На лазоревом поле вставал на дыбы лев ли, пардус, и хозяин на дыбе висел… Две судьбы, обе — падаль. С наглой лыбой вторым, выходящим на ринг, Солнце встало — кровь вдруг стала в артериях черной на миг, в венах — алой. Негатив был зернист, как картечь, серебро фотопленки соскоблили, чтоб не пропадало добро. Похоронка, как твит, некрологи-посты, в папке дело — и косая сажень, и крест-накрест версты. Хоть стемнело… |
