Отчет Amnesty International: на чью мельницу льют воду «товарищи» правозащитники? (колонка главного редактора)

Проблема скандального отчета Amnesty International – не только в том, что доселе уважаемая организация скатилась к тому, что социологи и психологи называют виктимблеймингом, то есть обвинению жертвы, и фактически отказала украинской армии в праве защищать украинские же города, если это может создать некую угрозу мирному населению.

Не только в том, что он основан на показаниях анонимных «очевидцев», говорящих откровенные глупости: «Я не понимаю, почему наши военные ведут огонь из городов, а не с поля». Это слова некоего Николая из оккупированного Лисичанска. Интересно, каково ему сейчас, когда украинские военные оставили населенный пункт, и приходится иметь дело с «освободителями»?

И не в том, что, бросая обвинения, Amnesty не подкрепляет их ссылками на конкретные пункты международных правовых соглашений, которые, да, обязывают минимизировать влияние боевых действий на мирное население, но никак не запрещают оборонять города.

Главная проблема, на мой взгляд, в другом: своими заявлениями, основанными на ложном понимании принципа объективности, Amnesty, не знаю уж, сознательно или неосознанно, развязывает руки российским нацистам, оправдывает их преступления. Вчитайтесь в строки доклада. В чем обвиняют защитников Украины? В том, что они смеют оборонять украинские населенные пункты, находясь на их территории, занимая при необходимости объекты социальной инфраструктуры – например, школы.

На вопросе школ, наверное, стоит остановиться отдельно. Вы все прекрасно знаете, что учебные заведения давно не работают и большинство не заработает даже первого сентября. Можно ли их занимать военным? Конечно же, можно: они весьма удобны для размещения большого количества людей, как и садики, и другие подобные учреждения. Есть ли альтернативы? Да. Но что случается, когда солдаты ночуют в казармах? Случаются Николаев, Яворов, Подольск… Сотни погибших молодых парней за раз.

Третий вариант — старый добрый постой, но вы ведь не готовы принять в своей квартире солдат, правда? Так в чем заключается претензия? И что предлагают люди из «Амнистии»? В поле выгонять подразделения? Где надо, они и так стоят в поле, уж поверьте.

Возвращаясь к развязыванию рук. В последние недели российское министерство обороны регулярно «информирует» публику о размещении «тяжелой техники и и ПВО» в самых разных местах Одессы. Они выдумали опорный пункт на киностудии, пост противовоздушной обороны на крыше Музкомедии, танки в областной больнице и так далее, и тому подобное. Каждый раз, проверяя эти сообщения, мои коллеги в лучшем случае находили сонных и недоумевающих сторожей.

Так что же выходит?

А то, что «Амнистия» своим идиотским докладом сняла ответственность с агрессора, дав ему право наносить удары куда угодно: и в самом деле, раз украинские воины могут использовать в качестве укрытий гражданские объекты, значит, конвенциональным считается каждый такой объект! Эй, «правозащитники», сходите в «Тирас» на Люстдорфской! Или в частный сектор Николаева. Поговорите с людьми. Хотя не советую: морду набьют.

Повторюсь: речь не о том, имеют ли право военные использовать здания учреждений образования, или нет. Украинские законы позволяют. Более того, Украина в связи с чрезвычайными обстоятельствами может оповестить международное сообщество о временном отступлении от некоторых обязательств, взятых при ратификации конвенций (подробнее читайте у моего коллеги Сергея Диброва). Amnesty об этом прекрасно знает. Но почему-то решила выпустить сейчас, за три недели до начала учебного года, такой отчет. Не хочется делать голословных заявлений, но… Может, задачу такую им поставили?

Штаб-квартира «Амнистии» находится в Лондоне. Во время Второй мировой британское правительство вело себя весьма жестко во внутриполитических делах. В те годы подобный доклад, уверен, сразу бы привлек пристальное внимание контрразведки. Очень хочется надеяться, что подобное произойдет и сейчас.

На чью мельницу льют воду товарищи «правозащитники»?

Автор — Олег Константинов, главный редактор «Думской»