В 20 километрах от «нуля»: как одесский коммунальщик верхом на белом лебеде победу копал  

Когда-то, после войны мы начнем узнавать то, о чем сейчас говорить нельзя. И поразимся тому, какая грандиозная работа велась для обороны и победы. Окажется, что ваш сосед ездил на трамвае на сутки в порт — и там отстреливал вражеские «шахеды». А ботан-очкарик, вечно заливавший вас сверху, не убежал в Европу, а защищал нас на Херсонском направлении. И был комвзвода. А дядя Петя, который приходил чинить вам кран, не заболел, а уезжал строить оборону на Донецком направлении. О наших волонтерах и парамедиках уже слагают легенды, представляете, что будет, когда можно будет «рассказать все». Это такой почти стандартный набор, когда тебе говорят «герой» ты представляешь кого-то из них.

Наш Дмитрий Жогов расскажет сегодня про еще одного героя без плаща, одесского коммунальщика, который «верхом на белом лебеде» ковал копал победу в 20 километрах от нуля. Думаете, мы тут с ума все посходили? Нет, так все и было. У нас даже фото есть.

Структурное подразделение коммунального предприятия «Городские дороги» — словно засекречено. Таксисты ломают головы, как туда вообще проехать. А интернет ещё на подходе к их базе приказал долго жить. Территория, как и положено, охраняется суровым дедулей на проходной. Здесь по-армейски чисто.

Подразделение отвечает за ливнёвки и уже три года выезжает на прилёты. Главная задача — обеспечить пожарных водой и расчистить дороги для проезда техники. И ещё, как выяснилось, — копать и строить укрепления.

— Я вот этого не люблю… Эти вот интервью всякие, — говорит Пётр Сеняк, машинист экскаватора, и немного краснеет.

Хотя я уверен, что никто никогда интервью у него не брал.

— Мне бы по-быстрому… Потому как на объект ещё ехать сегодня. Каналы чистить.

Но начальство позвало нас в кабинет — и Пётр, вздохнув, пошёл. Знает же, что если его начальник, Игорь Поштаренко, говорит, что надо — значит надо. Надо интервью — значит будет интервью.

— Если вы хотите узнать, — шутит Игорь, — почему пятеро рабочих стоят у ямы, пока один внизу возится, а остальные курят — сразу скажу: а что им там делать? Представляете, если их туда всех столкнуть? Там же давка начнётся!

— Как вы решаете, кто поедет в «горячие точки»? — задаю я главные, наверное вопрос.

— Мы собираем людей и спрашиваем: кто хочет? — отвечает Игорь. — Там люди находятся определённый период. Меняют друг друга. Всё — добровольно.

— По желанию, конечно, — добавляет Пётр. — Если бы не хотел, не поехал бы. Был на Донецком направлении. Там даже воздух другой. Наверное, из-за того, что топят углём. Везде уголь. И ещё — запах пожарищ.

В Покровске, ближайшем к месту временной дислокации одесситов городе, разрушены все мосты и эстакады. Общественный транспорт не ходит уже давно. Люди передвигаются на велосипедах. Дорога в Селидово усыпана осколками от снарядов. Покровск живёт без воды и света уже три года. Очень много почерневших, обезлюдевших многоэтажек без окон. Смотришь на них — и думаешь: неужели такое может случиться и с моим городом?..

— Когда приехали, — рассказывает Пётр, — сменщик радовался как ребенок. Ключи да путевки сдал и уехал. Объяснил в двух словах, что и как, и — все, в дорогу. Там много и не расскажешь — обратный путь восемь часов. Водитель ждет.

Жили коммунальщики в старом детском садике. А работали — в двадцати километрах от «нуля».

— Там бывает громко. Да и в Одессе тоже бывает же! То перелёт, то недолёт. А попадёт или нет — то уж судьба. Никто от этого не застрахован. Бывало, вечером едешь с работы по знакомой дороге — смотришь: а пары хат уже нет.

Пётр заступил на вахту вместе с «Белым лебедем». Маленьким экскаватором «Терекс», который успел стать родным. Для рытья окопов — что надо. Он у Петра особенный: белого цвета. За это и получил свое прозвище.

— Все жёлтые, а он один — белый, — говорит Пётр с любовью.

— А почему из Одессы нужно было везти экскаваторщиков? Удивляюсь я. — У них там своих нет?

— Так это со всех областей собрали! Там и винницкие, и кировоградские, и черкасские! Всем миром защищались украинцы. Чтобы построить оборонительные сооружения, города выделяли своих лучших специалистов.

— А как с убежищами?

— Мы же туда приехали работать, а не прятаться. — смеется Петр. — По три-четыре экскаватора на одной позиции. Старались, чтобы техника не стояла кучно. Главное — быть в работе. Ни на что не отвлекаться.

Они работали на совесть, не замечая грохота взрывов и чёрного дыма от прилётов. То спереди. То сзади. Со всех сторон.

— Не люблю стоять без дела, — говорит Петр. — Бывает, что весь день копаешь. А бывает, когда позицию меняют — стоишь час, ничего не делаешь. Нет, это не по мне. Лучше, когда в деле.

Военные показывали, как выглядят оборонительные позиции на Покровском направлении.
Очень длинные траншеи, сверху накрытые маскировочными сетками, а местами — досками.
Стенки усилены металлическими каркасами и сеткой. Пол — выложен деревом. Получились почти комфортабельные окопы. А вот у оккупантов легкой прогулки не получится.

— Конечно, военные инженеры, кураторы всё объясняли: что делать, куда повернуть. Всё строго по чертежам, — объясняет Петр.

На позицию давали срок — три-четыре дня. Поломался, не поломался — работать надо. Через несколько дней ты уже должен быть в другом месте. Уйти куда-то нельзя. Шаг вправо — шаг влево может быть опасен. Еду доставляли прямо в поле. Вода там такая, что пить её нежелательно. Поэтому и она была привозная.

— А на выходные вина купить, или водочки на праздник? — провоцирую я. 

 — Какой там праздник? — недоумевает Петр и начинает смеяться. — Праздник? Тоже скажете… Выходной был один раз — когда поле залило. Туда даже заехать было невозможно. Но лучше бы была работа. Потому что никуда не пойдёшь. А сидеть — ничего интересного.
А так — дождь не дождь, всё равно работать надо. Шесть населённых пунктов мы окопали полностью. Мне нравится, как мы сделали, — в его словах звучат горделивые нотки. — Ну, а как сменщик приехал — я ему койку показал и поехал. Парень-водитель за рулём почти сутки не отдыхал. А надо было успеть пересечь Донецкую и Днепропетровскую область до комендантского часа. Ну, ладно, я пойду. Канал сам себя не очистит…

Петр уехал.

Вот и выходит, что, обычный одесский экскаваторщик на белом «Терексе» (может и не очень обычный, а экскаваторщик шестого разряда) действительно помогал останавливать врага – и это лишь одна история тысяч. А пока Петр Сеняк снова чистит каналы, просто помните: герои гораздо ближе, чем кажутся, и часто носят не плащи, а оранжевые жилеты.

Автор — специальный корреспондент «Думской» Дмитрий Жогов