Трагедия «Виктории»: кто позволил виновным избежать наказания? (колонка редактора)

Со дня трагедии в детском лагере «Виктория» прошло 9 лет. За это время НИ ОДИН человек не получил реальный срок за смерть трех девочек: Снежаны Арпентий, Насти Кулинич и Сони Мазур. Это вина нашей судебной системы и каждого из нас. Моя тоже.

Пожар начался в 23:26. Я приехала в «Викторию» уже за полночь 16 сентября. К этому моменту деревянный корпус догорал. Мы еще не знали, что дети сгорели заживо. Кто-то бросил родителям идею, что их дочери убежали, и отчаявшиеся взрослые за нее ухватились. По крайней мере кто-то из них.

Я помнила, как мужчина кричал: «Трое детей из одной комнаты пропало! Трое в одной комнате. Их забыли. Забыли!»

Тогдашняя профильная вице-мэр Зинаида Цвиринько виновато молчала. И не только она.

Детей из сгоревших корпусов переводили в уцелевшие, кого-то забирали родители.

Ближе к 3-м утра нашли первое тело, потом второе.

Уже утром, в субботу 16 сентября, разные одесские СМИ начали журналистские расследования. Подробности шокировали — деревянные срубы нельзя было принимать в эксплуатацию, там было нарушение на нарушении. Пожарную сигнализацию отключили сами сотрудники лагеря. В гидрантах не было воды. Подрядчики «Виктории» построили деревянные домики для базы отдыха сына директора лагеря Петроса Саркисяна.

Директор департамента образования Елена Буйневич написала в Facebook, что идет в отставку.

Тогдашний губернатор Максим Степанов провел большое совещание. Спасатели кивали на мэрию, Геннадий Труханов открещивался от всех обвинений.

Вечером того же дня на Думской площади прошел митинг. В трагедии винили в том числе и мэра.

И вот в этот момент расплата казалась неотвратимой. Невозможно было поверить, что такое может пройти безнаказанно. Это была первая из череды страшных трагедий: пожар в больнице на Воробьева (7 погибших), «Токио Стар» (9 погибших) и доме Асвадурова (16 погибших) еще впереди.

Каждый день выходили публикации, вскрывавшие просто уму не постижимые коррупционные схемы. Да и уровень равнодушия шокировал.

Однако мы ко всему привыкли.

Сначала была череда бесконечных судебных заседаний. На старте — по мерам пресечения. Ответственную за пожарную безопасность Наталью Цокур (Янчик) отправили в СИЗО. Из нее явно хотели сделать козла отпущения. После того как горожане остро отреагировали на такое «правосудие», в Одессу приехали нардепы и взяли ее на поруки. Женщину отпустили.

А вот ее начальник — Петрос Саркисян — провел за решеткой более двух лет. До декабря 2019. На пару дней его выпустили на свободу, но общественный резонанс сыграл свою роль, и Саркисяна вернули под стражу.

В итоге Цокур признали виновной, но дали условный срок. Саркисяна оправдали буквально полторы недели назад. И честно говоря, не могли не оправдать, потому что судили по заведомо провальной статье. Не буду сейчас уходить в эти дебри, можно прочитать вот тут.

Дело в отношении бывшего начальника Киевского райотдела ГСЧС Валерия Дьяченко закрыли из-за истечения пятилетнего срока давности. А вот его подчиненного, инспектора Леонида Бондаря, который проверял противопожарную безопасность детского лагеря незадолго до трагедии, оправдали.

Вице-мэр Зинаида Цвиринько ушла на пенсию и покинула Одессу. Она не приходила в суд, заседания переносились, скорее всего, дело закроют за сроком давности.

Я не могу для себя ответить, почему так получилось. Почему мы стали настолько толерантны к несправедливости. Хочется, конечно, чтобы виноваты в этом были коррумпированные чиновники или судьи. Или вот строители, которые не пропитали стены огнеупорными растворами. Очень хочется.

Авторка — редакторка «Думской» Алия Замчинская