Тихо пришли – тихо ушли:  как украинские снайперы на фронте работают  

Разведение или развод? Похоже, все военные инициативы президента Зеленского приводят к результатам, прямо обратным ожидаемым. В этом убедился корреспондент «Думской», проведя целые сутки на фронте российско-украинской войны вместе с подразделением Вооруженных сил Украины, в котором служит немало одесситов.

Мы побывали на «нуле» в одном из тех мест, где произошло пресловутое «разведение». Правда, отошли там только наши войска, противник же осуществляет ползучее наступление, окапываясь все ближе к позициям ВСУ. Но ему дают отпор – в том числе герои этого материала. Все позывные изменены, географические привязки убраны, любые совпадения случайны. Осторожно, в видеороликах присутствуют сцены насилия и нецензурная лексика.

Раннее утро. Мы выдвигаемся с подразделением украинских снайперов, которое запланировало работу на весьма горячем участке фронта. Командир Ислам ( это позывной — на самом деле, у него вполне славянское имя и украинская фамилия) на войне с 2014 года. Рассказывает, что работать будут несколько групп с «тяжелыми» винтовками (большой калибр). Сегодня ничего особенного не ожидается. Особо рисковать в присутствии репортера воины не хотят, поэтому боевая работа будет вестись на большом расстоянии.

Впрочем, и без экстремального сближения с врагом здесь весьма опасно. Утренний туман скрывает от нас позиции противника и его средства наблюдения. На нейтральной полосе вполне могут оказаться диверсионно-разведывательные группы россиян и снайперы-одиночки. Кроме того, российская артиллерия регулярно накрывает даже ближний тыл украинских войск. А еще тут в большом количестве водятся мины и растяжки. Смерть таится под каждым кустом, на каждой тропке… И это не литературное преувеличение.

Входим в руины некогда респектабельного поселка – с двухэтажными коттеджами. От них почти ничего не осталось – многие здания разрушены до основания. Под ногами жидкая грязь. Бойцы шутят, что на войне нет времен года, есть только состояние почвы: грязь, грязь засохла и грязь замерзла.

Короткая остановка перед открытым участком. Воины по двое перебегают простреливаемую местность с максимальным, как говорится, ускорением. Я двигаюсь вместе с ними. Вот, наконец, укрытие – более-менее сохранившиеся развалины двухэтажного дома. Часть нашей группы заходит внутрь, остальные рассеиваются веером по соседним руинам. Пулеметчики – на фланги, чтобы прикрыть в случае опасности.

В группе немало опытных воинов. Боец с позывным Каратель воюет с 2014-го, чеченец Амир и еще один наблюдатель, Вальтер, — с 2015-го. Они много чего повидали на своем веку, у каждого есть свой «счет» убитых россиян и их наемников, каждому есть за что мстить. И они крутые профи. Умеют замирать на несколько часов – так, что даже животные принимают их за коряги и «складки рельефа». Умеют читать карту и соотносить ее с местностью, видеть то, что не видят другие. Скажем, передвижения людей в камуфляже, людей, умеющих прятаться, людей с обостренным инстинктом самосохранения. То есть солдат. Врагов.

Ислам негромко командует, и бойцы достают мощные бинокли. Каждому показывают направление, куда смотреть – это называется «нарезать сектор наблюдения». Командир обозначает ориентиры, оговаривает условные сигналы и способы взаимодействия. Все очень понятно и логично. Вальтер держит тыл, Каратель – правый фланг, еще один снайпер – левый. Амир разворачивает оптику, цепляет к ней видеокамеру и соединяет все это кабелем с ноутбуком. Ислам уже подготовил мощную винтовку и укладывается в лежку. Все спокойны и собраны, нервничаю, похоже, только я.

Солнце восходит, и становится совсем светло. Туман уносится с первыми же порывами ветра. Каратель диктует данные с метеостанции. Далее – корректировка прицела и напряженное ожидание. По рации приходят доклады от других групп, которые тоже готовы к работе.

Проходит час. Тишина. Вот где-то вдалеке бухают разрывы и стрекочут пулеметы. Снайперы никак на это не реагируют – видимо, для них это обычное дело. Еще несколько минут ожидания. Вдруг раздается голос Амира:

- Движение на 11 часов!

Надо пояснить. Это так называемая часовая позиция: положение объекта обозначается по аналогии с двенадцатичасовым циферблатом. 12 –это прямо перед говорящим, 11 – чуть левее. Я смотрю в том направлении, куда указал Амир. Посадка как посадка – ничего примечательного. А, нет… Точно! Среди деревьев мелькнула человеческая фигура в камуфляже.

- Вижу! – это отзывается Ислам.

Смотрю на командира и, получив немое разрешение, подползаю к монитору. Мощная оптика увеличивает мужчину в пятнистом камуфляже российского образца. За плечами у него рюкзак, а на уровне пояса болтается автомат.

- «Шахтер», — поясняет появившийся за моим плечом Амир.

«Шахтерами» украинские снайперы называют вооруженных людей на той стороне. Безоружный у них - это просто «тело». В «тела» обычно не стреляют без веских оснований.

Наш «шахтер» с автоматом доходит до угла, образованного двумя посадками, и поворачивает к ближайшему блиндажу. В воздухе повисло напряжение. Снайперская группа заметно напряглась, выжидая, что будет дальше. Вот он останавливается на секунду и берет левее блиндажа.

- Видимо, окоп залит водой, и он пошел по дороге за посадкой, — комментирует Амир.

Фигура скрывается за блиндажом и через несколько секунд появляется с другой стороны. Это фатальная ошибка. Дальше идет участок очень редкой посадки, а грязь и тяжелый рюкзак мешают наемнику (впрочем, это может быть и кадровый русак) ускориться.

Ночная работа снайпера

Хлесткий выстрел больно бьет по ушам. На экране монитора видно, как пуля, словно молот, сшибает с ног боевика, и он тяжело падает в грязь. Шуршит рация: с других наблюдательных пунктов подтверждают, что цель поражена. Однако Ислам не покидает позицию, а еще какое-то время смотрит за врагом: как он будет себя вести. Мы тоже сидим тихо, как мышки. Проходит полчаса, никакого движения. И тут – бах! Метрах в пятидесяти разрыв. Нас таки засекли и начали обстреливать чем-то тяжелым. Командир спокойно приказывает отходить. Военнослужащие без лишней суеты собирают оптику, оружие и карематы.

…Сзади – какие-то звуки. Все насторожились. Амир вскидывает автомат, но оказывается, что это свои. По лестнице к нам вваливается командир разведчиков с позывным Наиб.

- О, вы здесь? А меня сепары только что чуть ВОГом не нахлобучили. Недолет.

Он стряхивает с камуфляжа цементную пыль, мелкие кусочки штукатурки и шифера. Наше подразделение выдыхает. Обстрел к тому времени прекратился, и Ислам отменяет свой предыдущий приказ. Мы остаемся на месте до темноты, чтобы посмотреть, придет ли кто-то за телом убитого россиянина. Но никто не появляется. Командир что-то бурчит в рацию, и с нашей стороны начинают работать пулеметы. Они целят по амбразурам и брустверам.

Под прикрытием их огня мы быстро просачиваемся через пролом в стене под забор соседнего дома и попарно, а потом на полном ходу пересекаем открытый участок. Триста метров, и вот уже украинские позиции. Группа сбавляет ход. Напряжение отпускает…

Автор – Виктор Босняк