Рыжая ведьма и лысый демон, или Одесский театр едва не вызвал нечистого в пятницу, 13-го  

Премьерой спектакля «Дежавю» по мотивам произведений Констанс Сэйерс Одесский областной академический драматический театр бодро встретил публику 13 марта, в пятницу.

Жанр определила режиссер-постановщик Елена Пушкина одним словом: «мистика». Сюжет широкому зрителю не слишком знаком, эффекта дежавю, то есть, «уже виденного», ожидать не приходится. Хотя…

… В 1895-м ее звали Джульетта. В 16 лет она стала музой и возлюбленной женатого художника – и это принесло ей только боль. В 1932-м ее звали Нора. Она сбежала в Голливуд от любовника, награждавшего ее побоями, навстречу блеску и славе кинозвезды. В 1970-м ее звали Сандра. Она играла в музыкальной группе, влюбилась в чужого мужа – и обнаружила, что умеет исцелять наложением рук. Сейчас ее зовут Хелен Ламберт. Ей 33, она руководит крупным журналом и только что развелась. Неожиданно женщина встречает мужчину, который утверждает, что любил ее в прошлых жизнях, и что Хелен обречена умереть, едва ей исполнится 34. А чтобы разорвать проклятый круг смерти, перерождений и любовных интриг, делающих несчастной ее и других, Хелен придется пожертвовать самым дорогим.

Рыжеволосую ведьму Хелен, в каждом воплощении забывающую о своей силе, играет Анна Моргунова, а Джульетту, Нору и Сандру – Полина Корец. За своими предыдущими воплощениями Хелен наблюдает со стороны, во снах. Это стало возможно после того, как с ней стал общаться тот самый загадочный мужчина, Люк Варнье, эффектный рослый и лысый демон. Петр Голубченко убедителен и загадочен в каждом движении, каждой реплике, ну разве только не в этой: «Ти мене звеш». Не «звеш», а «кличеш», а Хелен отвечает: «Я вас зву?». Заучили так, есть и еще пару шероховатостей. Но это легко простить.

В антракте подходит знакомая билетерша: «Ну как вам наш Петя? А видели вы его в «Вие», он там Сотника играет?». Что вы говорите, надо смотреть! Мистические персонажи молодому артисту к лицу. Небольшая, но яркая роль Прорицательницы удалась народной артистке Украины Ольге Равицкой, вот с кем бы в главной роли снимать сериалы вроде «Слепой»! Да, вместе с молодой ведьмой новые жизни получают и люди из ее ближнего круга, повторяя все те же ошибки в общении с ней, часто подвергая ее абьюзу, что для них опасно.

«Дежавю» дарит приятное послевкусие, несмотря на обилие мрачных ритуалов, пляшущих призраков (за хореографию спасибо Екатерине Бойко), зловещей пентаграммы, жутких проклятий без особой на то мотивации. «Боже, какая бессмыслица, я скоро с ума сойду!» – вырывается у Хелен, когда Люк в который раз пересказывает ей перечень ведьминско-демонических событий, и зрители с пониманием улыбаются…

Когда театр устает в своих попытках вызвать врага рода человеческого прямо на сцене, звучит со вкусом подобранная музыка, например, из оперы Оффенбаха «Сказки Гофмана», но и тут упоминается, будто это произведение проклято (в консерватории об этом не знают, да и пусть). Хит старого Голливуда, Not for just a day but always, становится лейтмотивом жития Хелен, когда она оказывается в теле актрисы Норы. Вот эта любовь, не на день, а навсегда, связывает ее, впрочем, не с гангстером Риком, как и Джульетту не навек связала с живописцем Маршаном (обоих героев играет Валентин Базаря). Ведьма и демон, вот поистине союз нерушимый, так называемая «химия» между всеми женскими персонажами и Люком неизменно возникает.

Что мы имеем в итоге? Потенциально кассовый спектакль с неимоверно запутанным сюжетом, но зато красивыми артистами, душевной музыкой, продуманной пластикой. Боитесь в процесс просмотра подцепить какую-то сущность, наденьте заблаговременно нательный крестик или что там рекомендует ваша религия. Прислушайтесь к себе и отключитесь, наконец, от назойливого информационного шума внешнего мира, его тоже не ангелы производят.

… Но вернемся к названию спектакля. Феномен дежавю современная наука старается объяснить максимально просто, делая упор на временное несоответствие в воспоминаниях: увиденное отложилось в памяти, потом забылось, неожиданно всплыло, никакой мистики. Чем старше человек становится, тем ниже скорость обработки информации мозгом, отсюда странные ощущения. А все же дежавю случается и в раннем детстве, вот с этим как быть?

Рассказывают, что бывает и необъяснимый интерес опять-таки, с детства, к носителям определенных имен, допустим, Петр, а во взрослом возрасте оказывается, что близкий человек либо сам носит это имя, либо Петрович, Петров, Петренко, Петраковский… Вдруг где-то в параллельной реальности две родственные души, готовясь к очередному воплощению на грешной земле, сговариваются о том, как снова узнать друг друга, по каким приметам? Наука не поможет, остается только мистика…

Автор — Ирэн Адлер, фото Олега Владимирского