Крымский исход: как Сакская бригада Путина с носом оставила. Часть вторая

Мы продолжаем рассказывать о крымских событиях двухлетней давности и подвиге летчиков Сакской бригады морской авиации ВМСУ, которые, рискуя жизнью, благополучно переправили на «материк» вверенную им технику.

О событиях 3 марта, когда аэродром Новофедоровка покинула большая часть летательных аппаратов бригады, писали многие, в том числе авторы «Думской». А вот эпизод, имевший место тремя днями позже, 7 марта, когда авиаторы Сакской вторично обвели вокруг пальца оккупантов, остался не замеченным широкой общественностью. Мы решили восполнить пробел в истории национального флота.

Серый нос фрегата исчезал под водой, и очередная волна прокатывалась по верхней палубе, с грохотом ударяясь в надстройки. Через мгновение он резко взмывал в небо и замирал в верхней точке, будто раздумывая, что делать дальше, но бездна не отпускала его, как магнитом, притягивала обратно в пучину, и все повторялось сначала.

Штормовой ветер дул резкими порывами, отчего вымпел на клотике трепетал и извивался, как змея. Море вокруг корабля кипело и пенилось, окрасившись в почти белый цвет с серыми оттенками, а мелкие брызги срывались ветром с гребней волн, и влажная дымка заполняла все пространство вокруг.

Средиземное море неприветливо встретило «собаку» (так моряки меж собой называют «Гетман Сагайдачный»). Пятибалльный шторм и холодный мартовский ветер преследовали корабль на всем пути. Флагман украинского флота возвращался домой после почти полугодичного пребывания у берегов Африки. Он вышел в далекий поход к берегам Сомали в конце сентября 2013 года, когда революцией в Киеве еще не пахло. Достоверной информацией о столичных событиях экипаж не располагал, но слухи все равно просачивались, хотя, пожалуй, никто не понимал, что именно происходит.  

Для противодействия сомалийским морским разбойникам украинский флот собрал все самое лучшее, что у него было на тот момент: на «Сагайдачном» были самые профессиональные и достойные моряки, абордажную команду составили из специалистов 801-го противодиверсионного отряда. А еще на борту был вертолет Ка-27 Сакской бригады морской авиации. С самым лучшим экипажем, которым командовал майор Александр Сурайкин.

«Почти Бог», — говорили о нем сослуживцы, отдавая должное искусству офицера. Вертолет был незаменим для подобной операции. «Сагайдачный» патрулировал Аденский залив, и «кашка» по нескольку раз в день поднималась на разведку, совершая облеты и наводя ужас на небольшие лодки и катера пиратов. Наши моряки неоднократно предотвращали захват судов, и через некоторое время даже далекий стрекот вертолета заставлял сомалийских «джентльменов удачи» отказываться от атаки и спасаться бегством.

Но вернемся к марту 2014-го. Как вы знаете, «Сагайдачный», о котором российская пропаганда уже было сообщила, что он поднял триколор, остался верным Родине. Пройдя черноморские проливы под огромным украинским флагом, корабль направился в Одессу. Ранним утром 5 марта флагман стал на якорь на внешнем рейде нашего порта.

Поход закончился, и Ка-27 с бортовым номером 29 надо было перегнать на новую базу Сакской бригады в Николаевской области. К этому моменту Александр уже знал о героическом перелете своих сослуживцев из Новофедоровки в Кульбакино 3 марта. Погода в Одессе была неважной, низкая облачность не поднималась выше 80-100 метров, поэтому вылет в Кульбакино решили отложить до прояснения, тем более, что экипаж не часто там бывал и нужна была хорошая погода по всему пути перелета. Однако 6 марта вертолет все же взлетел, хотя погода не изменилась.

Александр оторвал тяжелый Ка-27 от палубы и, пробивая туман, пошел в направлении Николаева. Происшествий не случилось, тяжелая машина легко подчинялась опытным рукам, штурман быстро сориентировался по месту, и «кашка» благополучно достигла места назначения. Встреча была теплой, но Александр не думал расслабляться. Завершив формальности, относящиеся к летным делам, он решил сразу ехать в Крым, на свой родной аэродром Новофедоровка, где оставалось командование Сакской бригады во главе с Игорем Бедзаем. И семья летчика.

Через пару часов поезд уже мчал его в Симферополь. В четыре часа утра 7 марта майор зашел домой, где его ждала жена Юлия. Супруги не виделись целую вечность. После Африки, Индийского океана и нескольких тысяч миль, пройденных по морям и океанам, Саше было что рассказать любимой. Юлия тоже многое пережила за это время. Неизвестность, переживания за мужа, захват аэродрома, угрозы со стороны захватчиков (она работала на базе) — всем этим хотелось поделиться, и казалось, все осталось позади, но это было только началом приключений.

Примерно в 7:30 к ним в квартиру постучали. Саша открыл, на пороге стоял Бедзай со своим заместителем. Тепло поздоровались, и гости прошли в комнату, присели. Реверансов не делали, сразу приступили к главному.

- Саша, есть дело, в бригаде остался один борт, который надо срочно перегнать в Кульбакино, — начал комбриг.

Александр усталым взглядом посмотрел на командира.

- Я сейчас не готов, — произнес он. 

- Ладно, — сказал Бедзай, — приказать я не могу, это дело совести каждого – нет, так нет.

- Вы не поняли, — отозвался Саша. — Я сию секунду не готов, я с дороги, мне надо умыться и поесть, но через час я буду в полном порядке и перегоню все что надо.

Бедзай оживился, они вместе вышли на лестницу, чтобы быстро обсудить детали.

Перегнать предстояло Ка-27 борт «22», который в момент памятного перебазирования 3 марта находился на регламентных работах в ТЭЧ (технико-эксплуатационная часть). Вертолет подвергся ремонту, поэтому в тот героический день им решили не рисковать и оставить эту машину до лучших времен. К тому же, в бригаде не было опытного летчика, который мог бы оторвать не обкатанную машину с холодным двигателем. По техническим условиям на прогрев «кашки» должно отводиться от 8 до 15 минут (в зависимости от погодных условий), которых в той ситуации просто не было.

После событий 3 марта территорию аэродрома захватил российский батальон «Восток». Около 250 спецназовцев полностью блокировали командно-диспетчерский пункт и основные службы, но наши ребята все-таки нашли способ поднять исправный Ка-27. Чтобы отвлечь внимание непрошеных гостей, решили пойти на хитрость. На стоянках оставалось несколько неисправных Бе-12. У них завели двигатели, создав тем самым шум, на фоне которого не слышно было стартующей «кашки».

Александр не просто рисковал, это был риск в кубе: ему предстояло поднять в воздух машину после ремонта, которую никто не облетал и на холодном, непрогретом двигателе, и в одиночку вести ее через весь Крым на предельно малой высоте. От перебазирования морем решили отказаться, так как по этому маршруту могли лежать в дрейфе корабли ЧФ и открыть огонь на поражение по неопознанной цели. Саше надо было идти очень низко над пустынными районами полуострова — только так он имел шансы остаться незамеченным для РЛС противника.

Около 9 часов утра на стоянке Бе-12 наши техники по команде Бедзая запустили двигатели амфибий, «вежливые» моментально среагировали, и все их руководство кинулось туда. Подъехало несколько КАМАЗов с российскими бойцами, в основном уроженцами азиатской части Федерации. В этот момент командир бригады дал приказ на запуск двигателя Ка-27, и пока оккупанты разбирались что к чему, машина взмыла ввысь.

Юлия тоже вышла из дома и решила заскочить в парикмахерскую, но услышав шум на аэродроме, выглянула на улицу. Прямо на ее глазах поднялся «двадцать второй» борт и медленно стал уходить. Тут она поняла все и разрыдалась от страха за мужа.

Саша оторвал машину от земли и очень низко, на высоте 10-15 метров, пошел в северном направлении. Он отлично знал Крым, но боялся сюрпризов от оккупантов — от мобильных зенитных комплексов до идиотов из пехоты, которые могли открыть по нему огонь из автоматов. Полет на предельно малой высоте предохранял его от любых неожиданностей.

К счастью, техника не подвела. Майор повел «кашку» северными безлюдными районами, обходил населенные пункты и поэтому имел возможность издалека контролировать ситуацию. Александру понадобилось полтора часа, чтобы долететь до Кульбакино. Его встречали как героя.

Это была вторая победа новой украинской морской авиации.

Автор — Сергей Смоленцев