С опозданием и по цене нового: в одесском областном издательстве наконец открылось отремонтированное бомбоубежище  

Бомбоубежище областного коммунального издательства «Черноморье», которое почти год было закрыто на ремонт, наконец начало принимать граждан во время воздушных тревог, передает корреспондент «Думской».  

Работники офисов, расположенных в издательстве, рассказали, что приходят сюда с понедельника. При этом они недоумевают, почему ремонт так затянулся. В начале июня глава областного совета Григорий Диденко заявил, что объект откроют через месяц, однако этого не случилось.

Все это время люди не знали, где укрыться при ракетной угрозе.

Отремонтированное убежище в целом выглядит неплохо. Здесь заново оштукатурили и покрасили стены, сделали новые туалетные комнаты и освещение, систему рекуперации воздуха и видеонаблюдения.

Напомним, ремонт обошелся областному бюджету в круглую сумму — на него потратили свыше 15 миллионов гривен. Подрядчик работ — компания «А-ПРО-ГРУП», единственным бенефициаром которой на момент проведения тендера был Григорий Репин — муж нардепа от «Слуги народа» Эллы Репиной — «соседки» по парламентскому комитету жены главы Одесского облсовета Григория Диденко — Юлии.

До 2014 года Репин был депутатом Донецкого облсовета от Партии регионов, возглавлял ячейку этой политической организации.

Директору компании Мамуке Месхи недавно сообщили о подозрении в завладении бюджетными средствами.

По данным полиции и областной прокуратуры, только на одном акте выполненных работ он присвоил 160 тысяч гривен.

Еще одним подозреваемым по делу проходит инженер технадзора, которому инкриминируют служебную халатность (ч. 1 ст. 367). Он-то и «не заметил», что работы на 160 тысяч гривен выполнены не были. И подписал документы, где подрядчик указал виды и стоимость работ, которые фактически не проводились. Ну и указал расходы на материалы, которые фактически не использовались. Ему грозит от 34 тысяч гривен штрафа до трех лет ограничения свободы с трехлетним же запретом занимать определенные должности.

А вот директору светит уже реальный срок — до восьми лет тюрьмы с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет.

Фото Сергея Смоленцева