территориальной реформе, хотя это словосочетание у нас почему-то не любят), которая, похоже, выливается в нарезание феодальных вотчин, должен быть изменен. Нужно кардинальным образом пересмотреть взаимоотношения на уровнях громада-район-область-центр, причем в первую очередь подумать о трансформации областей и уменьшении полномочий облсоветов. Ведь что такое украинская область? Это весьма неоднородное образование, появившееся на свет не просто в советское — в сталинское время. Создатели его исходили из несуществующих сейчас предпосылок, практик и логики. Что объединяет гагаузов Болградского района с украинцами Кодымского, кроме одинаковых паспортов? Даже прямой дороги из одного в другой нет. А почему разрезано Подолье?

Отсюда вытекает вопрос собственности. У громад есть земля и другая недвижимость, у области — только отдельные объекты, которые считаются «совместной собственностью» громад, в нее входящих. ОГА еще распоряжается частью государственной земли как территориальный орган исполнительной власти.

Однако, как я уже писал выше, ничего общего у разных громад, разбросанных на огромной территории, сопоставимой по площади со Швейцарией, практически нет. Кроме госпринадлежности. Да и распоряжаются областные власти вверенной им собственностью откровенно плохо: Масонский дом тому ярчайший пример.

Так почему из сложной системы имущественных отношений не убрать эту «совместную собственность», которая на практике выливается в совместную безответственность и всеобщую бесхозяйственность? Давайте общественным добром будут распоряжаться только громады и государство! И коллекция, и здание того же Художественного музея имеют национальное значение. Что, кроме амбиций, мешает сделать национальным само учреждение? Дом Асвадурова в нынешнем виде создает проблемы жителям Одессы? Почему в таком случае его судьбу не может решить громада? Мне кажется, что упрощение системы пойдет на руку всем, кроме коррупционеров.

Ну и конечно, надо убрать диспропорции в представительстве и финансовой сфере. И это еще один момент, о котором мы поговорим позднее.

Автор — Олег Константинов, главный редактор «Думской»