Рыбацкая история: как россияне современную станцию радиоэлектронной борьбы потеряли  

Военный корреспондент «Думской» Георгий Ак-Мурза решил поделиться с читателями историями из прифронтовых сел. Итак, мы начинаем новый цикл под названием «Фронтовые байки».

Очередного рассказчика я встретил в Запорожском эвакуационном центре. В безумной сумятице, среди толпы вынужденных переселенцев, волонтеров, журналистов этот мужичок чем-то отличался от остальных. Может, задумчивым взором, может, не совсем стандартным для беженца набором вещей – среди его поклажи было две удочки, одна импортная – явно из дорогих. Редко кто из людей, которых сорвала с места безумная война, берет с собой предметы не совсем первой необходимости.

На первое предложение пообщаться мужичок ответил отказом. Но чуть позже, оказавшись рядом со мной в курилке, все же разговорился. То, что рассказал этот человек, реально отличалось от всего ранее слышанного от беженцев. История не о боли, не о лишениях. А о прощальном «привете» российским оккупантам. И о рыбалке.

«Живу я на окраине Новой Каховки, вернее, жил. До того, как к нам пришли боевые буряты с мокшой. Гайки крутил в мирное время на СТО да рыбку ловил – в наших местах грех не ловить. Каховское море богато на рыбку-то. Рыбалка — это мое любимое, так-то. Когда эти вот с буквой Z приехали, понял, что жизнь здесь окончилась. Пора уезжать. Ну и решил напоследок рыбки половить. Ведь неизвестно, когда снова удастся забросить удочки.

Утром приехал на рыбалку, хотя времена, ну как бы это точнее сказать, не совсем для ловли. Так себе думал, пару карасиков, может, вытяну. Сейчас пара рыбок уже богатство… Смотрю – рядом со мной на берег реки, под калину, под листву, выкатился КаМАЗ c буквочкой на борту — Z. Вид у того КаМАЗа странный, на крыше какие-то механизмы да антенна складная. Из машинки гурьбой выскочила целая команда русских вояк, с белыми повязками на камуфле. Резвятся, хохочут – вода рядом. Бросились всей командой купаться. Ну и стираться тут же давай да носки с трусами развешивать по веткам калины.

Но русские вояки из странного КаМАЗа, как бы сказать не стандартные, не похожие на тех, которые первыми заехали в наши края. Те, кого видал – те больше на жлобу похожи, подворотную, пьяную. Когда с БТРов и мотолыг спрыгивают, сразу водку ищут да по хатам шарятся, все, что плохо лежит, по карманам тырят.

Пареньки, которые из грузовичка высыпали, были другими. Тельца белые, нежные, татуировки не уголовные, как у других русских вояк, а мультяшные портачки, сейчас среди молодежи такие в моде. Я по малолетке оттоптал по глупости срок, в татуировках разбираюсь.

Да и говорили ребятки меж собой необычно – без мата. Вроде как на «вы» даже друг друга называют. Акцент такой интересный, акающий, напоминает московский – бывали у нас в краях до войны москвичи. А речь очень культурная, как в книгах. Те, которые первыми зашли, они на русском-то с трудом говорят – то ли буряты, то ли дагестанцы, все слова коверкают.

Эти не пьяные вовсе, и водку сразу не начали, как обычно, пить. Загорают, плещутся да стирают вонючие трусы в нашей речке. Общаются очень даже культурно. В общем, такие себе интеллигентные мальчуганы. Ну и на меня, значит, взглядом косят, спрашивают: мол, ты чего тут, мил человек, делаешь?

«Рыбу, карасей ловлю, — отвечаю. — Жене принесу, уху забацает. Сейчас, знаете ли, с продуктами и вовсе кранты».

Переглянулись ребятки и прямым текстом мне: типа, иди-ка ты отсюда, дядя. Не получится у тебя сегодня рыбалки, теперь здесь рыбу запрещено ловить. Да и купаться тоже не рекомендуем. Мы, типа, шутят, теперь сами здесь будем рыбку ловить. Как бы культурно послали по известному адресу, без мата. Но автоматом напоследок все же ткнули в спину, что б, значит, побыстрее свои манатки собирал – наживку да удочки.

Ну и побрел я домой. Без карасей. Обломали мне вежливые пареньки с буквой Z последнюю рыбалку на нашем море.

Но тут дело такое – придя домой, поискал в интернете малехо, уж больно у тех интеллигентных москаликов машинка интересная была. С такой себе антенкой в виде лесенки. Ну и нашел, что стоит такой российский КаМАЗ с антенкой за десятку лимонов баксов. Такая себе щука, крупная и жирная…

Кинул по вотсапу своему куму картинку с телефона – я, когда уезжал с рыбалки, щелкнул на камеру их машинку. А кум мой в армии украинской с 14 года служит, значит, понимает в российских машинках с антеннами на крыше. А уж мое клевое место кум хорошо знает, не раз с ним рыбку там ловили.

Ну в общем, что сказать. Разметало на молекулы на следующую ночь их грузовик с кунгом да с антенкой. В виде лесенки или стремянки смешной такой. Бахнуло так, что все собаки в селе лаяли до утра.

Я? Да я тут и вовсе ни при чем. Может, кто-то из мальчуганов закурил неосторожно возле топливного бака грузовичка…

Хотя всякое бывает. Может, другой какой удочкой, типа «Джавелина», такую рыбку знатную вытащили. А че, тоже улов. Жирный!

На рыбалку я лишь через пару дней все равно сходил напоследок. Чуть выше по течению. Так как мое старое место с привычным клевом очень загадилось после растворения на молекулы машинки с антенкой – клочками носков да трусов вонючих. Да железа горелого. В общем, всем, что от вежливых да культурных пацанчиков осталось.

Зато рыбки ловиться стало побольше после взорвавшегося грузовичка с антенкой. Да раков много развелось, больших. Но ниже по течению. Мне земляки звонили уже после моего отъезда.

Рыба она ведь прикорм любит. Ну, карасики вообще-то не по такому корму. А вот сомы и раки – очень такое полюбляют, их хлебом не корми, подавай москаликов. Белых да нежных, с буквочкой Z…

А я уехал из тех мест после этой кутерьмы в тыл, к друзьям. И семью увез. Не люблю я сомов ловить. Не мое это. Я больше по карасям. Вот теперь эту историю вам рассказал…»

Недавно Вооруженные силы Украины подтвердили уничтожение российской станции РЭБ «Репеллент-1» в одной из оккупированных областей.

Автор – Георгий Ак-Мурза