The Times: осенью украинские военные пытались вернуть Запорожскую АЭС, но безуспешно

Тайную попытку вернуть Запорожскую атомную станцию предпринял Киев в октябре 2022 года.

О том, чем была вызвана и как проходила операция, пишет The Times.

Почти 600 элитных украинских военных, рассредоточенных вдоль Днепра и свыше 30 судов, «начиненных оружием — грозными подарками от друзей с Запада», приняли участие в этой «авантюрной» операции.

Их приказ: начать наступление, чтобы отбить Запорожскую атомную электростанцию у россиян на противоположном берегу.

Киев никогда не признавал факт нападения на крупнейшую в Европе атомную электростанцию, но украинские спецназовцы, сотрудники военной разведки и военно-морского флота, участвовавшие в операции, рассказали The Times подробности крайне опасной операции по возвращению объекта.

К ночи налета российские войска удерживали электростанцию более шести месяцев, используя ее территорию для обстрела украинских городов на другом берегу и крупного металлургического завода в Никополе. Отчаянная попытка Украины вернуть объект и причины, по которым она это сделала, подчеркивают риск ядерной катастрофы на спорной станции для Европы.

Рафаэль Гросси, глава Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ), посетил объект на прошлой неделе в попытке заключить соглашение о демилитаризации территории вокруг шести ядерных реакторов.

«Очень, очень важно, чтобы мы согласились с фундаментальным принципом, что атомная электростанция не должна подвергаться нападению ни при каких обстоятельствах», — сказал Гросси во время своего визита, который состоялся через неделю после того, как The Times попросила МАГАТЭ прокомментировать рейд. «Она также не должна использоваться для нападения на других. Ядерная авария с радиологическими последствиями не пощадит никого».

Время Х - 19 октября 2022-го. Участники операции понимали, если они переживут войну, то об их миссии можно будет рассказывать внукам, сказал один из офицеров.

«Идея заключалась в том, что это будет бой только пехоты. Они не смогут использовать против нас артиллерию, поскольку это атомная станция», — сказал офицер.

Даже самые младшие из его братьев по оружию были уже закалены в боях, их набирали из отборных подразделений военной разведки Украины, ГУР, включая батальон «Шаман», полк «Кракен» и Украинский иностранный легион. Однако никто из них не ожидал того сопротивления, с которым они столкнутся на электростанции.

«Русские построили очень плотную оборону, они все заминировали, — продолжал офицер. Когда мы приближались, они даже подтянули танки и артиллерию и начали обстреливать нас прямо на воде».

Несмотря на стратегическую важность объекта, российская оккупация была недисциплинированной, хаотичной и опасной, уверяет глава «Энергоатома» Петр Котин.

«Они делают все, что хотят, когда им взбредет в голову. Например, одна группа начинает ремонтировать линию, соединяющую ЗАЭС с украинской электросетью, а другая группа обстреливает ее».

Хотя реакторы остановлены с 11 сентября, чтобы избежать катастрофы, станции необходимо электричество для перекачки теплоносителя вокруг ядерного топлива.

«Станция уже шесть раз была в режиме полного отключения, работая только на резервных дизельных генераторах, запас топлива на которых сейчас составляет две недели. Если они остановятся, то произойдет плавление в шести реакторах и шести бассейнах с отработанным топливом. Некоторые реакторы расплавятся за три часа, некоторым понадобится день», — добавил Котин.

По словам работников станции, перед рейдом российские войска пытали персонал, ответственный за безопасную эксплуатацию реакторов, что увеличивает риск человеческой ошибки, которая привела к катастрофе в Чернобыле. За два дня до штурма, 17 октября, «Энергоатом» сообщил, что Олег Костюков и Олег Ошек, два старших сотрудника, от которых зависит безопасная работа реактора, были похищены российскими войсками, что еще больше повысило уровень опасности.

К октябрю на станции были нарушены все семь основных принципов ядерной безопасности, согласно МАГАТЭ, которое заявило, что присутствие российских войск на ее территории ведет к катастрофе. Администрация президента Зеленского обратилась в Организацию Объединенных Наций с просьбой помочь выдворить путинские войска, но недели дипломатии не смогли устранить угрозу. Украина решила взять дело в свои руки.

Когда катера спецназа пересекали участок реки шириной почти три мили, высокоточные ракеты Himars ударили по российским позициям на берегу реки.

«Это работает наша артиллерия и Himars. Вот они обстреливают нас в воде, на Днепре», — рассказывал офицер, показывая видеозапись штурма The Times, объясняя, как его патрульный катер прощупывал российскую оборону на берегу в поисках слабых мест.

На вопрос о том, предоставляли ли США цели для Himars перед рейдом, источник в американском оборонном ведомстве подтвердил, что «чувствительные ко времени» разведданные были предоставлены украинским спецподразделениям, хотя они отказались сообщить конкретные детали. «Мы делимся с ними информацией, но они сами отвечают за выбор, расстановку приоритетов и окончательные решения по борьбе с угрозами», — сказал источник.

Как только украинские катера приблизились к береговой линии, российские орудия открыли огонь, вынудив солдат изменить направление.

«У нас были скоростные катера, много катеров», — сказал офицер. «Мы неоднократно атаковали их позиции, с нашего берега на их берег. Они продолжали обстреливать нас, очень сильный обстрел».

Горстка украинских спецназовцев на небольших лодках сумела добраться до берега с рассветом и вступила с русскими в трехчасовую перестрелку на окраине города Энергодар, который примыкает к заводу. Однако основные силы не смогли высадиться на берег.

«Проникновение такой большой группы было невозможным, — сказал офицер спецназа. С небольшими группами, да, мы продвигались, проникали и сражались с ними. Но с большой группой это было невозможно, так как они таились повсюду».

Его команда пыталась вступить в бой с танками на береговой линии, но было трудно стрелять из противотанковых орудий, двигаясь на скорости по воде. Более крупные катера маневрировали, пытаясь атаковать Энергодар с противоположного фланга, но постоянный град огня в конце концов заставил всех украинцев отступить.

«Множество жизней было спасено благодаря командиру этой операции. Когда он понял, что будет очень, очень трудно и мы понесем большие потери, вместо того, чтобы тупо сказать: «Вперед!», он решил, что мы можем отступить», — добавляет военный.

Даже среди высокопоставленных украинских чиновников, которые убеждены, что русских нужно выбить, попытка силового захвата станции считается спорной.

«Если наша армия сможет продвинуться на юг в сторону Крыма, в сторону Мелитополя, то это единственный вариант — никаких прямых обстрелов завода, никакого прямого продвижения на территорию завода с прямыми действиями против русских. Очень опасно делать такие вещи вблизи ядерного материала. Любое повреждение принесет радиацию людям и всему миру», — добавил Котин из «Энергоатома».

Однако самой большой угрозой для станции остается российское присутствие на ней, подчеркнул Котин. Сегодня россияне используют центры управления в качестве казарм, устанавливают пулеметные установки на крышах зданий станции и строят укрепления рядом с хранилищами радиоактивных материалов. Они держат грузовики с боеприпасами внутри турбинных залов реакторов, рискуя получить ядерный инцидент, который может омрачить жизнь Украины на десятилетия, добавил он.