Это не значит, что люди не живут своей частной жизнью, не празднуют семейные торжества, не радуются рождению детей и так далее. Нет — это означает, что растёт атомизация и ощущение внутреннего разрыва как внутри общества, так и между обществом и властью.
Во многом к этому привели обстрелы российских оккупантов, которые делают жизнь людей невыносимой, однако определяющую роль сыграло именно поведение команды президента Зеленского.
Все видят уровень коррупции в стране, то, как ТЦК ловят людей на улицах, как фиктивно бронируют «своих» прикормленных журналистов на мемориальных комплексах, как в одних регионах де-факто нет войны, тогда как в других — разруха. Это уже невозможно списать на российское ИПСО, да и никто, в принципе, не хочет этого делать.
Это та стадия «семейных» отношений, когда уже никто не стесняется разбрасывать носки по дому, громко икать и ругаться, не подбирая слов. Просто уже всё равно. Примерно похожая ситуация и за пределами Украины.
Если в начале войны об Украине было принято писать либо только хорошее, либо ничего, то затем всё чаще стали писать о коррупции, а теперь о стране и вовсе часто не вспоминают — несмотря на то, что Россия устроила холодомор, а люди сидят без света и тепла. Кроме того, накопилась сильная усталость лично от президента Зеленского.
Если раньше его пафосные речи зажигали сердца, то теперь они вызывают отторжение. Ярким свидетельством этого стало выступление на экономическом форуме в Давосе, где президент Украины с пафосом обличал Запад за недостаточность помощи Украине, за игнорирование угрозы со стороны России, а также зачем-то комментировал внутреннюю ситуацию в Иране и Венесуэле.
Роль морального авторитета, которую на себя примерил президент Зеленский, всё больше расходится с реальностью. Недаром министры и советники многих европейских стран поспешили деликатно напомнить президенту Украины, что страна полностью зависит от Европейского союза и что «не до жиру — быть бы живу». В общем, если выразиться одним словом, прошла любовь и завяли геополитические помидоры.
В этой ситуации лучшее, что мог бы сделать президент Зеленский, — это просто уйти, передав власть другому человеку, чтобы общество ожило от ощущения безнадёжности и постоянного калейдоскопа одних и тех же лиц, которые уже не тянут на «молодую команду», но всё ещё эксплуатируют этот образ.
Президенту Владимиру Зеленскому исполнилось 48 лет — практически столько же, сколько было Порошенко, когда он стал президентом Украины. Кстати, по иронии судьбы, Зеленский в своих выступлениях в 2019 году часто эксплуатировал усталость общества от Порошенко.
Хотя всё познаётся в сравнении: многие из тех, кто в 2019 году хотел избавиться от Порошенко и избрать «своего парня» президентом, уже лежат на кладбище. Это та цена, которую они заплатили за беспечность при своём выборе.
Президент Зеленский в свой 48-й день рождения не может не понимать, что рано или поздно гаснет свет и правлению любого политика приходит конец. Фактически, если предположить, что выборы состоятся через год, то к тому моменту президент Зеленский будет находиться у власти уже восемь лет.
По Конституции 1996 года это два полных президентских срока, и попытка во второй раз ввести общество в заблуждение на тему того, что «чертовски хочется поработать» и что второй срок якобы не считается, — не факт, что сработает.
Всё будет зависеть от настроений в обществе. Если сохранится та же апатия, что и сегодня, то можно с уверенностью ожидать, что все дружно, как по команде, проголосуют за продолжение ещё на пять лет правления президента Зеленского.
Многое будет зависеть от характера российской агрессии и от того, в какой исторической и географической точке Украина сумеет остановить агрессивную политику Путина. Путину не нужны территории — ему нужна вся Украина как составная часть России либо Украина, вернувшаяся под российский протекторат.
Это вопрос мужского инстинкта Путина. Если бы политический инстинкт не был подавлен мужским, Путин не начинал бы агрессию против Украины, не аннексировал бы Крым, не провоцировал гражданское противостояние на Донбассе и тем более не начинал бы полномасштабное вторжение 24 февраля 2022 года. Каждый новый клочок территории не приближает Путина к цели, а, напротив, отдаляет её.
Ирония в том, что в этой войне слишком много личного, но ни президент Зеленский, ни диктатор Путин не планируют уходить. А значит, личные противоречия будут лишь обостряться, а все разговоры об их возможной встрече — не более чем наивность западных переговорщиков, которые считают, что двусторонний диалог способен сдвинуть ситуацию с мёртвой точки. |
