Я раньше не был политическим сторонником Алексея Гончаренко и даже однажды конкурировал с ним на выборах, представляя другую партию. Однако сегодня я считаю его одним из наиболее честных политиков в Украине: он не боится говорить ни о нарушениях при мобилизации, ни о необходимости начала мирных переговоров с Россией. Его позиция предсказуемо вызвала жёсткую критику со стороны тех, кто принципиально отвергает возможность таких переговоров. На мой взгляд, яростное сопротивление даже обсуждению этих вопросов может объясняться не только идеологическими убеждениями, но и интересами «новых» украинцев, для которых война стала источником значительных доходов. Речь идёт о возможных злоупотреблениях при использовании бюджетных средств, а также о финансовой заинтересованности отдельных представителей международных организаций и их партнёров в Украине, участвующих в распределении многомиллиардной международной помощи. На мой взгляд, такие интересы тоже необходимо учитывать при обсуждении их публичных позиций. Кроме того, работа в государственных структурах, международных организациях и фондах, имеющих право бронировать сотрудников, может обеспечивать отсрочку от мобилизации. Так почему бы тем, кого самих защищает бронь, не призывать других воевать до победы любой ценой?! Я понимаю, что путь к мирным переговорам будет сложным, но надеюсь, что открытый разговор о мире поможет приблизить их начало. При этом я согласен с Алексеем Гончаренко: начать стоит с конкретных вопросов, по которым у сторон есть взаимный интерес, например, с обеспечения безопасного гражданского судоходства в Чёрном море. Тем более что, на мой взгляд, с высокой долей вероятности, определённые формальные или неформальные договорённости по этим вопросам существовали и раньше. Можно предположить, что они помогали ограничивать эскалацию на море. Работа портов Большой Одессы в условиях войны подчёркивает, насколько важно сохранять безопасное гражданское судоходство. Поэтому стоит искать возможности для новых договорённостей, подкреплённых понятными гарантиями их соблюдения. Такие шаги могли бы приблизить более широкие мирные переговоры. За этой надеждой стоит простое желание: чтобы перестали гибнуть люди, семьи могли быть вместе, а у Украины появилось будущее, которое можно планировать без постоянного ожидания новых потерь. Если переговоры дают шанс приблизить такое будущее, нужно пытаться этот шанс использовать, а не огульно осуждать человека за стремление завершить эту губительную для Украины войну с как можно меньшими человеческими потерями. И, кстати, Алексей Гончаренко готов к открытой дискуссии. Если его оппоненты уверены в своей правоте, почему бы не обсудить его предложения публично и по существу? Именно в таком разговоре можно проверить убедительность аргументов каждой стороны. Навешивание ярлыков такого обсуждения не заменяет. |
