пс2

Артем Филипенко / 18 августа 2021, 01:05

К 80-ЛЕТИЮ ОБОРОНЫ ОДЕССЫ: «НЕ  СМОГЛИ ВЗЯТЬ ОДЕССУ ОДНИ», СКОЛЬКО НЕМЕЦКИХ ЧАСТЕЙ БЫЛО ПОД ОДЕССОЙ В 1941 ГОДУ


 Несколько лет назад мною был подготовлен цикл статей под общим названием «10 мифов обороны Одессы». Демифологизация истории, в особенности, истории войн — занятие необходимое, но увы, неблагодарное. Мифы создаются в угоду официальной пропаганде. Их создание, в какой-то степени, даже оправдано — на чем же воспитывать подрастающее поколение, как не на героических деяниях предков. Кому нужна правда о войне во всей ее неприглядности и грязи? Мифы живучи, потому как удобны. Яркий пример — история 28 панфиловцев. Уже казалось бы, и документы есть, и свидетельства очевидцев, которые говорят — все это выдумка пропагандистов. И все равно в России сняли сериал о несуществовавшем подвиге. Потому как «дедывоевали» и вообще очень красивая легенда.

         Вокруг обороны Одессы также за прошедшие 75 лет также возникло немало легенд и мифов. Но из года в год в оборот включаются новые материалы, как из архивов бывшего СССР, так, в нашем случае и из румынских. Они дают возможность по-новому посмотреть на события того времени, очистить их от наносного, глянца и лоска, которые, по большому счету и не нужны. Никто не ставит под сомнение героизм солдат, защищавший Одессу в 1941 году. Иное дело — понять, почему произошло так, а не иначе, почему при превосходстве в личном составе и технике, 4-я румынская армия на протяжении двух с лишним месяцев не могла взять город. Надо сказать, что за последнее время в Румынии появилось немало книг, посвященных Второй мировой и, в частности, событиям 1941 года. Однако, наряду с новыми фактами, некоторые румынские авторы создают новые мифы, которые в свою очередь, также приходится развенчивать. Истина чаще всего, где-то посредине. И получить оптимальный результат можно только сопоставляя данные и факты, приведенные как в румынских, так и советских документах.

         Представленные статьи — просто попытка включить ряд новых сведений и документов. Очевидно, что эта работа, скорее всего, будет продолжаться. Есть немало интересных документов, касающихся периода оккупации и периода освобождения. И все они ждут своего часа и своего читателя. Эти статьи были опубликованы в разное время и в разных изданиях и юбилейная дата дает возможность собрать их воедино, а формат блога — опубликовать вне зависимости от объема и времени публикации.

 Советский кинематограф создал образ врага начального периода войны – солдат Вермахта с засученными рукавами серо-зеленого мундира и с пистолетом-пулеметом МП-38/40 (именуемом в народе «шмайсер») наперевес. Образ этот оказался настолько прочным, что до сих пор кочует из фильма в фильм. Влияние этого стереотипа не обошло в свое время и создателей художественного фильма «Подвиг Одессы», где основным противником советских солдат выступает тот же немецкий солдат. Впрочем, художественный фильм, пусть даже и исторический, остается художественным фильмом.

         Вопрос об участии немецких войск в битве за Одессу относится к числу спорных. Известно, что основной ударной силой, с которой пришлось сражаться Отдельной Приморской армии, была 4-я румынская армия. Однако как в исторической литературе, так и в мемуарах, посвященных обороне города, часто встречаются упоминаниях о «убитых гитлеровцах», «фашистских солдатах», «фашистских танках», что вносит путаницу. Как авторы мемуаров, так и авторы исторических исследований не свободны от сложившихся стереотипов.

Вопрос об участии немецких частей в боях под Одессой имеет особое значение, поскольку, с одной стороны, ставит под сомнение оценку некоторых современных румынских историков, считающих битву за Одессу «самой славной страницей в румынской военной истории», с другой – позволяет понять, почему при численном и техническом превосходстве 4-я армия более трех месяцев топталась у ворот Одессы. История не терпит сослагательного наклонения и потому не стоит пытаться ответить на вопрос: что было бы, если бы Одессу штурмовала не технически слабооснащенная и неподготовленная к ведению современных боевых действий румынская армия, а имеющие опыт боев в Европе немецкие части? Оставим его для любителей альтернативной истории.

Румынская военная мысль и практика ведения военного дела традиционно ориентировались на французскую военную школу. Однако, после поражения Франции в июне1940 г. румынское командование стало отдавать предпочтение германской школе. В октябре того же года в Румынию прибыла постоянно действующая германская миссия. Ее главной целью стала подготовка румынской армии к войне, при этом главноевнимание уделялось борьбе против танков и обучению младшего командного состава. Немецкие инструкторы из 13-й и 16-й танковых дивизий стали готовить румынских танкистов в соответствии с концепцией блицкрига.

В Румынию прибыл и Воздушный Экспедиционный Корпус, который согласно распоряжению фельдмаршала Вильгельма Кейтеля, должен был обеспечить в первую очередь противовоздушную оборону нефтяного района Плоешть, и соответственно подготовить личный состав румынской армии. Отряд летчиков-инструкторов под командованием подполковника Г. Хандрика, располагавшихся на аэродроме Пипера, начал тренировки румынских летчиков-истребителей

Немецкое командование согласилось поставить Румынским Королевским ВВС более современные боевые самолеты: Bf-109E и He-111E. В Германию, в срочном порядке, были посланы экипажи для прохождения двухмесячных курсов повышения квалификации. Программа подготовки состояла в обучении летчиков ночным полетам, полетам при нулевой видимости, навигации, полетам в сложных метеорологических условиях с использованием радиолокационных систем, посадкам с использованием радиомаяка. После прохождения курсов экипажи направлялись в 1-ю Бомбардировочную Флотилию, которая участвовала в летней кампании1941 г., вплоть до захвата Одессы. Всего за период с октября 1940 по июнь1941 г. было подготовлено, как в Румынии, так и в Германии, более 2 тыс. военных специалистов, из которых 1500 для ВВС и 500 для зенитной артиллерии.

В марте 1941 г. приступила к работе немецкая военно-морская миссия возглавляемая контр-адмиралом Ф.-В. Флейшером. Из Германии на румынский флотприбыл эксперта по минным заграждениям и группа специалистов различных родов вооружений. Предполагалась доставка в Румынию сухопутным путем нескольких малых подводных лодок, однако из-за трудностей с их транспортировкой и недостаточного количества таких лодок у самих немцев, германское морское командование от этого мероприятия отказалось. Это, кстати, во многом, облегчило задачу защитников Одессы.

Кроме того, немцы усилили береговую оборону румынского побережья.

Нацистское руководство Германии достаточно критично оценивало силы своих союзников. Накануне начала войны Начальник Генерального штаба сухопутных войск Германии генерал Ф. Гальдер писал в своем дневнике: «От румын вообще ничего нельзя ожидать. Возможно, они будут в состоянии лишь обороняться под прикрытием сильной преграды (реки), да и то только там, где противник не будет атаковать. Антонеску увеличил свою сухопутную армию вместо того, чтобы уменьшить ее и улучшить. Судьба крупных германских соединений не может быть поставлена в зависимость от стойкости румын».

Формально все войска, находившиеся на территории Румынии и готовившиеся напасть на Советский Союз, подчинялись генералу И. Антонеску. Фактически же планированием их боевых действий занимался командующий 11-й армией генерал-полковник Риттер фон Шоберт, которому Антонеску поручил разработку «всех директив и приказов, касающихся совместного ведения войны».

В августе 1941 г. румынские войска заняли Бессарабию и Северную Буковину. Гитлер летом1941 г. не вынуждал Антонеску оккупировать украинские земли на восток от Днестра. На основании только опосредованного предложения А. Гитлера, высказанного им в июле1941 г. в письме в адрес кондукэтора, последний фактически самостоятельно принял решение об участии в дальнейших военных операциях на территории Украины. Тем более, что фюрер пообещал передать в управление румынской администрации территорию между Днестром и Бугом, так называемую Транснистрию. Правда, полностью отдавать управление краем в руки румын немцы не собирались. В частности, навигация в Одесском порту должна была осуществляться по решению немецкого командования.

Генерал Гальдер 18 июля записал в дневнике: «Согласно указанию фюрера теперь следует приступить к операции по овладению Одессой. Для выполнения этой задачи предназначается корпус Ганзена в составе двух немецких и большого количества румынских дивизий. Эта частная операция, которую я считаю необходимой, будет являться эксцентрической по отношению к общей крупной операции на окружение».

Однако по настоянию Антонеску осуществление данной операции взяло на себя румынское командование. В итоге, в распоряжение 4-й армии вошла только одна немецкая дивизия из 54-го корпуса. Оперативная Директива №31 Генерального штаба к 4 армии определяла: «В резерве Генерального штаба будет находиться одна немецкая дивизия из 54 армейского корпуса, которая будет следовать в тылу 3 армейского корпуса». Была установлена линия разграничения между 4-й румынской армией и немецкой дивизией — Погребы – Szyoka (оба населенных пункта занимала 4-я армия) – Воробьёвка – Ново Николаевка – Гуляевка (все у 54 армейского корпуса) – Тилигульский лиман.

Отдельные немецкие части приняли участие в боях на начальном этапе битвы за Одессу. Так, по советским данным, части 72-й немецкой пехотной дивизии, действуя совместно с частями 5-го румынского армейского корпуса участвовали в боях восточнее Тилигульского лимана — в районе Сычавка – Рыбаковка и вдоль железнодорожной линии Одесса-Вознесенск. Немецкие и румынские части встретили серьезное сопротивление со стороны 26-го полка НКВД, который занимал оборону на данном участке.

12-13-августа части 72-й немецкой пехотной дивизии после двухчасовой артиллерийской подготовки пытались прорваться в район Кошары — Сычавка на Восток от Одессы. В основном же 72-я дивизия приняла участие в боях на территории Николаевской и Херсонской областей.

В дальнейшем на начальном этапе битвы за Одессу немецкое участие ограничивалось авиационной поддержкой. Немецкие авиационные части KG 27 (имели на вооружении бомбардировщики (He 111P), KG 51 (бомбардировщики Ju 88A) и II./JG 77 (истребители «Мессершмит» Bf109F), базировавшиеся в Бэлць (Бельцы), оказывали поддержку румынской авиации в ходе наступления 18 августа [9].

По мере того, как румынские части все больше увязала в боях под Одессой, немецкое присутствие на фронте под Одессой нарастало. Прежде всего, был направлен инженерно-штурмовой батальон, который потребовался для прорыва хорошо подготовленной линии советской обороны. 3 сентября этот батальон совместно со сводной группой полковника Михайлеску взяла село Вакаржаны.

К началу румынского генерального наступления 12 сентября наряду с румынскими частями (200 000 человек в 12 пехотных дивизиях, 3 кавалерийских и 2 фортификационных бригадах), уже действовал и немецкий отряд под командованием генерал-лейтенанта Рене фон Курбье (один пехотный полк, один саперно-штурмовой батальон и два полка тяжелой артиллерии).

Не удалось добиться особых успехов в битве под Одессой и немецким летчикам. Помимо поддержки наземных подразделений, на них и их румынских союзников, в условиях слабости румынского флота, возлагалась гораздо более важная задача — препятствовать военным и грузовым перевозкам в Одессу. Однако с этой задачей ни румынская, ни немецкая авиация не справились, несмотря на то, что для ее выполнения были исключительно благоприятные условия: недостаточное количество советских истребителей, отсутствие, на первых порах, надежного прикрытия у транспортов, идущих из Севастополя в Одессу.

Румынские минные заграждения могли бы сковать действия Черноморского флота у Одессы, блокировать Одессу с моря, и сделать невозможной интенсивные морские перевозки Севастополь-Одесса. Но в румынском флоте и ВВС отсутствовали надводные и подводные силы для минных постановок. Лишь 14 сентября немецкая авиация пыталась «заминировать» Одесский порт и выход из него, сбросив 15 мин, из которых только 5 упало в воду. Подобная постановка мин с воздуха могла только напугать, а не создать минную преграду.

Со второй половины августа 41-го, на коммуникациях, связывающих Одессу с другими советскими военно-морскими базами начали действовать немецкие бомбардировщики и торпедоносцы, переведенные со Средиземноморского морского театра. Но настоящей проблемой для советских моряков стали немецкие пикирующие бомбардировщики «Ю-87» из эскадрильи III./StG 77.

Так, атака немецких Stukas поставила под угрозу Григорьевскую десантную операцию, потопив канонерскую лодку «Красная Армения» и эсминец «Фрунзе», на котором плыли в Одессу контр-адмирал Лев Владимирский, который должен был руководить ремонтом и капитан 1-го ранга Иванов, у которого был план операции. Эсминец получил два прямых попадания. Контр-адмирал Владимирский и капитан Ерошенко были ранены.

Впоследствии начальник штаба Приморской армии Николай Крылов вспоминал: «Появление в наших краях бомбардировщиков Ю-87, очевидно, означало, что враг ищет более эффективные средства для борьбы с морскими перевозками между Крымом и Одессой, от которых полностью зависела Приморская армия. Тут было над чем задуматься. Тогда мы еще не знали, что гитлеровское командование перебросило в распоряжение группы армий «Юг» со Средиземного моря 10-й авиакорпус, имевший двухлетний опыт боевых действий против английских кораблей» [6. 191].

«Ю-87» подтвердили репутацию грозного противника и во время самой Григорьевской операции, когда ударами авиабомб были повреждены корабли, обеспечивавшие огневую поддержку десанта: эсминцы «Безупречный» (подвергся атаке 9 «юнкерсов», которые сбросили на него 34 бомбы. Прямых попаданий не было, но от близких разрывов эсминец получил серьезные повреждения) и «Беспощадный» (получил сразу два прямых попадания бомб в носовую часть).

Неудачи румынского наступления под Одессой вызвали разочарование высшего немецкого командования. 26 сентября глава германской военной миссии в Румынии генерал А. Хауффе был вызван к генералу Гальдеру, для того, что бы оправдать действия румынского командования в целом и И. Антонеску в частности. После встречи с Хауффе Гальдер записал в своем дневнике: «Генерал Хауффе докладывает об обстановке на одесском участке фронта: позавчера Антонеску принял решение просить немецкой помощи, так как румыны не смогли взять Одессу одни.

Антонеску требует: а) войска и б) помощи авиацией.

Обоснованность этих требований будет обсуждаться. Хауффе считает необходимым направить в помощь Антонеску: две дивизии, три-четыре тяжелых артиллерийских дивизиона, дивизион инструментальной разведки, армейский артиллерийский штаб, дивизион минометов «Небельверфер», штаб корпуса. Также необходима широкая поддержка авиацией.

Наступление должно вестись так, чтобы вначале наши части с северо-восточного участка фронта продвинулись до лиманов у северо-восточной окраины города. Одновременно должна проводиться подготовка к наступлению на северо-западную часть города. Наконец, в этом наступлении должны принять участие превосходящие силы.

Наступление на северо-восточном участке фронта не может быть предпринято ранее чем через 14 дней. Немецкие войска смогут оказать помощь только через три недели. Поэтому наступление, если его проведение будет задержано вышеприведенными факторами, удастся начать только через четыре недели.

Возможность выполнения этих требований будет проверена. Предлагается, чтобы обе дивизии — 99-я легкая пехотная и 71-я пехотная, — намеченные для переброски из Киева в Сербию и Францию, вначале использовались для действий у Одессы».

1 октября, вернувшись на фронт под Одессу, глава Германской военной миссии, провел встречу с генералом Антонеску. Во время встречи обговаривались спорные вопросы в связи со штурмом Одессы. Генерал А. Хауффе, от имени командования Сухопутных войск Германии, предлагал, накануне начала нового генерального наступления немецких войск на Восточном фронте, атаковать Одессу с северо-востока с задачей выйти на берег моря, одновременно осуществляя бомбардировки одесского порта. Вместе с тем, немецкий генерал пообещал румынскому диктатору способствовать привлечению к наступлению на Одессу большую группировку немецких войск.

Антонеску настаивал на том, что наступление на Одессу должно начаться сразу же по прибытии на фронт 4-х свежих румынских дивизий, и осуществляться исключительно силами румынских войск. Вместе с тем, кондукэтор попросил немецкое командование о возможной активизации действий немецкой артиллерии и авиации, направленных против советского флота.

После встречи Антонеску с Хауфе 5 октября Гитлер переслал в Германскую военную миссию письмо, в котором, обращаясь к И. Антонеску, подчеркнул стратегическую необходимость быстрого захвата Одессы. Гитлер советовал румынскому командованию согласовать план штурма города с немецким штабом. Гитлер указал, что может отправить в под Одессу только одну немецкую пехотную дивизию и то, только после того, как она будет высвобождена после выполнения поставленных задач. О серьезной авиационной поддержке со стороны немецкого командования в письме Гитлера вообще не шла речь. В этом же письме было указано что под Одессу будут переброшена немецкая тяжелая артиллерия. Гитлер дал указания о перегруппировке немецких войск, задействованных на северо-западном относительно Одессы участке фронта, на северо-восточный участок фронта, в сектор ответственности 5-го армейского корпуса (разбитого в ходе Григорьевской операции), где они должны были продолжать наступательные действия «после прибытия подкреплений немецкой артиллерии».

12 октября1941 г. командующий 4-й румынской армией генерал Иосиф Якобич, выдал «Оперативную инструкцию №5» для командующих армейскими корпусами, в котором отмечал: «армия начнёт снова наступать на Одессу в самый благоприятный момент (день «z»), наступая в первую очередь восточнее Хаджибейского лимана для занятия высот района Посёлка и Крыжановки, в дальнейшем для проникновения в Одессу через северную сторону. В день «z» главный удар будет наноситься с Запада на Восток для проникновения в Одессу через Татарку. День «z» связан с прибытием подкрепления от немецких союзников. На случай отступления противника, наступление начнётся немедленно, независимо от стадии подготовки того или иного подразделения».

В частности, ожидалось прибытие 132-й немецкой пехотной дивизии, которая должна была сменить пограничную дивизию и участвовать в атаке между Татаркой и Сухим лиманом, для занятия района Сванки и дальнейшего проникновения в Одессу через южную часть.

Как следует из переписки Антонеску и Гитлера, германские силы поддержки предполагалось использовать в боях на левом фланге 4-й румынской армии, с целью нанесения удара по местности к востоку от Куяльницкого Лимана и между Куяльницким лиманом и Черным морем, с целью нанести удар по зонам погрузки в одесском порту.

         День «z» так и не наступил. Свежим немецким частям так и не пришлось принять участие в боях под Одессой. К тому моменту командование Приморской армии заканчивало подготовку к завершению эвакуации войск, которые согласно приказу Ставки должны были отправиться в Крым. 15 октября эвакуация была успешно завершена,  оставшись наиболее успешной из всех подобных операций за Вторую мировую войну.

По оценкам румынских историков, для участия в «битве за Одессу» германское командование направило 7 батарей тяжёлой артиллерии (из которых 4 береговой артиллерии), 2 штурмовых батальона, 1 эскадрилью пикирующих бомбардировщиков, половину бомбардировочной эскадрильи. Неизвестно, сколько немецких солдат нашли свою смерть на одесской земле в 1941 году. Как правило, в статистике потерь фигурируют только цифры по 4-й румынской армии.

Таким образом, по мере того, как становилась очевидной неспособность румынской армии взять Одессу, численность немецких войск увеличивалась. Важным здесь является не столько количество, сколько качество участвовавших в боях за город немецких частей. Они позволяли компенсировать нехватку в 4-й румынской армии необходимой для штурма сильно укрепленных позиций советской Приморской армии тяжелой артиллерии. Эта же роль предназначалась и инженерно-штурмовым батальонам. Трудно переоценить также значение немецких пикирующих бомбардировщиков, способных действовать против морских целей. Уже первый опыт их применения привел к ощутимым результатам: только на протяжении 22-23 сентября два эсминца были серьезно повреждены, потоплены канонерская лодка и эсминец. Их привлечение, хоть и запоздалое, могло бы создать серьезные проблемы как для кораблей Черноморского флота, поддерживающих наземные войска, так и для судов, обеспечивающих снабжение Одессы.

 


Пост размещён сторонним пользователем нашего сайта. Мнение редакции может не совпадать с мнением пользователя



   Правила

Записи в блогах:
16 января 13 комментариев  
16 января 3 комментария  
16 января 2 комментария  
15 января 20 комментариев  
13 января 0 комментариев  
11 января 4 комментария  
11 января 9 комментариев  
10 января 3 комментария  






onclinic