Споры о возрасте, советский вандализм и загадочные хачкары: как в Аккермане один из древнейших храмов области восстанавливают  

На территории копошатся рабочие. Они делают административную пристройку возле главных ворот участка. Самих ворот пока нет, их реставрируют отдельно. Представить, как будет выглядеть вход с улицы Греческой, можно на примере входа с улицы Кутузова — небольшая кованая калитка в арке из бутового камня и ракушечника. Мастера говорят, что следуют европейской традиции реставрации и весь новодел нарочито современен, потому что они не пытаются в точности подделать аутентичные части. Потомки должны точно знать, когда что было создано или воссоздано.

Недалеко от главного входа выложены найденные на территории надгробные плиты. Первые две в советское время вмонтировали в здание в качестве карнизов. Когда-то двор армянской церкви был в несколько раз больше современного участка и примыкал к древнему кладбищу в армянском квартале города. Сейчас часть территории занимают частные владения аккерманцев и детский садик.

Небольшую экскурсию по территории храма нам провел глава историко-культурного комитета Союза армян Украины, куратор восстановления святыни Давид Давтян. Он профессиональный историк и кандидат наук.

По словам ученого, одной из главных проблем была вода, которая буквально лилась по стенам древней церкви.

«Вся влага с территории стекала во внутренние помещения, за алтарной апсидой было небольшое озеро. Мы сделали водоотвод на всей территории и только после этого приступили к восстановлению самого здания», — говорит наш спутник.

Следующей задачей было освободить храм от советского наследия. Именно советский период, говорит Давид, нанес памятнику архитектуры максимально возможный урон.

«После закрытия помещение церкви служило музеем атеизма и планетарием, в последнее время тут базировалась археологическая экспедиция, — рассказывает историк. — Здание оштукатурили, а живопись внутри просто побелили. Между образами клали проводку, выключатели монтировали прямо на лица святых!».

Реставраторы освободили здание и окружающий территорию забор от штукатурки, дали возможность древнему камню дышать, обработав его специальными гидрофобизаторами. Восстановили кровлю, сохранив старые перекрытия, выполненные из дранки, заменили все водосточные трубы, для чего скопировали сохранившиеся.

Безликую бетонную плитку, которой был уложен весь внутренний двор, тоже сняли. Теперь между сформированными, но еще не засеянными газонами проложены тропинки из бутового камня, как сотни лет назад.

В пяти метрах от храма высится почти точная реплика деревянной колокольни. Ее предшественницу разрушили в 1956 году. До этого окрестности храма оглашались перезвоном пяти колоколов. По слухам, их передали Одесской киностудии. 4 июня 2018 года глава украинской епархии Армянской апостольской церкви, епископ Маркос Оганесян освятил два новых колокола.

Мы спускаемся в храм. Двенадцать ступенек отделяют изнывающий от жары двор от прохлады полуподземелья. То, что церковь появилась в годы османского владычества, наложило отпечаток на ее архитектуру. Турки обычно не возражали против христианских храмов на своей территории, но только в том случае, если они не возвышались над самой низкой мечетью. Поэтому все церкви Бессарабии, построенные ранее конца XVIII века, углублены в землю.

Главный зал почему-то напомнил тот, из которого Коля Герасимов, герой известной повести Кира Булычева, случайно проник в светлое коммунистическое будущее. Не хватает разве что загадочной двери за апсидой, где пряталась машина времени. Советское прошлое и здесь оставило свои следы. По словам Давида Давтяна, неумелая гидроизоляция цементом марки 500 и смолой уничтожила аутентичную кладку.

«Мы оставили старую часть сверху, а нижнюю гидроизоляцию демонтировать невозможно, — рассказывает специалист. — При этом со своими функциями она не справлялась, и нам пришлось ее тоже гидроизолировать».

Пожалуй, самое впечатляющее, что сохранилось в древнем храме, — это живопись и древние, вмурованные в стены хачкары, «крест-камни». Лики святых удалось сохранить и полностью обновить живопись в приалтарном пространстве. Меньше повезло фрескам в приделе главного входа. Реставраторы надеются полностью восстановить их, но уже после того, как храм начнет полноценно работать.

Ученые до сих пор спорят относительно точной даты строительства церкви. По одной из версий, ее возвели греки, и первоначально сооружение служило монастырем, а армянам его передали только в XVI веке. По другой, храм построили веком позже сами армяне, причем предварительно заплатив крупную взятку османской администрации Аккермана. Неразбериху вносит большое количество различных закладных камней и могильных плит, вмонтированных в здание.

К примеру, в южном приделе находится закладная плита 1699 года, гласящая: «Волею бессмертного Бога мы, аккерманский народ и купцы, построили святого Авксентия церковь», — а в северной ризнице есть трапециевидная плита, датированная 1703 годом. В южной же стене, недалеко от апсиды, под окном, устроена ниша, где находится хачкар 1446 года.

Давид Давтян — сторонник ранних датировок. Он уверен, что хачкары — местного происхождения, а строительную плиту 1699 года принесли из другого храма.

«Все элементы армянской архитектуры указывают на XV век. Анализ фресковой штукатурки показал, что она идентична по возрасту греческому храму, построенному тоже в XV веке», — говорит ученый.

Снимая слои штукатурки, реставраторы обнаружили два ранее неизвестных хачкара, вмурованных в стену. Эта находка добавила и без того таинственной истории храма еще несколько загадок.

Автор — Александр Гиманов