С одной стороны, ухудшение военного положения Украины, о котором говорит коллективный Запад, идёт нога в ногу с выходом Владимира Путина из дипломатической изоляции, в которой он находился весь 2022 год.
Уже мало кто помнит, что в марте 2023 года Международный уголовный суд выдал ордер на его арест, так же как мало кто вспоминает десятки ничем не подкреплённых соглашений о безопасности, которые Украина подписала с рядом стран, включая США.
Если соглашения с Россией не стоят бумаги, на которой написаны, то чего стоят обещания европейцев и американцев? Каждый преследует собственные интересы и хочет видеть в нас реалистичного партнёра.
Такими мы были во времена президентства Петра Порошенко. Тогда официальный курс Украины на НАТО и ЕС не раздражал Россию и не провоцировал её агрессию, а всё потому, что у власти находился опытный человек, понимающий: риторика — одно, а реальные дела — другое.
Мы были ближе к коллективному Западу в том смысле, что сохраняли пространство для манёвра и воспринимались как серьёзный партнёр.
За последние три года власть поставила нашу страну в положение просителя — не ради корысти, а «токмо волею пославшей мя жены». Вся наша мнимая финансовая стабильность держится на западных кредитах, которые ложатся тяжким бременем на будущие поколения украинцев, тогда как при Порошенко Украина развивалась в большей степени за счёт внутренних ресурсов.
Многих из тех, кто у избирательных участков говорил: «Ничего, хоть поржём», — к нашему несчастью и несчастью их близких уже нет с нами. Идя на голосование, они не видели связи между своим выбором и собственной жизнью. Некомпетентное правительство вместе с некомпетентным президентом и парламентом подвели страну к черте её существования, когда мы столкнулись с полномасштабной российской агрессией.
Биография действующего президента Украины показывает, что он не любит резких шагов, не прописанных заранее в сценарии. Владимир Зеленский не пошёл на выборы 2014 года, потому что под них не было сценария; он отказался от Минских соглашений, опасаясь реакции отдельных радикальных групп; теперь он не может взять ответственность за дальнейший сценарий войны.
Он не способен усилить мобилизацию, потому что боится всплеска негатива; хотел переподчинить НАБУ и САП, но затем дал задний ход, продемонстрировав слабость и нерешительность.
Теперь, когда администрация Трампа просит Киев сформулировать позицию по возможной передаче территорий агрессору, президент Украины уклоняется от ответа, опасаясь общественного взрыва.
Если бы он нашёл возможности и варианты выполнить подписанные Порошенко мирные соглашения, история могла бы пойти по другой траектории. Президент Украины Владимир Зеленский боится будущего и ответственности, поэтому страна живёт сегодняшним днём, текущими эмоциями и настроениями.
Время потеряно; перемены в Белом доме стали важным сигналом к переменам в мире. Буквально на днях, администрация Дональда Трампа опубликовала обновлённую стратегию национальной безопасности, где одним из главных интересов США названо скорейшее завершение войны в Украине и восстановление «стратегической стабильности» в отношениях с Россией.
В документе подчёркивается, что прекращение боевых действий необходимо для стабилизации европейской экономики, предотвращения эскалации и обеспечения восстановления Украины «как жизнеспособного государства».
Отдельно говорится, что конфликт усилил внешнюю зависимость Европы: например, немецкая химическая промышленность вынуждена переносить производство в Китай из-за отсутствия прежних объёмов российского газа. В стратегии резко критикуются правительства европейских стран — за нереалистичные ожидания от войны, внутреннюю нестабильность и «подавление оппозиции».
По мнению авторов стратегии, большинство европейцев хочет мира, но это не отражается в политике из-за подрыва демократических процессов. В отношении НАТО заявлен новый приоритет — прекращение «восприятия и превращения в реальность» постоянного расширения альянса.
США намерены добиться восстановления стабильности в Европе, усиления её самостоятельности и пересмотра архитектуры отношений с Россией. Стратегия фиксирует: в будущем некоторые члены НАТО могут пересмотреть отношения с США, а сама Европа должна готовиться к большей самостоятельности.
В такой момент единственным правильным решением было бы создание правительства национального единства и приглашение туда профессионалов с государственным опытом — тех, кто знает, как вести коммуникацию и с Москвой, и с Вашингтоном.
Необходимо переходить к профессиональному отбору кадров и к рационализации нашей внутренней и внешней политике, в противном случае мы рискуем оказаться лишними не только в континентальной, но и в региональной политике. |
